- А ты бы хотел знать… - нарушает молчание Шеннон, но тут же запинается - наверняка жалеет о том, что открыла рот - и отводит взгляд. В густой тишине модуля её услышал бы даже глухой, поэтому считаю своим долгом отреагировать, хотя чувствую, что пожалею об этом. Не люблю оборванные фразы: они портят воздух, зависая в нём.
- Знать что? – говорю я, продолжая следить за показаниями датчиков.
- Каково это снова обрести жизнь?
Невольно отвлекаюсь от строчек, бегущих по монитору, и пытаюсь разобраться в выражении лица Шеннон – наверное, она шутит. Но нет: ни тени улыбки – она сама серьезность.
Бросаю короткое «нет». Не намерен поддерживать разговор, к тому же все происходящее в помещении записывается и регистрируется. Шеннон знает об этом, как знает и о том, что я не расположен к беседам на отвлеченные темы в рабочее время, но ее это не останавливает.
- А я бы хотела.
- Если твоя жизнь будет полезна государству, однажды твоё пожелание исполнится. Но всему своё время, Ш44321, - пытаюсь её одернуть и красноречиво отворачиваюсь.
Кажется, подействовало.
Интересно, что подтолкнуло Шеннон к разговору? Прежде подобные вещи ее не волновали. Строго говоря, они вообще не должны её волновать. Начальству это не понравится.
Чтобы избавиться от раздражения, к которому меня подвела ее болтовня, пытаюсь сосредоточиться и вчитываюсь в данные личной карты пациентки: «Доктор Нэтали Кейн. Годы жизни: 2056 – 2093. Место рождения: Земля, США, Калифорния, Сакраменто. Место и обстоятельства смерти: авиакатастрофа в небе над Берлином, рейс 8432А. Род деятельности: профессор Гарвардского университета, специалист в области мехатроники и робототехники». Далее следует длинный список научных открытий и изобретений. Впечатляет. Доктору Кейн было всего тридцать семь, когда её жизнь оборвалась. А ведь она могла многое сделать для науки.
Перевожу взгляд на женщину, заключённую в капсулу с наножидкостью.
Воссоздание её тела уже закончено – осталась пара штрихов, и пациентка обретет второй шанс. Ей, можно сказать, повезло. Совет счёл восстановление доктора Кейн перспективным. Теперь она одна из первых опытных образцов экспериментального проекта «ЛАЗАРЬ 0.1».
Я рад, что начальство считает мой уровень квалификации достаточным для подобной работы. Шеннон, к слову, тоже неплохой специалист, но порой она дает волю эмоциям, а это явно лишнее. Эмоции и досужие размышления приводят к плачевным последствиям.
- Л34424, - говорит Шеннон, - активность субкортикального базального ядра превышает норму. И уровень окситоцина не вписывается в промежуток между 2.5 и 6.4 по шкале Миллера.
- Сколько времени требуется на нейтрализацию?
- Восемьдесят два часа.
ЧАСТНЫЙ ДНЕВНИК ДОКТОРА Л34424
12/2/2295
Восстановление пациентки Кейн отложено на восемьдесят два часа. Я принял решение сделать дополнительные пробы и анализы. Не хочу рисковать. Это моё первое задание подобного рода и я чувствую большую ответственность.
12/3/2295
Начальство настояло на скорейшем восстановлении пациентки. Не уверен, что Шеннон успела принять все намеченные меры, но ослушаться приказа не представлялось возможным. Препарат мортриптан введен доктору Кейн в полдень.
12/4/2295
Пациентка пришла в себя. В этот момент в модуле находились я и Шеннон. Возможно, дело в неправильном функционировании corpus amygdaloideum, отвечающем за эмоциональное поведение, мотивацию и сохранение части прошлого опыта - доктор Кейн приняла нас с Шеннон за своих детей (Справка: мальчик и девочка 12 и 8 лет, погибли при крушении рейса 8432А). Эмоциональная реакция сопровождалась обильным слезоотделением. Поведение пациентки (присвоен номер Н000002) лишний раз доказывает, что позиция государства относительно эмоциональных проявлений, считающихся пережитком прошлого, верна.
12/9/2295
Адаптация пациентки начата. Н000002 по-прежнему считает Шеннон и меня своими детьми. Похоже, существует какая-то проблема в подкорковых нейронных узлах. Краткосрочный курс по введению в современность начался, но пациентка мало им интересуется. Сегодня она изъявила желание прочесть стихи некоего Уолта Уитмена. Подумать только: человек получил еще один шанс, но из всех возможных вариантов выбрал самый бесполезный – тратить драгоценное время на чтение поэзии.
12/11/2295
Начальство распорядилось направить энергию и усилия Н000002 на изучение материалов, предоставленных инженерами. Шеннон достала где-то книгу Уитмена, я успел изъять её. Нужно сообщить, но для начала стоит разобраться.
12/12/2295
Не понимаю, чем эта книга может нравиться. Рифмометрическая композиция стихотворений уродливая. Пожалуй, это самое подходящее слово, хотя и… несколько эмоциональное. Ни рифмы, ни слогового метра, ни изотонии, ни изосиллабизма, ни регулярной строфики. Пациентка продолжает периодически плакать и звать детей. Начальство выражает недовольство. Меня это беспокоит, хотя я уверен, что делаю все возможное.
12/17/2295
Кажется, я начинаю понимать, почему Н000002 интересовалась стихами Уитмена.
«Я вижу, явственно вижу в небе громады больших облаков;
Скорбно и медленно движутся вдаль, их формы безмолвно растут
и меняются;
Порой омраченная, полускрытая, в дали беспредельной звезда
Мелькнёт и снова исчезнет.
(Чьи-то роды, вернее - бессмертное чье-то, торжественное
рожденье.
А там, за рубеж, недоступный для взора,
Уходит чья-то душа.)»
Что-то в этом есть. Я не верю в существование того, что называют душой, но бессмертие мне знакомо. Это моя профессия. Сегодня Шеннон сказала, что передумала и не хочет никогда возрождаться.
12/19/2295
У меня новая напарница. Г34425. Проверяющий эксперт определил, что проблемы с гормонами возникли из-за ошибки в расчетах Шеннон. Её отстранили от работы. Странно: я контролировал все действия напарницы и готов поклясться, что все было правильно. Связи с ней нет.
12/20/2295
Пациентка наотрез отказалась сотрудничать до тех пор, пока не вернут Шеннон. Я бы тоже хотел, чтобы она вернулась. Не понимаю, что со мной. Не могу уснуть. Читаю Уитмена.
12/24/2295
Совет признал эксперимент с возрождением доктора Кейн неудавшимся. На завтра назначена операция уничтожения. Я ничего не сказал пациентке, но, кажется, она все поняла. Потом случилось странное: она крепко обхватила меня руками. Это были объятья. В современном обществе подобное проявление чувств не принято. Признаюсь, я растерян. Теперь в груди такой тяжёлый ком. Может быть, я чем-нибудь заразился от нее?
12/25/2295
«Задумчивый и неуверенный,
Слово Умершие я пишу,
Поскольку живущие — это Умершие.
(Возможно, они-то и есть единственно живущие, единственно реальные,
А я привидение, призрак.)»
Я уничтожил информацию о докторе Кейн и вывел её по боковым коридорам за пределы научного центра. Полагаю, я поступил правильно, хотя совершенно безумно. Шеннон бы меня поняла. Жаль, что я ее больше не увижу. Я словно дремал и теперь проснулся. Не хочу быть призраком, хочу жить, даже если оставшееся мне время уже отмеряют шаги военных, идущих к блоку доктора Л34424. Леонард Нортон.