Показать сообщение отдельно
Старый 08.03.2015, 21:51   #18
Сочинитель мрачных сказок
Серебряная звезда Золотая звезда Золотая звезда Серебряная звезда Золотая звезда Серебряная звезда Бронзовая звезда Золотая звезда 
 Аватар для pike
 
Репутация: 17378  
Адрес: Винодел Туссента
Сообщений: 12,971
Профиль на Thesims3.com
По умолчанию

Глава - 8
Визинский тракт.




- А эта твоя рыжая - ушлая бабёнка. Если не приказ лорда, то я бы эту прохиндейку и близко ко дворцу не подпустил! - покачиваясь в седле, произнёс Дион.
Ехавший рядом с ним Хинкар усмехнулся.
- Он бы не подпустил! А она стала бы спрашивать? Та ещё дамочка, - ответил он, взглянув на приятеля.
Наклонившись в седле, Дион зажал пальцем ноздрю и смачно высморкался на сторону.
- Да куда бы я делся! - пробормотал он, вытерев руку о чепрак. - Мне лорд приказал пропускать её во дворец, значит, буду пропускать. Его не волнует, что об этом думает начальник стражи. Моё дело исполнять приказы да помалкивать.
- А мне, к примеру, интересно, что думает начальник стражи?
- Да что тут думать?! Убийца она! - заключил Дион.
- Ну, ты это, брат, перегнул! Бабёнка она ушлая, но…
- А как у неё кинжал на поясе висит, ты не обращал внимания? Не по-нашему висит! У нас кинжалы и ножи к ремням свободно крепят, либо на подвес, а у неё ножны на поясе так закреплены, чтоб кинжал одним движением выхватить да в дело пустить. А нож? Отчего он не как у нас, рукоятью вверх? Да чтоб лишних движений не делать! Опять же одним махом выхватила и… - для наглядности Дион на время отпустил поводья и сопроводил свои слова движением, будто выхватывает нож и всаживает его в невидимого врага. – Мгновение, и твои кишки уже вываливаются на землю, а ты, ещё не поняв, что произошло, уже мёртв. А она сделала всего-то одно короткое движение! И заметь, работают при этом лишь предплечье и корпус.


