[Violirra]

Если возможно, хотелось бы стать корректором. Хорошо знаю и люблю русский язык.

Пример текста

Без сомнения, Дарья и Джеб были бы недовольны своей дочерью, если смогли бы наблюдать сейчас ее поведение - так думала миссис Джеральд, пока Лина, не сдерживая более слез, уходила прочь от здания администрации. В мыслях последней было сейчас столько отчаяния и злости, что эльфы, находившиеся поблизости, оглядывались ей вслед - рассказать было некому, но здесь большинство были эмпатами, а значит, понимали все без слов. Кто-то сочувственно положил ладонь ей на плечо. Лина почувствовала тяжесть множества разнообразных украшений и небрежным движением сбросила чужую руку, показывая, что не хочет сейчас ни с кем общаться. Она уходила все дальше от центра города, и шаги ее становились все размашистее и быстрее, так, чтобы никто более не счел нужным подходить к ней с бесполезными сейчас сожалениями. Никто не мог понять причину этих чувств, хотя многие узнавали ее и могли догадаться о произошедшем - Лина была довольно известной персоной. Но мало кто знал, что эта известность совсем не нравилась эльфийке - настолько, что сейчас она готовилась принять одно из самых важных решений в своей жизни.

Резко свернув, Лина направилась вглубь леса, к дому своего наставника. Отчаяние и боль в ней сменились решимостью, и казалось, что в данный момент она готова на все, что угодно. Эрнесто, уже заглянувший, как и всегда, в ее мысли, знал то, в чем она сама еще боялась себе признаться. В ее голове прозвучал сухой голос старика - "Ты уверена?", но Лина не удостоила его ответом, только ускорила шаг, и вот уже за деревьями показались цветы, растущие в саду дома Эрнесто. Сам он сидел в кресле-качалке на крыльце, которое обвивали разноцветные кусты неизвестных растений. В его глазах, как и в ее часом ранее, наворачивались редкие слезы. Быстро обойдя цветник, Лина поднялась и молча села на ступеньки, мысленно передавая наставнику изображение - он отключает барьеры, а она перемещается. На этот маневр отводилось несколько секунд, после чего защита будет восстановлена. Эрнесто так же мысленно передал Лине свои сомнения в её решении, но противиться не мог - в какой-то мере ему передавались ее эмоции, а значит наставник в любом случае был с ней. Заглянув Лине в глаза, он в последний раз убедился в ее непоколебимости и передал коротко - "У аллеи, в два".

Остаток дня тянулся бесконечно долго для двух обитателей эльфийского поселения. Один из них проводил время, разглядывая горизонт из своего излюбленного кресла, а второй - точнее, вторая - собирая свои вещи в небольшую плетеную сумку. Она решила оставить практически все в своем старом доме, прихватив только кулон из чистого серебра, платье, которое подарили родители, и единственную фотографию с ними - ей на этом снимке было шесть лет. Негромким свистом она позвала кошку, обитавшую в лесу неподалеку, и, в последний раз проведя ладонью по ее белоснежной шерсти, отправилась в путь.

Ночное поселение было прекрасно - пели редкие птицы, шуршали в сухой осенней траве маленькие змейки, тихонько жужжали над головой насекомые. Людей не было, Лина шла по улице в одиночестве, и только на другом конце города начал свой путь еще один человек, не спавший в эту ночь. Это Эрнесто, изредка покашливая, приближался к аллее.
Они встретились. Не было слез, не было долгих прощаний. Только несколько слов.
- Ты уверена?
- Да, Эрнесто. Я уверена. - теперь Лина точно знала ответ на утренний вопрос.
- Удачи, птичка.

Над спящим поселением вспыхнул на секунду предательский огонек, сообщающий о снятии барьера, и Лина торопливо хлопнула в ладоши, исчезая в воздухе. Старик Эрнесто вытер рукавом бежавшую по щеке слезу. В своей постели проснулась миссис Джеральд. Город спал, не подозревая о том, что эльфийка уже неслась в пространстве, сама еще не зная, где окажется.