Показать сообщение отдельно
Старый 25.04.2013, 23:34   #3
Destiny
Золотая звезда Бронзовая звезда Серебряная звезда Золотая звезда Модератор форума Серебряная медаль Бронзовая звезда Серебряная звезда 
 Аватар для Lady_Kelly
 
Репутация: 13901  
Адрес: Условная реальность
Сообщений: 1,908
Профиль в Вконтакте Профиль на Thesims3.com
По умолчанию Запись №1. Меалин Когерн. Беллнормур.

Беллнормур
Четыре столетия по рэкогернмеранскому летоисчислению прошло с тех пор, как богатые области Льёфель – сердца Империи Когернов – превратились в полузаброшенное опустевшее захолустье. Почему многие люди оставили эти земли? Почему ушли из уютных городов, обрекая их на разрушение и исчезновение с лица планеты? Немногие могут дать ответ на этот вопрос. Впрочем, даже среди этой пустыни с зачахшими лесами и остовами заброшенных домов, небрежно рассеянных по округе, есть небольшая территория, сохранившаяся в неизменном виде со дней процветания Льёфель. Это родовое гнездо Когернов – поместье Корнокси Бел, которое находится в южной окраинной области Льёфель. Все наследники короны обитают в серых стенах этого роскошного белокаменного строения до своего совершеннолетия, не обращая внимания на легенды и ропот жителей соседних областей. По неизвестным причинам проклятие всегда щадило королевский замок и несколько окрестных городишек, разбросанных на расстоянии лека (10,394 км), в то время как остальные земли пустели и приходили в упадок. И поныне вокруг Корнокси Бел сохранились пышные зелёно-лилово-синие леса, наполненные дичью, полноводные реки и цветущие поля, на которых дают щедрый урожай редкие меркилины – рекогернмеранские арбузы. Оставшиеся города продолжали существовать размеренно, как и сотни лет назад, подспудно надеясь на защиту королевского замка. До недавнего времени… Казалось бы, проклятье обошло их стороной, но оно лишь коварно подобралось к стенам очередного городка и затаилось…
***
Узкие улочки, чей архитектурный облик напомнил бы землянину чистенькую провинциальную Францию, украшали яркие причудливые цветы с завитыми зигзагообразными лепестками - главная гордость флегматичных льёфельцев, прирожденных эстетов и созерцателей. Девушка в скромном платье цвета утренних лилий легко шагала по нагретой полуденным солнцем мостовой и с любопытством поглядывала по сторонам, улыбаясь цветам и солнечным бликам, пляшущим в окнах домов и витринах лавочек. «Всего месяц в таком чудесном месте!» Небольшой чемодан слегка оттягивал девичью руку, но путешественницу это не смущало. Она бодро поднималась по улице, кивая встречным прохожим, будто давним приятелям, а те встречали девушку удивлёнными взглядами, стараясь разглядеть за лёгкой вуалью черты её лица. Тонкая точёная фигура и длинные волосы, роскошь которых не скрывала даже кружевная накидка, подсказывали, что девушка и вправду красавица, и это не могло не понравиться льёфельцам. Тем временем, преодолев несколько кварталов, путешественница нашла гостиницу, адрес которой был выцарапан на крошечном листочке, надежно сжатом в изящной ручке, и толкнула дверь.
Хозяин – опрятный старичок в расшитых традиционными рэкогернмеранскими орнаментами одеждах – поспешил навстречу гостье:
- Ий!
В этом коротком приветствии, несмотря на его внешнюю лаконичность, содержалась бездна смысла: пожелание добра и здравия, выражение искренней радости от встречи, комплимент по поводу ясной погоды, которая в этот день ясная лишь от того, что судьба благоволила столь славному путнику в его приключениях.
Девушка ответила нечто в том же духе и вскоре уже сидела на открытой веранде на третьем этаже, попивая освежающий коктейль из листьев меркалина и любуясь городским пейзажем: ухоженными домиками с розовыми крышами, по которым скатывался полуденный зной, горожанами, неспешно бредущими по своим делами, лавками – прямо напротив гостиницы располагались кондитерская и пекарня, вокруг которых крутилась стайка детишек… «Ах! Месяц в таком приятном месте! И потом целая жизнь впереди! Интересная, удивительная жизнь!» Девушка блаженно откинулась на спинку мягкого плетёного кресла и увидела в высоком небе полупрозрачные пушинки облаков.… Впервые в жизни она была так далеко от дома, одна.
