3.6 Увидеть, чтобы поверить
- Сэм, посмотри на меня, - мой звонкий взволнованный голос заставил её аккуратно положить ложечку на стол, взять кружку с чаем и присесть напротив.
- Смотрю, - она уставилась на меня в упор, и я тут же струсила. Раньше мне не приходилось признаваться кому-либо в чём-либо столь важном…
- Сэм, - тихо повторила я, отворачиваясь, чтобы не видеть её лица, заинтересованного взгляда, полного предвкушения от моих слов, - Я влюбилась.
- Я знаю, - внезапно улыбнулась она, протягивая мне чай. Я удивлённо взяла кружку, которая мгновенно обожгла мне руку, но я этого словно не заметила. Саманта отвела глаза, не переставая улыбаться, - Неужели ты думаешь, что это не заметно?
А я и правда так думала. Стандартная по всем параметрам история – влюблённая дурочка-студентка, её проницательная подруга, чай в двух оранжевых кружках… Но для меня это кажется таким особенным. Ведь я особенная. И подруга моя тоже особенная. И мой возлюбленный тоже особенный…
По крайней мере, мне кажется так.
Это началось со мной уже давно. Около восьми месяцев назад я гуляла с Саймоном - он иногда приходил ко мне на правах лучшего друга, и этот прохладный сумрачный вечер не стал исключением. Как всегда, Сай довёл меня до дома, попрощался и скрылся в темноте. Тогда я впервые поняла, что чувствую что-то, и, должно быть, выглядела ужасно глупо, стоя на дороге и смотря ему вслед ещё минут десять… Всю ночь я не спала, то и дело подскакивая на кровати и торопясь вниз, на кухню, выпить чаю или чего-нибудь вроде того. Заснуть мне удалось под утро, на диване рядом с телевизором.
Несколько дней я была сама не своя – слишком рассеянная, слишком растерянная, слишком молчаливая. Саманта молчала, не подавая вида, что она тоже замечает странности, которые происходят со мной.
Ещё через неделю, только-только выйдя из дома, я наткнулась на нашу соседку Джульетту Пивз. Она явно что-то хотела от меня – об этом говорил тонкий прищур глаз, слащавая улыбка и внезапно рвение помочь мне. Словно старая подруга, она взяла меня под руку и принялась щебетать что-то быстро-быстро.
«Ах, Лулу, милая, здравствуй… Как жизнь? Как учёба? Хорошая погодка, да? Ты, я вижу, в норме? Ах, какой чудесный денёк!.. Лулу, послушай… А что это за рыжий паренёк ходит с тобой? Твой друг? Как замечательно! Ты даже себе не представляешь, как я люблю рыжих людей… да-да… именно рыжих. Может быть, познакомишь нас? Я думаю, нам найдётся, о чём поговорить!»
Ненавижу. Сейчас ненавижу, а тогда я была просто удивлена, даже немножко рассержена, но не могла же я ей отказать… Я их познакомила и сразу же пожалела об этом шаге.
Джульетта начала постоянно появляться у нас дома, она рассказывала, как они с Саймоном ходили в кино, как катались по реке, как хорошо у них идут дела… Сэм проявляла живой интерес ко всем россказням новой подруги, а я злилась на весь свет и страшно ревновала.
Каждая улыбка со стороны Саймона в сторону Джульетты расценивалась мной как ультиматум, а каждый их совместный поход в центр – как пушечный выстрел, разрушающий мою жизнь.
Всё лето после окончания третьего курса я, в порыве злости, провела, разъезжая по миру. Путешествовала в одиночестве, но не проходило ни дня без единой моей мысли о Саймоне. Как он там? Где он там? Что с ним там?
Я вернулась в конце лета и сразу же отправилась в наш с Самантой домик. Вокруг все жилища ещё пустовали, в частности и дом Джульетты печально отражал свет солнца от блестящей поверхности тусклых окон. Зарядили преждевременные дожди, и появление Сэм ужасно меня обрадовало, настолько, что я решилась впервые признаться кому-то, что давно влюблена в Саймона…
- Если любишь, борись за свою любовь, - мудро изрекла черноволосая Саманта, отставляя от себя чашку с чаем, - Я очень давно поняла, что ты пытаешься это скрыть; как видишь, у тебя не вышло.
- Что мне делать, Сэм? – тихо спросила я, закрыв глаза руками, - Я никогда раньше никого не любила.
- Почему бы тебе не сказать ему?
Сказать ему?! Никогда в жизни я не смогу этого сделать! И дело не в Джульетте, я не знаю, в чём дело… Я просто не смогу. Я не смогу, конечно же, я не смогу.
