Я не очередной лжец, я просто хочу быть собой
(с)
Lacuna Coil - Fallin' Again
- Папа, это мой одноклассник Энди Джонсон, и мы с ним решили пожениться, - Сью выжидающе уставилась на меня.
Худенький белобрысый паренёк вжался в спинку стула.
- У Энди есть возможность тебя обеспечивать?
Паренек замотал головой, за что Сью наградила его толчком локтя в бок.
- Тогда скажи Энди, чтобы он приходил лет через пятнадцать.
Сью прищурила глаза.
- Ты тоже не женишься на маме, потому что не можешь её обеспечивать?
Дейрдре шикнула на неё, Мэри коротко засмеялась, а я пропустил вопрос мимо ушей и вновь уткнулся в газету. Сью за словом в карман не лезла, но я давно уже перестал реагировать на её провокации.
Под ногами мурлыкнула Тарталетка – кошка, которую пару недель назад притащили девочки – и потерлась о мой ботинок, выпрашивая лакомство. Я ненавязчиво пнул её ногой под столом, надеясь, что Дейрдре не заметила, перевернул страницу свежего выпуска «Крысиных бегов» и вновь углубился в чтение.
«Настоящим ударом для портлендских красавиц стала неожиданная женитьба Малкольма Ландграаба-младшего. Избранницей молодого бизнес-магната стала тридцатипятилетняя светская львица Алиша Теллерман, по прозвищу «Дива». Ходят слухи, что в прошлом госпожа Теллерман зарабатывала торговлей своим телом и распространением наркотиков в стренджтаунских клубах, но наследник Ландграабов опровергает эту информацию: ‘У моей семьи много завистников, и я давно научился не обращать внимания на пустые слухи’».
Я мысленно зааплодировал Диве, рассматривая свадебную фотографию на полразворота.
Мы виделись несколько раз, ещё в мои студенческие годы – ничего особенного, просто встречались и разговаривали, но после переезда в Портленд я ни разу даже не звонил ей. Она посмеялась бы, узнав, что у меня две дочери-третьеклассницы. Я сам бы тогда посмеялся.
- Пап, отвезешь меня вечером на тренировку? – спросила Сью, очевидно, нисколько не расстроившись, что я не дал им с Энди своего отцовского благословения.
- Если успею. У меня встреча с партнером через час.
- Мы можем попросить Пирса отвезти тебя, - предложила Дейрдре, но Сью скорчила до того противную рожу в ответ, что она не стала настаивать. Пирса по загадочным причинам девочки не переносили.
Сью подскочила, оставив блинчики недоеденными и, подхватив сумку, крикнула Мэри напоследок:
- Твоя очередь мыть посуду.
Энди поплелся вслед за ней, а Мэри покорно отправилась к мойке.
- Ник, нам нужно поговорить, - сказала Дейрдре, когда мы остались одни за столом.
- Извини, мне пора. Вечером поговорим, ладно?
Я уже настроился на предстоящую встречу, и очередной «серьёзный разговор» мог бы выдернуть меня из этого настроя. Дейрдре не настаивала, и я поторопился к гаражу.
Отто заводился медленно, вопреки обыкновению, и я от бессилия ударил рукой по рулю.
- Ну, давай же!
И облегченно вздохнул, когда услышал рев мотора.
****
На дороге все словно взбесились. Я ругался сквозь зубы, превышал скорость, обгонял тех, кто ехал слишком медленно, и едва не врезался в тех, кто слишком резко тормозил. И когда вдруг зазвонил мобильник, я не догадался посмотреть на дисплей, прежде чем нажать кнопку вызова.
- Здравствуй, Ник, - я от неожиданности едва не выронил трубку, и на всякий случай сильнее сжал её скользкими пальцами, - я не отвлекаю тебя?
Джейн. Лотарио побери, это была Джейн.
Я замотал головой. А потом вдруг сообразил, что она не может меня видеть сейчас и быстро сказал:
- Нет, не отвлекаешь.
Я старался придать голосу уверенности, но прозвучало все равно как-то смазано.
- Я в Портленде сейчас. Есть кое-какие дела. Я уеду утром, но пока я здесь, хотелось бы встретиться с тобой. У тебя есть время?
Нет, конечно, у меня не было времени. У меня была назначена встреча через полчаса, а потом мне нужно было забрать дочь с тренировки по боксу и вернуться в шесть, чтобы поужинать вместе со своей семьей. Нет, встречаться с Джейн определенно было очень плохой идеей.
- Конечно. Когда тебе удобно?