Аромат сладостей настойчиво выманивал путешественницу из гостиницы, но она старалась не обращать внимания – строгое воспитание помогало ей не поддаваться всякого рода соблазнам. Однако ближе к вечеру она спустилась вниз и застыла у прилавка, разглядывая конфеты всевозможных форм и цветов, как какие-нибудь диковины. Видимо, задатки сладкоежки взяли верх над самовнушением.
- Растерялись? – раздался бархатный мужской голос над ухом.
Она озадаченно посмотрела на незнакомца. Тонкие губы его насмешливо-снисходительно изгибала улыбка, но взгляд голубых глаз казался серьёзным. Контраст заставил девушку насторожиться. Что можно ожидать от такого незнакомца? Он был молод, но на его лбу уже залегли морщинки «мыслителя», свойственные людям, привыкшим хмуриться или вздёргивать брови, что в столь безмятежном местечке может служить признаком вредных рассуждений или беспокойной натуры обладателя.
- Вовсе нет, - ответила девушка, инстинктивно отодвигаясь в сторону. Это непроизвольное движение не ускользнуло от внимания юноши. Он мгновенно принял отстранённый вид и отвернулся к другому посетителю.
Девушка ещё немного потопталась на месте и, ощущая странную неловкость, не осмелилась подойти к парню-лавочнику, чтобы спросить цену – то ли потому что он вызывал неприятное, неуклюжее чувство в её душе, то ли потому что он был занят, насыпая в корзину ассорти из леденцов для какой-то дамы. Она просто ушла.
Несколько дней провела путешественница, гуляя по городу, рассматривая достопримечательности, знакомясь с горожанами, и, наполненная новыми впечатлениями, вскоре позабыла о встрече с кондитером. Но он сам о себе напомнил. Девушка обнаружила на кованом столике в прихожей гостиничного номера маленькую алую коробочку, внутри которой на бумажной подушечке лежали крошечные прозрачные конфетки, похожие на бриллианты, – изысканное лакомство в этих краях. Принимать подарки от неизвестных людей она не желала и потому не поленилась спуститься к кондитерской с коробочкой в руках.
В лавке как назло было пусто – ни единого покупателя, ни вечно околачивающейся поблизости детворы. Поборов смущение, девушка преодолела расстояние от порога до кондитера. Он увлечённо раскладывал товар и не обращал на неё внимания.
- Прошу прощения… Здесь какая-то ошибка.
- Да? – удивлённо произнёс он, смерил посетительницу насмешливым взглядом и принялся деловито листать книгу заказов. – Не тот сорт?
- Нет. Я ничего не заказывала… - девушка заглянула в книгу. Интересно, какую запись он надеется найти?
Она не сразу сообразила, что случилось. Просто угодила в ловушку. И полетела в пропасть… Вот была она… Вот он ловко схватил её за подбородок и горячим поцелуем накрыл её губы. И после этого появилась другая она.
- Как ты посмел?!
- Не мог иначе, - в бархат его голоса вплелись хриплые нотки.
- Подлец!
Девушка увернулась от руки, которой он пытался удержать её, сбежала и долго плутала по тёмным улицам, в надежде, что вечерняя прохлада успокоит пламя, лижущее внутренности. Попеременно её душили слёзы ненависти и злости. «Месяц! Рядом с этим ужасным человеком! Так вот почему моё пребывание здесь называется испытанием! Люди действительно опасны! Если бы он знал, кто я, то вёл бы себя иначе…» Приложив ладонь к губам, она ощутила волнение и расстроилась ещё больше. Что же так растревожило юное сердце? Непочтительное отношение, уязвлённая гордость или… приятная дрожь, невольно пробегающая по телу при мысли о нежном, настойчивом поцелуе?