***
После начала занятий прошла неделя, и Сэм тоном, не терпящем возражений, субботним вечером посадила меня за учебники. Я листала страницу за страницей и время от времени восклицала что-то вроде «я ещё тысячу раз успею всё это прочитать!» или «я творческий человек, я не должна верить каким-то там учебникам…» В какой-то момент Саманте это надоело. И она довольно жестко спросила:
- А что ты хочешь делать вместо этого? Может быть, выпьешь чашечку чая с Саймоном, а между делом признаешься ему в том, что любишь?
Я обиженно замолчала; без того небольшое желание учиться отбило напрочь. Я смотрела в книгу, по-прежнему листала страницу за страницей, но все мои мысли уже были заняты только одним – любовью.
- Сэм, - внезапно прервала я молчание, - А ты когда-нибудь влюблялась?
- Было дело, - тихо ответила она, закрывая книгу, - Классе в девятом, может быть. К сожалению, она осталась неразделённой… - подруга помолчала несколько секунд, а потом подняла голову и печально улыбнулась, - И если ты не хочешь, чтобы у тебя было так же, просто скажи ему!
…Но вместо того, чтобы последовать совету Саманты, я прочно засела дома, погрузив себя в бесконечное постижение медитации и йоги. Несколько лет назад Пачита показывала мне, как это делается, но тогда у меня не хватило терпения, и вскоре я забыла об этой затее. Теперь же вновь появился повод пройти всё заново.
К великому недовольству Саманты я перестала ходить на занятия, и днём, и ночью пребывая в странном трансе. У меня по-прежнему не было никакого желания выходить на улицу – тёмное хмурое небо раздражало, дождь обезоруживал. Хотелось сидеть дома и спать, что я и делала в перерывах между сеансами медитации…
Ничего мне не надо. Просто оставь меня в покое, мир. Да, я в порядке.
***
Звонок в дверь; мне пришлось вставать, медленно шлёпать вниз, открывать её… Я была жутко недовольна – кого принесло в выходной, законно выходной день, когда даже Саманта на неделю уехала к отцу?.. Я распахнула дверь, капли дождя мгновенно забарабанили по моим ногам, но я не обратила внимания. Передо мной стоял Саймон.
- Дом Джульетты напротив, - осторожно пробормотала я, стараясь не смотреть на него.
- Я не видел Джульетту уже месяца четыре, с тех пор, как у неё появился парень – какой-то рыжеволосый вокалист студенческой рок-группы.
- Разве вы не друзья? – я поёжилась, нервно стискивая пальцы рук;
- Меня больше волнуешь ты и наша с тобой дружба. – как только он сказал это, я вышла на улицу, захлопнув дверь за собой. Надо было сделать наоборот, но я мгновенно растерялась, и была вознаграждена косыми стежками дождя, которые больно хлестали меня по голове. Одежда и волосы промокли в считанные секунды.
- Я по тебе скучала, - я положила руки ему на плечи. Вокруг никого не было, промозглый дождь, идущий ещё с ночи, загнал всех студентов в уютные тёплые дома с каминами и обогревателями, одеялами и тёплым чаем. Классика. Вот из укрытия стремительно выбралась Эльса – молоденькая второкурсница в тёплом свитере. Спешит на занятия; скоро скроется за поворотом.
Что в фильмах делают сначала – говорят, что любят или внезапно целуют?
Как тепло здесь, как хорошо; только частая барабанная дробь дождя нарушает тишину. Как быстро темнеет на улице, как ярко и стремительно зажигаются огни за окнами… Как здорово наконец-то говорить с ним; как волнующе знать, что он пришёл сюда ради меня и уйдёт ещё не скоро. Как сладко то, что он теперь не уйдёт никогда, никуда, ни к кому.
Когда вернулась Саманта, я сразу же восторженно рассказала ей о том, что мы с Саймоном теперь вместе. Даже специально добавила в конце: навсегда. «Конечно, навсегда», - усмехнулась подруга, разбирая чемодан.
До поздней ночи я рассказывала ей о том, как здорово, оказывается, гулять под дождём; о том, как красива на самом деле осень, как мне нравятся её жёлто-оранжевые краски. Я рассказала маме и Ауруму, оба многозначительно улыбнулись, кивнули головой, одобряя наш маленький союз. Я вернулась к занятиям, вновь принялась рисовать, достала из пыли альбом, акварель и кисточки…
- Ты была так права, Сэм! – перед тем, как выключить свет, радостно заявила я, - Спасибо.
- Не за что, - ответила она, свернулась калачиком и мгновенно уснула. А я ещё долго думала о том, что любовь – лучшая шутка в мире. И это вечный, неопровержимый факт.
