По правде говоря, я не знаю, к какой категории это отнести. Изначально это был набросок к одному из отчетов, но я так и не смогла вписать его в сюжет, поэтому пусть лежит, как отдельный драббл
Бонус, так сказать.
Просто небольшая зарисовка.
Такая симовская готика... ) Лизелотта склонялась над томиком «Грозового перевала» с видом прилежной ученицы. На лице ее лежала печать отстраненности, и лишь в темных глазах мешались страх и истома – как и всегда, когда она углублялась вновь в историю страшной и больной любви. Закрыв книгу, Лизелотта нередко бродила сама не своя, и никто не мог точно сказать, печальна она или испугана. Однако нечто неодолимое раз за разом влекло ее перечитывать знаменитый роман снова и снова.
Где-то там, за окном, белесые струи дождя хлестали землю, стекали по крышам, бежали со ступенек крыльца и собирались, как в чашах, в буквах, намертво выбитых на многочисленных надгробиях.
Ханна смотрела в окно с несвойственной ей задумчивостью.
- Мам, - тихо позвала она – А дядя Генрих… что с ним случилось? Мне говорили, он умер от болезни…
В последнее время девушка стала проявлять бесконечное любопытство.
- Да, так и есть. – торопливо ответила Лизелотта. Лгать она не умела и не любила. Говорить правду и углубляться в объяснения ей хотелось еще меньше, тем более, что за годы благопристойная, короткая отговорка даже в ее собственной памяти почти подменила неудобную истину.
- От простуды? От инфлюэнцы?
Бог знает, откуда взялась эта инфлюэнца, но… ладно, пусть будет инфлюэнца.
- Да, от нее. Это произошло ранней зимой, ты сама знаешь, как в это время года опасно.
А что ей следовало сказать? «Не было никакой болезни, от которой можно уберечься теплым свитером и застегнутым воротом, таблетками и медовым чаем. Просто однажды ночью к твоему дяде пришла полупрозрачная красавица и выпила из него душу»…
В конце концов, какая теперь разница? Все забыто, укрыто, отпето и похоронено.
Похоронено.
Похоронено.
Тогда почему в осенние ночи она укрывает шелковой маской глаза, чтобы не видеть дрожащего лунного сияния над кладбищем и глушит пуховыми подушками невыносимый шепот могильных камней?...