***
Время в безмятежном городке, купающемся в лучах двух солнц, летело со скоростью рэкогернмеранской кавалерии – самой быстрой в звёздной системе Алголь. Многое успело измениться. Правда, до дня, когда спокойный городок утонул в пучине безумия, девушка, обитающая в гостинице, переживала только внутренние перемены. Внешне всё оставалось прежним: она гуляла по окрестностям, сидела вечерами на веранде, попивала коктейли и общалась с теми горожанами, которые казались ей более-менее безобидными. Хозяин гостиницы относился к ней словно к родной дочери и с умилением смотрел, как девушка играет с его маленькими внуками-карапузами, швея, живущая в соседнем доме, восхищённая «идеальными пропорциями» путешественницы, принялась шить для неё платье, да и остальные люди, с которыми девушке довелось познакомиться в городе, относились к ней доброжелательно, оценивая по достоинству её скромность и доброту… Избегала она встреч лишь с одним человеком – дерзким юношей из лавки напротив. Иногда он появлялся в дверном проёме своего магазинчика, небрежно подперев плечом деревянный косяк, складывал руки на груди и устремлял на девушку взгляд, наполненный невыразимой тоской. А девушка поспешно захлопывала книгу и убегала с веранды…
И вот, день, когда всё изменилось внешне, настал…
- Мы все умрём!
Взбудораженные жители бежали от городских ворот, передавая из уст в уста невероятные сообщения о том, что пути из города перекрыты неведомой силой, и связь с внешним миром потеряна. Это ошеломляющее известие застало девушку прямо посреди главной площади. Со всех улиц сюда стекался народ, толпа всё росла, и вскоре растерянная путешественница оказалась стиснутой со всех сторон людьми, чьи перекошенные от страха лица не предвещали ничего доброго. Крики «Проклятье!», «Мы обречены!», «Нам конец…!» изрыгала каждая глотка - теперь добропорядочные горожане больше походили на сбившееся в кучу стадо. Они настолько привыкли к мирному существованию, что заблокированные ворота повергли их в состояние сверхъестественного ужаса. Легенды о вымерших городах почти забылись – слишком долго проклятье обходило стороной оставшиеся местечки. И, лихорадочно припоминая всё, что слышали от дедов, горожане впадали в истерику, ибо по рассказам стариков выходило, что все жители исчезали бесследно… Из обрывков разговоров девушка узнала, что ворота закрыты, с крепостных стен не видно никаких преград, зато видно кое-что совершенно непонятное – зелёные поля и сады, окружающие город, за ночь превратились в выжженную пустыню.
Мурашки пробежали по телу девушки, но она твердо решила не поддаваться панике, поскольку потеря здравомыслия – верный шаг к гибели. «Может быть, шанс на спасение есть! Нужно подумать...»
Над площадью, сотрясая стены в окружающих зданиях, раздался голос, подобный грому небесному:
- Беллнорррррмурррррр…
Значение этого слова никто не знал, но прозвучало оно настолько раскатисто и жутко, что после того как секундное остолбенение прошло, все бросились врассыпную, сбивая друг друга с ног и безжалостно затаптывая всех, кому не повезло устоять… Куда подевались все эти славные люди, любящие украшать свои дома цветочками? Не могли же они озвереть мгновенно? Или могли? Об этом думала девушка, падая на мостовую, и, возможно, эти мысли стали бы последними в её жизни, жизни, которая раньше казалась ей такой светлой, приятной и многообещающей, но чья-то сильная рука удержала её и повлекла прочь от стихии человеческого безумия…
- Эй, как ты себя чувствуешь?
Лицо вопрошающего казалось мутным пятном.
- Не знаю… Не понимаю… Где я? Что случилось?
- Мы в доме рядом с площадью. В безопасности. Кажется.
… Бархат…
- Ты? – удивилась девушка, которой наконец-то удалось рассмотреть в полумраке спасителя.
Кондитер кивнул:
- Арлен Кинли.
- Меалин… - машинально представилась девушка, но вспомнив, что обязана держать свою личность в тайне, прикусила губу. – Почему здесь так темно?
Арлен молча поднялся с колен и отошёл к плотно притворённому окну. Меалин поёжилась и осмотрелась по сторонам: она лежала на низенькой кушетке посреди комнаты, в которой из мебели была ещё пара стульев да шкаф, набитый поблёскивающей в сумраке посудой. Гостиная? Скромный быт выдавал жилище холостяка или человека одинокого, не заботящегося о лишних удобствах.
- Тьма пришла из-за ворот и затянула небо непроницаемой пеленой. Сейчас по-прежнему день, но…
- Значит, это то самое проклятье?
- Вполне возможно, - спокойно ответил юноша.