Воин проделал всё так натурально и быстро, что Хинкара слегка передёрнуло. К тому же, в отличие от Диона, ему довелось видеть тело убитого рыжей бестией Древера Гуни, и он помнил, что смертельный удар был нанесён не правой, а левой рукой. Уже тогда он понял истинную сущность этой женщины…
- А как она ходит? – не унимался Дион. - Полы в коридорах дворца какие? Чистый камень! Ежели кто идёт, так за лигу слышно. Даже дам али служанок, и тех услышишь: платья шуршат, каблучки цок-цок-цок, цок-цок-цок. А эта?! Ну, ни звука, вот хоть убей. Идёт, словно кошка крадётся. А глазищи-то какие?! Как зыркнет, аж мурашки по спине! На что уж я всякого насмотрелся, и то, признаться честно, до костей холодок пробирает. Вот помяни моё слово, такая нож под рёбра всадит и не поморщится!
Хинкару ничего не оставалось, кроме как молча согласиться с темпераментным аясом*, ибо он прекрасно понимал чувства своего приятеля.
- Волчий взгляд, - задумчиво произнёс он.
- Во-во! Смотрит так, будто под бабьим обличьем зверь кроется! - с энтузиазмом поддакнул Дион.
Некоторое время приятели ехали молча.
В этот серый, промозглый осенний день Визинский тракт был на удивление пуст. За всё время их путешествия приятелям встретились лишь две кибитки направлявшихся в Тирин лицедеев, да фермерский мальчишка, гнавший небольшое стадо овец.
Со склона одного из протянувшихся вдоль тракта холмов в сторону всадников затявкала лисица.
- Дурной знак, - пошарив глазами по склону, проворчал Дион и, обернувшись к приятелю, тихо произнёс: - Завидую я тебе.
Хинкар недоумённо приподнял брови.
- Чего это вдруг?
-Ты служишь Ангриму. Он законник, и он наш.
- Так и ты служишь лорду Лансеру, - ответил Хинкар, не совсем понимая, к чему тот клонит.
- Над законником нет господина. А над моим лордом теперь есть. Служа своему лорду, я служу императору. А каков он, этот пришлый император? Сам знаешь, что творится в землях Лиги. А если этот ещё лютее? Или вовсе окажется дураком? Хотя...
Не договорив, Дион умолк.
- Что - хотя?
Словно отгоняя дурные мысли, воин мотнул головой.
- На дурака вроде не похож. Мужик как мужик. Высокий, видный такой. Да только кто знает, что там у него в башке.
-Ты его видел?
- А то! И его, и Преподобную, и... Да почитай что всех, но каковы они и чего нам от них ждать? Странные, им бы с матушкой Амарантой да со старейшинами встретиться, ан нет! Рыжая тут как тут и заявляет: ”Желаю с Преподобной и императором говорить!” Да ещё смотрит так, будто хочет сказать: «Коли не допустишь, худо тебе будет». А что мне делать, ежели велено её пропускать? Пропустил. Так они всем скопом в зале приёмов закрылись, и уж что им эта рыжая до самой ночи вещала, одним богам ведомо.
- А что лорд, что сама матушка Амаранта? – поинтересовался Хинкар.
Качнув головой, Дион вздохнул.
– А ничего! Будто всё так и должно быть! Ангрим, поди, тебе никогда не расскажет, как матушка Амаранта, он сам и все старейшины, будто просители, в приёмной до полуночи ждали, пока они там наговорятся!
Хинкар понимающе кивнул.
Его самого в последнее время терзали противоречивые мысли, а в памяти до сих пор были свежи воспоминания о недавнем разговоре с Увхуром, там, в таверне " Городска кошка".
- Ты же сказал, что твоё дело лишь исполнять приказы да помалкивать, - не найдя, что ответить Диону, произнёс он.
- Сказать-то сказал. Приказы - они ведь тоже разные бывают, - вздохнул воин.
Мужчины вновь ехали молча, и каждый из них думал о чём-то своём.
Тишину нарушали лишь мерный топот копыт по булыжнику тракта, позвякивание уздечек да фырканье лошадей.
Позади всадников на дорогу выбежала лисица.
Побегала кругами, тщательно обнюхивая землю, замерла на миг, настороженно глядя в сторону склона, задрала острую мордочку, принюхалась, недовольно тявкнула и засеменила вслед за угадывавшимися в серой пелене тумана силуэтами двух всадников.
Затянувшееся молчание нарушил Дион.
- Чудно всё это... - хмуря брови, произнёс он. - Я ведь помню тот день, когда Чёрная колдунья объявилась... Тогда тихо всё было...
- Что ты имеешь в виду? - спросил Хинкар.
- Да так, сравниваю... Тот день и день Исхода. Чудно всё как-то. Тогда всё тихо было, а в этот раз рёв, грохот, шум, гам. Мостовую разворотило так, что каменщикам работы на неделю хватит. А трясло-то так? Жуть! Крыши, и те посыпались. Оказалось, что под кольцом тем сурия тьма-тьмущая была. Силища-то какая, весь этот сурий почитай что в муку перемололо, сам видел. Говорят, будто портал специально был так настроен на императора и Преподобную. Ну, чтоб во время Исхода всех, кто это видел, до самых печёнок пробрало...
- Кто так говорит?
Дион неопределённо пожал плечами.
- Да старики говорят.


