Все должны были на скорость съесть одно из его блюд, после чего бежать в книжный и там найти рецепт.
Победителю полагался приз, в качестве которого выступала дополнительная порция превосходного угощения.
Те, кто уже физически не мог есть,тихо усаживались на диванчик с книжечкой Уильяма «Еда – это хорошо!» К концу вечера победители, напоминая колобков, расползались по домам, не забывая в качестве выкупа за выход заплатить изрядную сумму в избирательный фонд Ванессы.
Гостям также нравились танцевальные вечеринки,
после которых выбрасывались на помойку безнадёжно поломанные стереосистемы.
Так что весь городской бомонд от души развлекался рассказами о вечеринках Аддамсов. Правда, теперь, когда на выборы требовались огромные суммы, просто так ходить на приёмы стало накладно. Поэтому и рассказы о том, что на них происходило, становились платными.
В итоге, когда уже по всем признакам должно было быть объявлено имя победителя, выяснилось, что в законе о выборах претендент должен быть без детей, а, следовательно, рассчитывать на разрешение ситуации с замужеством было бесполезно. Теперь злые языки говорили о том, что в скором времени не претенденты будут платить за право посещения дома, а наоборот, новоиспечённая президент станет платить молодым людям.
Подобные разговоры некоторое время развлекали Ванессу, но потом начало страдать политическое реноме. Одинокая вице-президент
устраивала всех, а вот президент, у которой нет мужа, а, следовательно, в глазах избирателей она способна на разнообразные гулянки и прочие глупости (являясь девушкой свободной), не устраивала никого. Все эти намёки на платный выбор женихов и тому подобные вещи в ситуации, когда сильные мира сего жертвовали крупные суммы, а от местных бездельников толком ничего не добиться, стали раздражать девушку. Конечно, идеального претендента так и не нашлось; сказать, что будущая президент была в кого-то влюблена, это неправда. Но по понятным причинам муж был необходим, тем более от постоянных вечеринок и напряжённой работы начали ломаться посудомоечные машины в доме, а мыть посуду руками никому не хотелось.
Среди претендентов произошёл внутренний (внутрисемейный) отбор, а победителем стал молодой человек с гордым именем Бимбл.
Правда, он был без фамилии (хотя с таким именем кому нужна фамилия?); он был без образования, без семьи и без внятных плюсов во внешности. Но именно всё это и позволило почтальону Бимблу стать победителем: «Нет семьи – отлично; значит, непутёвые родственники не будут навязываться на ужин и позорить своим поведением Аддамсов. Нет образования – замечательно; отправится работать в полицию, а то у Аддамсов там никто никогда не работал. Не красавец – значит не будет изменять, да и кто же на такого взглянет». Таким образом безродный почтальон с цирковым именем и внешностью «чуть симпатичней крокодила» стал победителем.
Признаться, самой Ванессе нравился этот простоватый парень,
и она с удовольствием проводила время в его обществе, хотя побыть наедине им всё равно не давали: то у кого-то из горожан, случайно проходящих рядом, нечаянно упадёт книжка и поднимать они её будут примерно полчаса, то просто оккупируя ближние лавочки, хотя вокруг полно других свободных.
В конце концов и помолвка произошла в самом людном месте, у ресторана.
Прадед Уильям, занимаясь с очередной выпускницей прямо перед входом, стал невольным свидетелем.
Также за процессом наблюдала и начальница Ванессы, которая поздравила молодых с помолвкой и тактично напомнила, что Ванесса до конца избирательной кампании не сможет стать матерью. Бимбл искренне относился к Ванессе и очень хотел иметь детей, но девушка как могла объясняла ему, что это будет возможно, только когда она достигнет вершины своей карьеры, хотя и сама мечтала о малыше.
Весь Риверсайд был в таком шоке, что на свадьбе гости напоминали античные статуи, которые без движения застыли в разных частях дома, пытаясь понять логику в действиях Аддамсов.
Даже произошедший пожар
не вызвал никакой реакции.
Но чтобы понять Аддамсов, надо быть одним из них, поэтому новый член семьи, имя которого сократили до Би,
олицетворял собой то самое единение власти и народа, о котором в своё время говорили наставники Ванессе.