****
- Идиот, у нас и так не самые лучшие времена. Такими спонсорами не разбрасываются, - ворчала Старла Грей, но встречу перенесла. Я не стал ей напоминать, кто здесь главный – сейчас мои мысли занимал ресторан «Магнифик», где мы договорились встретиться с Джейн. Я никогда не был здесь раньше – об их кухне нелестно отзывалась пресса – но мне в голову не пришло спорить.
По дороге я успел прокрутить в голове все возможные варианты развития событий – вот она холодно кивает мне в качестве приветствия, вот у неё загораются глаза, и она кидается в мои объятия, вот она дает мне пощечину, за то, что я бросил её тогда. Картины встали перед глазами так явно, что я почти чувствовал, как горит щека, когда переступал порог ресторана.
Но все мои тщательно продуманные заготовки рассыпались, едва я её увидел.
- …зато этот магазин – только мой, - говорила она, мягко улыбаясь, - ты слышал что-нибудь об H&M?
Я кивнул и улыбнулся в ответ. Все вышло намного проще, чем я ожидал. Я боялся, что буду сидеть как истукан, не зная, что сказать и как себя вести, боялся неловких пауз и недопонимания – но мои глупые страхи разбились о её приветливое «я так рада тебя видеть, Ник». И все стало удивительно легко.
- H – Герберт, и М – Мортимер Адриан. Это мои сыновья, - в голосе Джейн зазвучали нотки гордости, - в следующем году пойдут в школу. Ты, кстати, женат, Ник?
- Нет, - я мотнул головой и принялся разрезать филе, чувствуя, как покрываются румянцем щеки, - не женат.
Телефон возмущенно пискнул в кармане пиджака, и я поспешил сбросить вызов – это была Дейрдре. Время уже перевалило за шесть, и, вполне естественно, она беспокоилась – но я не мог ответить сейчас.
Почему-то сидеть здесь и разговаривать с Джейн казалось мне более интимным, чем проводить время с какой-нибудь случайной любовницей в мотеле. Я почти чувствовал себя виноватым за эту невинную встречу.
- …и я очень рада, что у тебя все получилось с рестораном, - продолжала она, не обратив внимания на мое минутное замешательство, - мои родители обедали в «Лондосте» несколько недель назад – и им очень понравилось! Ты знаешь, когда мы учились, мало кто верил, что у тебя получится. Но я всегда знала, что ты сможешь.
Она тряхнула длинными волосами, и я вдруг подумал, что они с Дейрдре совершенно не похожи. У Джейн не было её мягкости, её спокойствия, не было любви к живой природе, не было «почему ты такой грустный?» и «расскажи, что у тебя случилось». Но была уверенность, стойкость, вихрь эмоций и желание жить моментом, а не абстрактным «завтра». И ко всему этому я тянулся, как ребенок, и отчаянно пытался впитать в себя хоть немного её энергии, находясь рядом.
- Будешь в столице, обязательно звони, - сказала она мне напоследок, - я познакомлю тебя с детьми.
Когда она ушла, я не поехал домой. У меня было четыре пропущенных от Дейрдре, да и на улице уже порядком стемнело – но я завёл машину, и отправился в ближайший бар. Не тот, где подают пунш и минеральную воду, а тот, где все стоит очень дорого, и где боятся полицейских.
Бармен подозрительно косился на меня, когда я просил «еще-одну-точно-последнюю», но не спорил. Почему-то именно сейчас всё казалось до ужаса неправильным.
Мне было тридцать шесть, и у меня было всё: семья, дети, бизнес, кругленькая сумма на банковском счету и целый зоопарк в квартире. Меня любили дома, уважали на работе, и меня не было ни единого повода сидеть здесь и пить в одиночестве – но внутри все равно что-то неприятно сжималось от мысли, что сейчас придётся вернуться домой.
- Ты бы не садился за руль в таком состоянии, - опасливо подал голос бармен, но я отмахнулся и вытащил крупную купюру из бумажника.
Тот пожал плечами, мол, хозяин – барин, и не стал настаивать.
****
Дома было пугающе тихо. В девять у нас никто еще не ложился, даже дети – и у меня невольно пробежал холодок по спине.
Дейрдре не удостоила меня и взглядом, когда я переступил порог спальни – и продолжила укладывать вещи в большой чемодан.
- Что ты делаешь?
- Я ухожу, - бросила она, не отрываясь от своего занятия.
- Злишься на меня? – я попытался обнять её, но она не позволила – и продолжила заниматься вещами, - я просто встречался со старой подругой, Дейрдре. Клянусь. Просто нужно было развеяться. Давай не будем рубить с плеча, хорошо?
- Ты не понял, Ник, - она, наконец, повернулась ко мне, - я ухожу от тебя. Совсем.