Тягостная тишина повисла между ними. «А не хочет ли он извиниться за свой проступок в лавке?» - промелькнула в голове принцессы мысль, но либо кондитер ни в чём не раскаивался, либо был занят обдумыванием способов бегства и спасения – в любом случае он лишь сосредоточенно молчал. И поскольку новых попыток «нападения» он не предпринимал, Меалин успокоилась и отложила выяснение отношений до лучших времён.
- Нужно пойти к крепостной стене и осмотреться, - наконец изрёк Арлен.
- Идём.
***
Освещая дорогу фонарями, взятыми в доме кондитера, они добрались до цели своего похода беспрепятственно, встретив по пути нескольких случайных прохожих, выглядевших потерянно и напугано. Вопреки заверениям горожан, ворота оказались распахнуты настежь. Возле них собралась кучка крепких мужчин с фонарями и оружием в руках. Они оживлённо обсуждали что-то, видимо, решая, кому первому стоит пойти в непроницаемую тьму по ту сторону ворот – мрак там был настолько густой, что свет ламп отталкивался от него, как от твёрдой поверхности. Вскоре они немного притихли и вытолкали из своего круга человека. Он упирался и кричал что-то несвязное, но решение было принято, и пинком его отправили в сумрак неизведанного. Чернота поглотила жертву без следа.
Арлен и Меалин наблюдали за этой сценой, укрывшись за углом соседнего дома. Фонари были выключены в спешном порядке. И, стараясь даже дышать как можно тише, они пытались постичь суть происходящего. Мужчины напряжённо всматривались в то место, где скрылся их подопытный, и спустя несколько тревожных минут их любопытство было удовлетворено: он явился в виде обглоданного скелета, воспарившего над собравшимися, и скрежещущим голосом объявил:
- Беллнорррррмурррррр…
В панике все кинулись бежать, куда глаза глядят. Принцесса и кондитер тоже поспешили убраться от ворот как можно дальше.
Дни их были сочтены. И если тьма по ту сторону ворот пожирала мгновенно, то мрак внутри города делал это медленно, но не менее жестоко. Сначала все жители: дети, взрослые и старики - погрузились в бездну отчаяния от осознания того факта, что бежать некуда и они обречены. Но жить хотелось, поэтому в спешном порядке запасы и продукты из лавок были растащены по домам. Жилища свои горожане предусмотрительно укрепляли, забивая окна и вешая на двери массивные замки. Когда-нибудь провизия и вода должны были кончиться – и вот тогда, по их предположениям, могло начаться главное веселье. Продержаться как можно дольше – единственное, на что им оставалось рассчитывать. Улицы опустели совсем. Каждый предпочитал дожидаться своего часа в одиночестве или в кругу близких. Никто уже и не помышлял о том, чтобы объединиться и выступить против зла, ибо оно оказалось настолько кошмарным, мощным и непонятным, что надеяться на победу в неравной схватке с ним мог только совершеннейший псих.
Юноша-кондитер взял на себя защиту и заботу о Меалин, хотя она его об этом и не просила. Так вышло. Несмотря на их недолгое знакомство, порой девушке чудилось, будто знают друг друга они чуть ли не с детства. Арлен вёл себя прилично, поцелуев не требовал, по большей части задумчиво молчал, нахмурив брови (теперь это было к месту), и если обращался к девушке, то только интересуясь, не голодна ли она и не нужно ли ей чего.
В конце концов, принцесса не выдержала.
- Почему ты молчишь?
Они сидели в гостиной кондитера. На столике, принесённом из кухни, горела тусклая лампа, и лежали остатки недоеденного ужина… или обеда…или завтрака… Какая разница, собственно? Время в городе застыло.
- О чём? – удивился юноша.
- Обо всём. Почему ты заботишься обо мне?
Он посмотрел на Меалин в упор и ответил:
- Я думал, ты знаешь.
- Скажи.
На губах юноши появилась прежняя усмешка, та самая, от которой Меалин становилось неловко.
- Потому что полюбил тебя со дня нашей встречи.
Подобная прямота выбила почву из-под ног принцессы.
- Но ты ничего обо мне не знаешь… Это невозможно.
- Напротив. Я знаю достаточно. Думаешь, мужчине необходимо изучить всю подноготную женщины, чтобы определиться, нужна она ему или нет?
Меалин пожала плечами.
- Ты, видимо, плохо знаешь людей и жизнь.