- Может быть, и так, - согласился Хинкар и вдруг, резко натянув поводья, осадил коня.
Что-то впереди привлекло его внимание.
Привстав на стременах, он напряженно всмотрелся в белёсую пелену осеннего тумана.
- Там, у обочины... Не разобрать, вроде телега?
Досадливо выругавшись, Дион потянулся к притороченному у седла арбалету.
Его приятель тронул коня, проехал чуть вперёд и остановился.
За спиной послышался слабый щелчок взведённой тетивы.
Возле обочины стояла фермерская телега, накрытая грубой холстиной.
Хинкар прислушался. Где-то позади вновь затявкала неугомонная лисица.
Раздраженно сплюнув, мужчина внимательно осмотрел густо заросший кустарником склон придорожного холма. Намётанный глаз сразу приметил медленно выпрямляющиеся ветви ежевичных зарослей.
- Эй! Есть кто живой? - громко крикнул Хинкар. – Покажись, коли не зверь и веруешь в Праматерь!
Откуда-то справа послышался мужской голос.
- Назовись, ежели сам не разбойник!
- Я Хинкар из Тирина, сын Айрона и Куницы! С благословения Дану, путешествую с приятелем, и мы никому не желаем причинять обид.
- Благословенно имя матери всего сущего, - отозвался голос.
Ежевичные кусты зашевелились, и на тракт выбрался рыжеволосый мужчина, судя по облику, дагд*.
- Приветствую странников. Я Хроди из Тихой долины, сын Викара и...
- Сын Викара, прозванного Одноглазым, и Лекню-знахарки! Здорово, рыжий плут!
Вытянув шею, мужчина изумленно воззрился на подъехавшего к ним Диона.
- Дион, ты?!
- Он самый! - разрядив арбалет, воин прицепил оружие к седлу и ловко спрыгнул на землю.
- Ну, здорово, земляк! – широко улыбнувшись, Дион подошел к рыжему и крепко его обнял.
- Задушишь, кабан! Какой же ты стал! – радуясь нечаянной встрече, ответил тот.
- Хроди! Не чаял уже свидеться!
Придерживая взволнованно прядавшего ушами коня, Хинкар с интересом наблюдал за этой бурной встречей, припоминая, что Тихая долина раскинулась в пяти сотнях лиг от Тирина, на границе с враждебным Имперскому союзу королевством Лакои.
- Какими судьбами тебя занесло в наши края? - крепко обнимая и похлопывая приятеля по спине, гремел Дион. - Как себя чувствует мамаша Лекню? Как отец? Сестрёнки, поди, уже невесты?
- А сёстры тут, – ответил Хроди. - Вигдис! Эльма! Спускайтесь к нам, это свои! – крикнул он.
Краем глаза Хинкар заметил движение на вершине холма. Взглянув туда, он увидел двух рыжеволосых девушек, быстро спускающихся к ним по склону.
У одной из них в руках был длинный горский лук.
Раскинув руки, Дион шагнул им навстречу.
– Козочки мои рыжеволосые, расцвели-то как! От женихов, поди, отбоя нет?
Наклонившись в седле, Хинкар тронул Хроди за плечо.
– Что-то с телегой?
Счастливая улыбка сошла с лица мужчины. Помрачнев, он с досадой сплюнул сквозь зубы.
- Говорил этим двум дурехам, что телегу болтает. Вчера вечером на постоялом дворе с кузнецом осмотрели, ну ясно, что ось надо менять. Да куда там! - рыжий кивнул в сторону повисших на Дионе сестёр. – Упёрлись, как ослицы, и давай гундеть: "Цельный день на ремонт потеряем, тут рукой подать, доедем до Тирина, там и починим!" Ну что с них взять? Бабы!
Мужчина с досадой махнул рукой.
- Вот с самого утра тут и торчим. Лошадей распрягать пришлось. Слава Дану, ещё днём проезжал мимо мужичок, так он, добрая душа, к нам с постоялого двора кузнеца и прислал. С ним вместе подправили, ну, чтоб совсем не развалилось... Кузнец сказал, что к обеду привезёт новую ось, да что-то нет его до сих пор. Ну а я за сторожа - и телегу, и сестёр караулю. Одних ведь не оставишь, мало ли что, лиходеев ныне полно.
- Да что же сами на постоялый двор-то не вернулись? - удивился Хинкар.
Мужчина криво усмехнулся и приподнял край накрывавшей телегу холстины, под которой обнаружились ряды аккуратно поставленных друг на друга клеток с кроликами.
– А это?
Хинкар понимающе кивнул.
- Лучше удавлюсь, чем когда ещё этих болтушек послушаюсь, – вздохнул Хроди и спросил: - Ты женат?
- Нет.
- И не женись!
К собеседникам, сопровождаемый обеими девицами, подошёл Дион.
- Ну что, уже познакомились? Мы с Хроди друзья детства, – хлопнув рыжего по плечу, пояснил он. - Когда сопляками были, не раз хворостиной за все наши проказы получали, а подросли, так девок на одном сеновале щупали, вместе на кулачках с соседскими парнями сходились. Всяко бывало! Ну а эти лисички-красавицы… - Дион перевёл взгляд на девушек. - Позволь представить: Вигдис и Эльма.
Не привыкшие к столь церемонному представлению и явно не избалованные мужским вниманием, девушки смущённо захихикали.
Хинкар вежливо назвал себя.


