Глава 3.
Словно новое Солнце взошло
Над планетой,
Ослепляющим светом затмив
Все рассветы.
Пламя гложет, как Зверь... (с)
Тёмный огонь… Он сжигал мою душу изнутри. Так больно, так горячо… Я даже не мог вынырнуть из забытья. Тьма была всюду, вокруг меня, внутри меня, в моих мыслях и чувствах. Иногда мне казалось, что я вижу зыбкие тени, но пелена застилала взор, и было невозможно что-либо понять или осознать. У меня было чувство, будто моя душа умирает в этом бешеном танго с пламенем. Эта агония, в которой душа металась, это сжигающее пламя: всё сводило с ума. Хотелось метаться, вырываться из круга испепеляющих языков пламени, но тьма плотно сковывала меня своими тугими нитями.
Как я пришёл в себя от этого сумасшедшего бреда, не помню. Просто боль вдруг поутихла, и я стал постепенно слышать голоса. С начала, это был тихий баритон, разговаривающий то ли со мной, то ли с самим собой:
- Сломано пять рёбер, лёгкое проколото в двух местах, порвана селезёнка… Да что этого парня, об стенку шарахнули?
Смутно, но я догадывался, что речь идёт обо мне. Тупая, пульсирующая в каждой клеточке моего тела, боль, затягивала в свою монотонность, будто в сироп. Болезнь тянулась, наверно, достаточно долго. А может, мне так показалось. Но, вскоре, я впервые открыл глаза. Свет вокруг был приглушенным и мягким. Где-то тихо потрескивал огонь камина. А ещё, мне было очень тепло, я лежал на животе, накрытый плотным одеялом. Чья-то рука, с сухой, жесткой кожей откинула мне со лба пряди чёрных волос. Я приоткрываю глаза и сипло шепчу, сам ещё не вникая в смысл слов:
- Какой дурной сон… Что случилось, чёрт возьми? – приподнимаю голову и пытаюсь сфокусировать взгляд, продолжая бессвязно говорить – Я что, умер? Нет. Нет, нет, я не хочу умирать. Всё только начало налаживаться… Мы с Сиирой как раз… Сиира!.. Что произошло?!..
Перед глазами постепенно проясняется, и я, наконец, различаю фигуру своего собеседника. Бессвязный поток слов прерывается, мне удаётся привести мысли в порядок. В тоже время, тягучий, холодный и чуть насмешливый голос отрезвляет, как поток ледяной воды.
- Ты ещё не мёртв. Но если не успокоишься и не выслушаешь меня, то скоро будешь.
Говоривший оказывается широкоплечим, но невысоким мужчиной в годах. У него светлые волосы, цвета дикого вереска. Красивыми кудрями, они обрамляют лицо с высоким лбом и узкими скулами. Тонкие брови насмешливо приподняты и изгиб губ говорит о лёгком интересе падшего. Я смущённо опускаю взгляд. Отчего-то мне стало стыдно за своё поведение.
- Ну, я рад, что не умер. Но объясните, как тогда получилось, что у меня было чувство, будто меня жарили на медленном огне? Это пугало до чёртиков!
Мужчина приподнимает руки с раскрытыми ладонями, словно призывая меня к спокойствию. Замечаю, что пальцы у него короткие и узловатые. Такими только железо гнуть. Но больше всего меня поражают ногти – чёрные, как уголь. А на левой руке пентаграмма. Мужчина ловит мой удивлённый взгляд и говорит уже более мягко.
- Мы были изгнаны из Рая волей Господа. Теперь мы в Аду. Это – место слияния всех негативных эманаций из мира смертных. – На мой недоумевающий взгляд, мужчина вздыхает, – Дитя, это реальность. Я знаю, что вы, младшие ангелы, считаете Эдем центром вселенной, но это не так. Пожалуйста, пойми это побыстрее.
- Я стараюсь. И называйте меня Бельф. Ну, Бельфегор то есть.
- Хорошо, Бельф. И запомни ещё кое-что. Ты теперь не ангел. Мы – демоны. На твоей руке тоже клеймо.
На секунду я замечаю в глазах мужчины лёгкое участие, но мне не до того – в ужасе приподнимаю руку и смотрю на пентаграмму у себя на тыльной стороне ладони. Даже ногти тоже чёрные. Мне это показалось таким отвратительным, будто цвет ногтей и клеймо – последняя точка на могильной надписи моей души. Я неловко перевернулся на бок и приподнялся на локте. С удивлением подметил бинты, туго стягивающие мою грудь. Вернулись воспоминания о той боли во время болезни и моём падении, но не успел я раскрыть рта, как демон уже ответил мне.
- Во время битвы тебя кто-то сильно разрезал по всей спине, но ты чудом умудрился вцепиться мне в рукав. Не спрашивай, почему, но я не смог оставить тебя там и решил забрать с собой. Твоим лечением тоже занимаюсь я. Уже в течении четырёх дней, кстати. – Мужчина завёл руку мне за голову и коснулся кожи между лопатками. – Мне не давал покоя вопрос: откуда у тебя эта метка на спине?
-Это… Отец нарисовал её для меня. Сказал что-то вроде древней защиты, а мне показалось, что выглядит красиво. Но вот откуда эта татуировка, я и сам не знаю. – Отстраняюсь от мужчины и недоверчиво на него смотрю, чуть прищурившись.– А Вы кто такой?
Демон встаёт и что-то ищет на столике возле кровати, заваленном разными склянками и бинтами, которыми, очевидно, меня и лечили. Для своей мускулистой комплекции двигается он на удивление ловко, хотя и грузно.
- Можешь звать меня Маммон. С этого дня ты – мой подчинённый, а я твой хозяин. В ближайшие пол часа можешь всё осмыслить, а я буду менять твои повязки, мальчишка.
С ухмылкой, демон повернулся ко мне, держа в руке бинты и мазь. Я сдавленно застонал. Лечиться – не самое приятное времяпровождение…