Принцесса собиралась возмутиться, но юноша был прав. С жизнью и людьми она была мало знакома. Она покинула замок Корнокси Бел, в котором прошло её детство, впервые и сразу же отправилась в тихий городок, повинуясь требованиям древнего обычая. Все юные представители семейства Когернов – правителей планеты Рэ, - оставляя родовое гнездо, обязаны пройти простое испытание: самостоятельно поселиться в одном из городов под вымышленным именем, познакомиться с местным населением, с бытом и нуждами простого народа, дабы потом, восседая на троне в великолепном дворце, не забывать о том, как живет и о чем тревожится подданный.
Срок испытания Меалин Когерн – единственной дочери ныне правящего короля - подходил к концу, когда в дело вмешалась судьба. Если бы не проклятье, настигшее город столь неожиданно и бесповоротно, Меалин находилась бы теперь в столице, толпа народа, разодетого в праздничные одежды, рукоплескала бы, приветствуя будущую королеву… Но… вышло так, что девушка сидела в мрачном доме, посреди погибающего города, и единственной живой душой рядом с ней был этот странный юноша, говорящий о любви. В ней Меалин тоже не очень хорошо разбиралась, как и во многих других чувствах, ибо в поместье Корнокси Бел она жила практически отшельницей, окружённая многочисленными слугами и охраной, но не людьми, с которыми могла поговорить откровенно о чём-нибудь. А к прислуге и страже она не испытывала никаких особенных чувств. Даже если бы она пожелала завязать с кем-то дружеские отношения, из этого ничего бы не вышло – все неукоснительно следовали указаниям короля и правилам специального этикета. Впрочем, Меалин не была оторвана от реальности совсем – в её распоряжении находилась обширная библиотека, где она проводила много времени. Но одно дело – читать о чём-то, а другое – сталкиваться с этим в реальной жизни.
- И что же ты увидел во мне такого особенного?
- Хм… Я не поэт, увы. Любая попытка ответа на этот вопрос покажется жалкой.
- Ты для меня загадка, - призналась Меалин. – Ты не похож на обычного льёфельца.
- А я необычный.
- Правда? – девушке хотелось услышать историю Арлена.
- Мне удалось попасть в королевскую армию…
- Постой, - перебила принцесса, - разве льёфельцев берут в новобранцы?
- Нет. Но этот город казался мне слишком тесным, и побывать на других планетах я решил во что бы то не стало. Поэтому пришлось немного солгать. В те времена единственным способом легально покинуть Рэ было лишь участие в военном походе.
- И что же ты видел на других планетах?
- Удивительные места, растения, животных и людей…
Меалин с искренним восхищением посмотрела на юношу, сидящего перед ней.
- Но нам приходилось уничтожать всё это… Поэтому при первой же возможности я вернулся домой. Разочарованный. Мой отец умер, я продолжил семейное дело. Вот и всё.
- Жаль, что ты смог побывать лишь на враждебных планетах.
- Меалин, ты так чиста и невинна… Даже не представляешь… - произнёс он тепло и тыльной стороной ладони осторожно прикоснулся к её щеке, будя в неискушённой душе принцессы неясные желания и предчувствия.
***
- Я хочу забрать свои вещи из гостиницы, - сказала Меалин шёпотом, выглядывая на пустынную улицу сквозь щелочку в пыльных плотных занавесях. Оба они знали, что среди её вещей нет ничего важного или необходимого, но бесконечное сидение в четырех стенах становилось невыносимым, даже несмотря на то, что они постоянно вели интересную беседу обо всём на свете и стали друг другу ближе.
- Уверена?
- Да.
Арлен взял фонарики, пистолет – семейную реликвию, оставшуюся от деда, но вполне действующую, и они вдвоём без особых сожалений покинули убежище. Рано или поздно они все равно сделали бы это ради еды, воды или от отчаяния. Мёртвая тишина обволакивала здания, и казалось, что в городе не осталось ни одной живой души, кроме них. Гостиница располагалась в двух кварталах от дома Арлена. Они беспрепятственно достигли её. Кондитерская напротив являла собой жалкое зрелище: сиротливые провалы витрин, в которых торчали осколки недобитого стекла и пустота… Юноша отвернулся, не желая смотреть на то, во что превратилась его лавка, и Меалин сочувственно сжала его руку.
Дверь в гостиницу легко поддалась. Внутри царило угрюмое запустение.
- Интересно, здесь ли дедушка Генли?
Меалин искала глазами старика и нашла…
- Нееет!