- Слушай, у нас ведь ещё есть время. Думаю, мы можем немного задержаться, - обращаясь к нему, предложил Дион.
Хинкар охотно согласился, молодецки взглянув на одну из девушек, на Вигдис.
- Что нынче нового в Тирине? - поинтересовался Хроди.
- Да так, всяко. Вчера большой обоз из Татенга пришел, и на подходе ещё один. Говорят, в это лето отменный урожай адолового мёда, - уклончиво ответил Дион. - Городской Совет постановил, что в этот раз ярмарка всю седьмицу будет проходить.
- Здорово! Значит, в этот раз хороший запас сделаем, - улыбнулась Вигдис, но по выражению её глаз, по быстрому взгляду в сторону брата, Хинкар смекнул, что девушка, да сам и Хроди, ожидали от Диона не совсем этого ответа. Их, как и всех правоверных жителей Поднебесного мира, интересовало совсем иное, а конкретно, свершившийся два дня назад Исход. Слухи в Сидонии распространяются неимоверно быстро.
- А вы куда путь держите? - спросила Вигдис.
На этот раз ей ответил Хинкар.
- Едем к Альта-Таулле.
- Вы едете к святыне?! - с уважением выдохнула та, глядя на приятелей изумлённым взглядом.
Хинкар ответил ей лёгким кивком.
- Мы как раз перекусить собирались. Заодно и встречу сбрызнем, - лукаво подмигнул приятелям Хроди.
- Надолго в Тирин? - поинтересовался Дион, наблюдая за тем, как Вигдис и Эльма сноровисто готовят немудрёный перекус на расстеленной прямо возле обочины тракта дерюге.
- Дня на три, не более, - перекинув за спину длинную рыжую косу, ответила Вигдис. - Отдадим кроликов старшине Вармеру, по рынкам погуляем - и домой.
Бросив на пожухлую траву свой скомканный плащ, Хинкар сел на него, достал кисет и принялся набивать трубку, украдкой поглядывая на Вигдис.
Та была явно старше своей сестры и, как показалось Хинкару, именно она, а не Хроди, была лидером в этой троице.
Яркая представительница своего народа, рыжеволосая и зеленоглазая. О таких обычно говорят, что их любит солнышко.
Как и её младшая сестра, невысока ростом и, подобно большинству сельских девушек, крепко сбита, но при этом весьма грациозна. Черты усыпанного конопушками лица, может, несколько грубоваты, но при этом веснушки ничуть её не портят, а скорее даже придают неповторимое очарование и привлекательность. В её внешности было что-то озорное и немного по-детски наивное. Про себя Хинкар назвал её ”девушка-солнце”.
Если бы не холодное время года и не мешковатый дорожный наряд!.. Ему вдруг представилось, как волнистые золотисто-рыжие локоны рассыпаются по обнаженным плечам девушки…
Поймав на себе его взгляд, Вигдис смущённо улыбнулась.


