Дочитала "Чуму".
Есть целые эпизоды, которые хочется перечитывать: места, где описываются общие настроения в Оране, проповедь, практически всё моменты с Риэ и Тарру, про сына следователя, концовка, но я обойдусь лишь совсем крупицами.
"Однако, когда видишь, сколько горя и беды приносит чума, надо быть сумасшедшим, слепцом или просто мерзавцем, чтобы примириться с чумой".
"И даже на смертном одре я не приму этот мир Божий, где истязают детей".
"Надо сказать, что чума лишила всех без исключения способности любви и даже дружбы. Ибо любовь требует хоть капельки будущего, а для нас существовало только данное мгновение".
"Мне доподлинно известно, что каждый носит её, чуму, в себе, ибо не существует такого человека в мире, да-да, не существует, которого бы она не коснулась".
"Да, Риэ, быть зачумлённым весьма утомительно. Но ещё более утомительно не желать им быть".
Возможны спойлерс
"Ибо он знал то, чего не ведала эта ликующая толпа и о чем можно прочесть в книжках, – что микроб чумы никогда не умирает, никогда не исчезает, что он может десятилетиями спать где-нибудь в завитушках мебели или в стопке белья, что он терпеливо ждет своего часа в спальне, в подвале, в чемодане, в носовых платках и в бумагах и что, возможно, придет на горе и в поучение людям такой день, когда чума пробудит крыс и пошлет их околевать на улицы счастливого города".
"В небе теперь беспрерывно распускались многоцветные фонтаны фейерверка, и появление каждого встречал раскатистый, крепнувший раз от раза крик, долетавший сюда на террасу, и тут-то доктор Риэ решил написать эту историю, которая оканчивается здесь, написать для того, чтобы не уподобиться молчальникам, свидетельствовать в пользу зачумленных, чтобы хоть память оставить о несправедливости и насилии, совершенных над ними, да просто для того, чтобы сказать о том, чему учит тебя година бедствий: есть больше оснований восхищаться людьми, чем презирать их".