Иссушенный труп, похожий на мумию, сидел на диване, обнимая нечто, завёрнутое в чёрную тряпку.
- Не смотри, - скомандовал Арлен и оттащил задыхающуюся от ужаса девушку прочь. – Уходим.
Но уйти далеко им было не суждено. Свет мощной лампы ослепил и сбил с ног.
- Меалин!? – раздался радостный возглас. – Наконец-то я нашёл тебя!
Мужчина в форме с нашивками в виде королевского герба бросился к ним. И девушка узнала в нём своего дядю – Тирина Когерна. Значит, они спасены! Он пришёл за ними, он вытащит их из западни!
- О, дядя, здесь творятся страшные вещи.
- Знаю, дорогая. Хорошо, что ты цела. Мы все очень обеспокоены, - говорил он, прижимая к груди, рыдающую племянницу. – Но нам нельзя мешкать. Нужно как можно быстрее выбираться отсюда.
- Да-да, - вытирая слёзы, ответила Меалин. – Возможно, в городе кто-то ещё уцелел, нам нужно всех вывести...
- Нет. Боюсь, я не в силах сделать это, - оборвал мужчина поток её речи. - Только я и ты покинем это место.
- Что всё это значит? – подал голос Арлен. То, что Меалин – особа королевской крови, он уже понял, ибо у него и раньше появлялись подобные подозрения, слишком эта девушка была прекрасна и неприспособленна к обычной жизни…. Может быть, именно поэтому он тогда решился украсть у неё поцелуй – чувствовал, что по доброй воле никогда его не получит.
- Я не обязан отчитываться перед тобой, человек, - высокомерно ответил Тирин.
- Нениланк Когерн, этому человеку я обязана жизнью! – запальчиво произнесла девушка, отступая к Арлену и давая этим понять, что без него никуда идти не собирается.
- Хорошо. Проклятие Беллнормура не распространяется на членов королевской семьи.
- Почему?
- У меня нет времени объяснять, - Тирин Когерн начинал сердиться, и его молодое красивое лицо – отличительная черта властителей Рэ – приобретало нетерпеливое выражение.
- Послушай, Меалин. Он прав. Ты должна уйти, - сказал Арлен.
- Но ты погибнешь…
- Я в любом случае погибну. У тебя другая судьба. Другой путь. Так иди и не беспокойся обо мне.
Девушка вцепилась в лацканы его поношенного пиджака.
- Как ты смеешь говорить мне о моём пути! Только я могу его выбрать. И я не брошу тебя здесь!
- Глупо не воспользоваться шансом, о котором мечтают многие. Если ты уйдёшь, мне будет гораздо легче принять собственную судьбу.
- Как скажешь… - сдалась Меалин, читая непреклонность во взгляде юноши. Возможно, ей стоило настаивать на своём, но в эту минуту её упрямство пошатнулось. Слишком она устала от пережитых треволнений, и что-то в ней надломилось.
Принцесса послушно последовала за дядей в его лернекр (двухместное транспортное средство, напоминающее закрытый летающий мотоцикл) и ни разу не оглянулась. Она была зла на себя, дядю, Арлена, проклятье и на весь несправедливый и жестокий мир, заставивший её принять такое тяжелое решение. Хотелось кричать, топать ногами, но все было бы без толку…
Летающий мотоцикл быстро домчал их до ворот, которые по-прежнему оставались распахнутыми, и они погрузились во тьму, словно нож в масло. Когда тьма расступилась, являя привыкшим к мраку глазам девушки свет солнца, Меалин спросила:
- Значит, я могла в любое время просто выйти из города?
- Не совсем так. Тебе пришлось бы поговорить с Беллнормуром.
- Поговорить?
- Да. Теперь, пожалуй, я могу сказать тебе, что на самом деле Беллнормур никакое не проклятье. Это чудовище, состоящее на службе у королей Рэ.
- Как это понимать?!