- "По рынкам погуляем и домой..." Не далековато ли кроликов возить? - поинтересовался Дион, выкладывая на холстину извлечённые из седельной сумки припасы.
- Так уже десять зим, как мы уехали из Тихой долины, - ответил Хроди. - Сейчас живём тут, в Оленьем распадке.
- Не понял! А как же... - тряхнул головой Дион.
- Да из-за них всё, - Хроди кивнул в сторону сестёр. – Была у нас история. Сам знаешь, места глухие, кругом горы да леса, а рядом Лакои. Вот оттуда и нагрянула к нам банда Тариса-охотника…
Услышав знакомое имя, Хинкар насторожился. Хроди продолжал свой рассказ.
– Одно слово, звери! Фермы разоряют, народ без всякой пощады режут, над бабами да девками насильничают, а к себе в Лакои не уходят. Наши за этими душегубцами гоняются, а поди излови их, когда они в горах, как у себя дома. То в одной части долины объявятся, то вдруг совсем в другом месте фермеров пожгут, но что интересно, сидов не трогают. Слепому видно, что умысел во всём этом есть, а народ-то друг на друга зверями смотреть начинает. Вот мать и велела мне увезти сестёр. А они с отцом ни за что уезжать не пожелали, говорят: “Мы тут родились, мы тут жизнь прожили, значит, и умирать нам на родной земле”.
Так родители в Тихой долине и остались, а мы с сёстрами тут, в Оленьем распадке осели. Новые соседи нам и ферму помогли отстроить, и хозяйство завести. Мать потом написала, что банду Тариса в следующую зиму истребили присланные лордом стражи. На жадности разбойничьей сыграли. Пустили слух, будто таутты с идишами решили всех своих дочерей вывезти из Тихой долины, а перед тем укрыли их в одном из ущелий. На этот слух душегубы и клюнули. Всей бандой туда бросились, а выйти уже никак. Почитай, половина их насмерть помёрзла, а тех, кои выбрались, всех на колья пересажали. Только…- нахмурившись, Хроди зло поджал губы. - Ушёл Тарис. Уж как ушел, не ведомо, среди тех, кто в ущелье насмерть замёрз, и среди тех, кого на колья… Не было его там! Видать, смог выбраться, не сдох, гулево отродье!
- Тарис-охотник... - попыхивая трубкой, пробормотал Хинкар. – Говорят, он теперь в Андалане объявился.
Хроди с досадой сплюнул.
– Вот ведь верно сказано, что дерьмо не тонет! А что, и тебе этот Тарис знаком?
- Доводилось слышать, - тихо ответил Хинкар и, взглянув в сторону Диона, спросил: – Ты ведь должен знать об этой истории?
- Конечно, – простодушно отозвался тот.
- И ничего не рассказывал об этом!
- Я тебе что, ольге, чтоб твои мысли читать? – недовольно проворчал Дион. - У тебя-то что за дела с этим Тарисом?
- Не у меня, - мрачно ответил Хинкар. - Но есть те, кому было бы полезно знать, чем он промышлял до того, как объявился в Андалане.
- Ну, может, хватит о плохом? Сколько времени прошло, как не виделись, а встретились - и давай языками чесать, да разговор-то какой завели! Вам что, больше поговорить не о чем? – укоризненно качая головой, вздохнула Эльма, жестом приглашая мужчин отведать скромной деревенской пищи.

- Ну а ты-то сам как? По виду - вроде ратным делом промышляешь. Или в приключенцы подался? - поинтересовался у Диона Хроди, когда вся компания приступила к трапезе.
За приятеля ответил Хинкар.
- Дион теперь служит нашему лорду, он начальник городской стражи Тирина.
Фраза, произнесённая самым непринуждённым тоном, произвела на Хроди и его сестёр оглушающее действие.
Мужчина чуть было не подавился куском сыра. Вигдис как стояла на коленках, нарезая вяленое мясо, так и замерла с ножом в руке. Эльма, глядя на Диона широко распахнутыми глазами цвета морской волны, нервно хихикнула.
- Ты начальник городской стражи? - медленно выговаривая слова, переспросил Хроди.
Дион утвердительно качнул головой.
- Начальник городской стражи... - будто пробуя каждое слово на вкус, повторила Вигдис.
- Помнится, у тебя в Тирине жила сестра. Ты ведь к ней уехал?
- Она погибла, - помрачнел Дион.
Вигдис сочувственно охнула, прикрыв рот ладонью.
- Дарню её звали, и жила она не в Тирине, а в нескольких лигах от города, - авторитетно поправил сестру Хроди и, достав из корзинки оплетенную ивовой лозой бутылку с домашним вином, принялся отковыривать залитую сургучом пробку.
- Дарню, - подтвердил его слова Дион. – Они с мужем держали лесопилку.
- Сгорела?! – сокрушённо качая головой, предположила Эльма.
- Нет. Зимой на лесопилку стая гулей набрела.
- Силы поднебесные! Вот горюшко-то! – глядя на Диона повлажневшими глазами, запричитала девушка.
- Жива осталась лишь моя племянница Акси, она сейчас в Хольме. Воспитанница первой ступени университета, - просветлев взором, ответил воин.
Расстегнув на груди кожаный колет, Дион снял с шеи золотую цепочку с висевшим на ней оберегом и, отодвинув в сторону покрытую затейливой резьбой крышечку, протянул украшение Эльме.