- Дейрдре, давай поговорим, ладно? – хотелось взвыть, но я не позволял себе говорить резко, намеренно смягчал интонации, чтобы не спугнуть её, - я обещаю, что постараюсь измениться. Я буду звонить тебе каждые полчаса с работы, я всегда буду возвращаться вовремя – и…больше никогда, хорошо? Я обещаю.
Дейрдре бросила очередную тряпку в чемодан и вновь посмотрела мне в глаза. Так, как смотрят на маленьких глупых детей, которые вмешиваются во взрослые разговоры.
- Пирс сделал мне предложение. И…я сказала, что подумаю. Я не могу так больше, Ник, - выдохнула она, и, собравшись с духом, продолжила, - так будет лучше для нас обоих. Ты тоже со временем поймешь.
- Это какая-то шутка? – сердце упало куда-то вниз, и заколотилось вдруг два раза сильнее – как после долгого бега, - ты что, серьезно? С ним?
Дейрдре молчала, давая мне переварить информацию. Поток недоумения превратился в поток ярости, и я сжал кулаки, не позволяя ей вырваться наружу.
- И давно?
- Я не крутила с ним роман у тебя за спиной, если ты об этом, - подчеркнуто холодно сказала Дейрдре, - просто я доверяю ему, и знаю, что он будет честен со мной.
- И детей ты, конечно, заберёшь? – спросил я, продолжая сжимать кулаки. Просить её не уходить смысла уже не было – и я зацепился за последнюю соломинку, которая у меня оставалась.
- Ты будешь видеться с ними, когда захочешь – но им нужна мать. Ты ведь сам понимаешь, - взгляд Дейрдре будто смягчился – она видела, что я не стану чинить препятствий, и сбросила внутреннюю защиту.
Я хотел еще что-то сказать ей напоследок, но потом передумал, и, достав из кармана телефон, направился обратно к гаражу. Глупая идея разобраться с Пирсом по-мужски родилась, и тут же с почестями была похоронена в моей голове – но у меня еще оставался человек, с которым хотелось поговорить.
Не без труда заведя машину, я направился в поместье Ландграабов.
****
- Ты только тихо, хорошо? Малкольм спит. Увидит тебя – ещё подумает что-то не то, - шептала Дива – хотя нет, уже Алиша Теллерман-Ландграаб, пропуская меня в холл.
Без макияжа и привычно откровенных нарядов она выглядела совсем другой, не такой, какой я привык её видеть – сейчас разве что голос выдавал в ней прежнюю Диву.
- Чай, кофе? Что-нибудь покрепче?
Она потянулась к бару, но я замотал головой.
- Извини, я за рулем.
Алиша хмыкнула, мол, когда тебя это останавливало – и все же принялась разливать напитки.
Я присел у барной стойки и стал разглядывать кухню – здесь определенно было на что посмотреть. Алиша крутилась вокруг, уже не замечая всего этого великолепия, а я боялся лишний раз вздохнуть, разглядывая новенький кухонный гарнитур.
На самом деле, я не очень-то рассчитывал на тёплый прием после стольких лет – но я был слишком раздавлен, чтобы подумать о её возможной реакции. Да и она, кажется, обрадовалась, когда я позвонил, и согласилась поговорить – видимо, нотки истерии в моем обычно равнодушном голосе задели струнки сочувствия в женской душе.
- Что застыл? – улыбнулась она.
- Меня бросила девушка, с которой мы прожили двенадцать лет, потому что мой лучший…бывший лучший друг решил на ней жениться, - сказал вдруг я, тут же испугавшись собственной откровенности.
Алиша отхлебнула виски из бокала.
- А ты чего ждал? Что она будет ждать тебя дома, пока ты не нагуляешься? – она косо усмехнулась, и я почему-то покраснел.
Я мысленно всегда оправдывал себя и свои измены – но когда об этом говорил кто-то другой, мне почему-то становилось невыносимо стыдно.
- Он её не стоит, - выдавил из себя я, - он не сделает её счастливой. Я знаю.
- С чего ты взял, что она хотела быть счастливой? – фыркнула Алиша, - некоторым женщинам достаточно быть единственными. Ты ей этого дать не мог, зато твой приятель вовремя подсуетился – вот и все.
Я упрямо сжал губы и выпалил:
- Я её люблю.
- И это чудесно, - усмехнулась Алиша, - продолжай любить. Никто не собирается тебе мешать. Теперь ты сможешь водить девушек домой, возвращаться, когда тебе вздумается, неделями не бывать дома – и продолжать её любить. Любовь – замечательное чувство. Особенно когда не отягощено отношениями.