- Тысячу лет назад, когда наш род только начинал править этой планетой и активно занимался исследованием новых земель, в огромной естественной пещере, которая располагалась в центре области будущего королевства Льёфель, нашли непроницаемую капсулу. Методом проб и ошибок её удалось открыть и обнаружить существо, заточённое в шипованных стенках. Живое. Оно получило имя Беллнормур. Кстати, стены поместья Корнокси Бел сложены из камней, добытых на дне этой пещеры. Так вот… В благодарность за спасение существо обещало служить королю и его потомкам. Правда, не со всеми представителями рода Когернов у него складывались доброжелательные отношения. Всё же Беллнормур был не слугой или рабом, а союзником, и некоторые короли, такие как Лерой Кровавый, забывали о разнице между этими понятиями. Тогда в отместку Беллнормур принялся карать местное население. Конфликт уладили ценой невероятных усилий… Ты уже видела, на что он способен, но это лишь малая часть. Он может таким образом уничтожать целые звёздные системы…
- Но почему его не прогнали? Не убили? Не вернули в капсулу?
- Убить его невозможно. Прогнать тоже. Кто и как создал эту капсулу – неизвестно. По нашим данным, эта капсула попала на планету Рэ ещё до того, как здесь появились какие-либо разумные формы жизни.
- Тогда я хочу вернуться.
- Невозможно.
- Ты всё слышал, дядя.
- Это глупо.
- Глупо было надеяться на то, что выбравшись из города, я смогу попросить помощи у отца и спасти кого-нибудь.
- Так вот, почему ты… Ладно. Но с Беллнормуром тебе придётся общаться самой.
Тирин развернул лернекр, бормоча себе под нос ругательства… Он и не представлял, что с возвращением Меалин будет столько сложностей.
***
Со стороны город выглядел мирно и безобидно – отсюда не было видно тьмы или чудовища. Сквозь ворота свободно гулял ветер. Меалин покинула «мотоцикл», бесстрашно приблизилась к стене, приложила ладонь к нагретому солнцами камню и тихо позвала:
- Беллнормур…
И он явился: чёрный силуэт со светящимися голубым глазами и устремленными ввысь отростками, похожими на подсвеченные все тем же голубым сиянием волосы, проступил сквозь каменную кладку.
- Чего желаешь, дочь Когернов?
- Я хочу вернуться и спасти тех, кто остался.
- Разрешаю лишь вернуться. Они все мои. А ему не разрешаю.
Черные острые зубы высотой в половину человеческого лица клацнули у носа принцессы, и монстр кивнул в сторону Тирина.
- Поняла.
***
Девушка неслась по улице, на которой дома уже успели превратиться в развалины, тьма постепенно окутывала её, пока она, наконец, не оказалась внутри кошмара, доедающего свои жертвы. В доме Арлена было пусто. В гостинице Меалин его тоже не нашла. Выйдя на порог, она перевела дыхание, не зная, надеяться ли ей на лучшее или принимать потерю как свершившийся факт. И тут её взгляд упал на кондитерскую. А что, если он там? Осторожно ступая и стараясь унять колотящееся с сумасшедшей быстротой сердце, принцесса вошла в лавку и на груде битого стекла обнаружила человека. Он лежал неподвижно, подложив руки под голову, будто спал.
- Арлен?
Он не пошевелился и не отозвался.
- О нет! – она опустилась радом с его бездыханным телом, пожелтевшим и съёжившимся. – Прости! Прости, что бросила тебя! Прости… - Меалин могла повторять только это. И в глубине души она знала, что просит прощения не только у своего друга, но и у всех погибших горожан, в смерти которых повинна её семья. Такой бури эмоций она ещё никогда не переживала: ненависть, бессилие, злость, горе, ужас, вина – смешались воедино и душили её сообща.
Но Меалин в лавке была не одна.
- Зачем же так убиваться, милая? – низкий мужской голос, прозвучавший из дальнего угла, немного отрезвил девушку. Под лакированными ботинками незнакомца захрустело стекло, когда он вздумал подойти ближе.
- Кто ты?
Откуда ЗДЕСЬ мог взяться человек в пальто, на котором не было ни пылинки, с серебряной тростью в руках?
- Позволь представиться, - галантно произнёс он. – Чёрный Рыцарь – правитель Зазеркалья. Я пришёл помочь тебе.
- Но как?
- Я отведу тебя туда, куда не ступала нога ни одного рэкогернмеранца и познакомлю с человеком, способным убить Беллнормура. Его имя Фердинанд Докотом. Ты согласна следовать за мной?
- Да.


P.S. Итак, некоторые тайны "Изабеллы" вам теперь известны. Она же не может спать вечно)
__________________

Последний раз редактировалось Lady_Kelly, 18.01.2018 в 21:25.
Lady_Kelly вне форума   Ответить с цитированием