- Это она? Ой, какая хорошенькая! - придвинувшись к сестре и показав ей портрет, умильно взвизгнула девушка. – Ой, какая беленькая, ну чисто фея! Сколько ей?
- Двенадцать зим.
- Ну надо же! И уже в университете?! – изумилась Эльма.
- Акси самая юная воспитанница.
Пользуясь тем, что сёстры отвлеклись, Хроди разлил вино по оловянным кружкам.
- Ну что? За встречу, мужики! И дай нам Дану счастья жить в мире, и чтоб всё было ладно!
Выпив, Хинкар довольно крякнул и поставил кружку на рогожу. Вино оказалось весьма приятным на вкус и крепким.
- Говорят, что Хольм город неописуемой красоты, а все выпускницы университета сплошь становятся кто баронессами, а кто королевами, - мечтательно закатив глаза, произнесла Вигдис.
Дион усмехнулся.
- Ну, не все.
- Королева Амелия из Данахта - говорят, она училась в Хольме, а её мать простая белошвейка, - возразила Вигдис, возвращая Диону его оберег.
- Это правда. Госпожа Анфрид, мать Амелии, и по сей день живёт в Тирине, но если её дочь и стала королевой Данахта, то это вовсе не значит, что подобное случатся постоянно.


- А ты видел её? Это правда, что она так безумно хороша, как о ней поют в балладах? - глядя на Диона по-детски восторженным взглядом, спросила Эльма.
- Погоди ты со своей Амелией! – неожиданно вмешался в разговор Хроди. - Тут на постоялом дворе народ шумел, будто сбылось пророчество! Врут или правду говорят?
- Сущая правда! - подтвердил Хинкар.
- Всё как в Писании - и Преподобная, и император?! – пристально глядя на Диона, спросил Хроди.
Тот кивнул.
- Да ладно!
- Дион правду говорит, - подтвердил слова друга Хинкар.
- Я её лишь мельком видел, не до того было, но всё же разглядеть успел, - пояснил Дион. - Очень на сульмитку похожа. Женщина видная, красивая, лицом смугла, ростом высока, стройна, волос длинный и чёрен как смоль. Вот жаль, глаза толком рассмотреть не успел. Тёмные. То ли карие, то ли вовсе чёрные.
- А император?
- Его я совсем мало видел. Тоже высокий, тёмный, они же родные брат и сестра.
- А вы, часом, не из-за них к священному древу едете? – неожиданно спросила Вигдис.
- С чего ты взяла? - покосившись в её сторону, поинтересовался Дион.
- Так ведь в Писании сказано: “В доказательство святости своей да войдёт она в неугасимое пламя священного древа и обретёт в пламени сим то, что истинно принадлежит ей от сотворения мира нашего, ибо суть она есть возлюбленная дочь моя Белагестель и Преподобная мать народа моего, и в образе её тотчас вернусь я к вам…”
Вопрос и слова девушки заставили Хинкара посмотреть на Вигдис иным взглядом. Он впервые сталкивался с тем, чтобы простая девица–фермерша столь бойко цитировала священное Писание.
- О как! – изумился Дион. – Да ты, душа моя, не хуже сестёр Ордена вещаешь!
“А главное, соображаешь”, - подумал Хинкар.
И вслух коротко ответил:
– Да.
- Она всё Писание наизусть знает, - не скрывая гордости за Вигдис, пояснил Хроди. - Сёстры Ордена у нас часто бывают.
Вигдис скромно улыбнулась.
- Земли нашей фермы граничат с землями монастыря Дану, мы в дружбе с матерью-настоятельницей.