Я опустил голову, не зная, что сказать. Дух противоречия бился во мне и кричал, что я должен бросить все, поехать к Пирсу и забрать её оттуда – но разум привычно затолкал его куда-то вглубь, не позволяя эмоциям разгореться слишком сильно.
- Скажи, а Малкольм правда не знает о твоем прошлом? – спросил вдруг я, вспомнив утреннюю статью в «Крысиных бегах».
- Знает, конечно, - усмехнулась та, - ему это даже на руку. За двадцать лет я порядочно нагулялась, Ник. Я буду вернее, чем эти юные вертихвостки, которые охотятся за его кошельком, и он это понимает. Кстати, у меня кое-что есть для тебя.
Алиша потянулась за сумочкой и достала купюру в сто симолеонов.
- Я в тебе ошибалась, Ник, и я это признаю, - она протянула деньги мне, - ты выиграл, держи.
Запоздало вспомнив о давнем пари, я всё же взял купюру, слегка поколебавшись. Как бы не скребли кошки у меня не душе – чувство собственной правоты грело меня, как ничто другое.
****
Домой отчаянно не хотелось, но я не стал злоупотреблять гостеприимностью Алиши /да и Малкольм мог проснуться раньше, чем я – покинуть дом/ и все же уехал.
Привыкнув к собачьему лаю, звону посуды, детскому смеху – тем звукам, что обязательно встречали меня, когда я приходил домой – я чувствовал себя непривычно, возвращаясь в пустую квартиру. Сейчас меня встретили лишь два горящих огонька глаз Юджина, и негромкое бормотание телевизора.
«Наверное, Дейрдре забыла выключить» подумал я и потянулся за пультом.
- Эй! Я же смотрела! – донеслось откуда-то сзади, и я едва не подскочил.
Я обернулся и увидел Мэри Джейн, невозмутимо взирающую на меня с дивана.
- Ты почему не с мамой?
- Я решила остаться с тобой, - пожала плечами та, - тебе ведь одному будет грустно. И за кошками ты не умеешь ухаживать.
Она соскочила с дивана и обняла меня, обхватив маленькими ручками мою спину.
- Не расстраивайся, - пробормотала она мне куда-то в живот, - хорошо?
«Хорошо» подумал я, чувствуя, как отпускает напряжение. Действительно - не так уж все и плохо, правда, Мэри?
- Иди спать, уже очень поздно, - сказал я ей, - я отвезу тебя завтра в школу. Я буду отвозить тебя теперь каждый день.
Мэри взвизгнула от радости и бросилась в детскую, оставив меня наедине с кошками и бормочущим телевизором. Я хотел было выключить его, как вдруг в свете экрана заметил книгу на журнальном столике. «Мэри Адамс. Любовь и страсть Антонии» - было выведено на обложке витиеватыми буквами. Я взял роман в руки и принялся перелистывать страницы, то и дело останавливаясь, чтобы перечитать один из отрывков. Помнится, домохозяйки рыдали, когда Нельсон объявил о выходе последнего, десятого романа полюбившейся им эпопеи.
Я улыбнулся, вчитываясь в знакомые строки, чуть ли не палкой выбиваемые из меня редактором, и подумал – а что мешает мне сесть и написать одиннадцатый? В конце концов, я никогда не любил круглые числа. Да и не так уж плохи были времена ночных посиделок с чашкой кофе за экраном компьютера.
«Завтра обязательно начну» твердо решил я по дороге в спальню.
Наскоро переодевшись, я тут же упал на кровать, даже не сняв покрывала. Сквозь открытые настежь окна доносился лай соседских собак, крики разбушевавшейся молодежи и гул ветра – но я решил, что не стану закрывать их. Впервые за долгое время я мог свободно дышать.
****
май, 3021 г.
Техническое. Много.
Послесловие
Вот и закончилось первое поколение. Не скажу что я ОЧЕНЬ довольна тем, что вышло - если бы была возможность начать всё заново, я повернула бы сюжет кардинально с самого начала, и вообще многое сделала бы по-другому. Но что имеем то имеем.
Отчеты от второго поколения будут выходить реже, наверное даже значительно реже - у меня учеба, и позже её станет ещё больше. Не знаю, когда буду находить время на династию.
Но, может, оно и к лучшему) два отчета в неделю - это, по-моему, слишком) надеюсь, что будет по-крайней мере интересно. Несмотря на отсутствие времени, второе поколение вызывает у меня бешеный энтузиазм)
Отчет от Мэри Джейн будет через неделю. Но в течении недели я выложу еще небольшой бонус к первому поколению)