- В дружбе... Они ишь чего на следующее лето затеяли, – взяв початую бутылку, Хроди хотел вновь наполнить кружки, но Хинкар накрыл свою ладонью.
Глядя на приятеля, от вина отказался и Дион. Пожав плечами, Хроди налил себе и выпил.
- Чего говорю-то… - довольно крякнув, продолжил он. - Задумали сестрички мои детишек местных грамоте обучать! Наслушались речей матушки Бетани да и удумали перестроить наш старый сарай, чтоб и зимой, и летом в нём детишек можно было учить. Мало им на ферме корячиться, так ещё эта блажь! Замуж лучше бы выходили да своих рожали, а то с чужими они вошкаться собрались!
Поджав губы, Вигдис метнула в сторону брата недовольный взгляд, но промолчала.
- Зря ты так. Ведь хорошее дело твои сёстры затеяли, - вступился за неё Дион. – Вся глупость из-за темноты народной происходит. Со времён Большой крови уж третье поколение выросло. У нас-то ещё куда ни шло, пусть и мало, но какие-никакие школы есть. А что в землях Лиги? А ничего! Вот они там и дурят по своей глупости, ибо слово истинное им не ведомо. Так что лучше не осуждай девчонок своих, а помогай им.
- А ты, душа моя, - обратился он к Вигдис, - Как домой вернётесь, так сразу же иди к вашей матушке-настоятельнице, да пишите вместе с нею прошение или законнику Ангриму, или в Хольм, матушке Амаранте. Опишите: мол, так и так, хотим устроить школу, чтоб детишек грамоте обучать. Коли у вас всё так серьёзно, то они вас и от десятины освободят, и помощников на ферму определят.


Возможно, что Дион продолжил бы свою просветительскую речь и дальше, но его прервала Эльма. Жестом руки девушка дала понять, чтобы тот умолк, и прислушалась.
- Вроде едет кто! – полушепотом произнесла она.
Со стороны тракта действительно доносилось приглушённое туманом поскрипывание и стук копыт.
- Это не лошадь, - произнёс Хроди, встав во весь рост. - Не лошадь, точно не лошадь! Слышь, как дробит… - пробормотал он.
Сейчас рыжий фермер до такой степени напоминал вставшего на задние лапки и насторожившегося суслика, что Хинкар отвёл взгляд в сторону, чтобы не расхохотаться.
- Дробит. Не мул это, осёл. Точно, осёл! И телега… нет, одноосная повозка! Неужели кузнец? Точно, кузнец! – сбежав вниз по склону Хроди, вышел на тракт.
- Пожалуй, и нам пора, - произнёс Дион, поднимаясь с расстеленной на траве рогожи. - Обязательно найдите меня в Тирине. Спросите у любого стражника. Хорошо?
Девушки утвердительно кивнули в ответ.
- Боюсь, что сейчас все гостиницы города переполнены, и у вас могут возникнуть трудности с ночлегом, - отряхивая свой плащ от налипших на него травинок, Хинкар подошел к Вигдис. - Как приедете в Тирин, сразу же поезжайте в Верхний город, найдите там гостиницу "Алая роза". Скажите хозяину, что вас прислал Хинкар, и что вам необходимо жильё. Он вас устроит. Конечно, более чем скромно, но это куда лучше, чем в эту пору спать под телегой на улице.
Вигдис ответила ему благодарной улыбкой.

* * * * *

Дагды* Аясы*- Народности, населяющие горные районы Сидонии.
__________________

Последний раз редактировалось pike, 01.04.2015 в 01:29.
pike вне форума   Ответить с цитированием