Прошу прощения за долгое отсутствие
Готовила обещанную фотосессию по "Черной книге Арды". Вернее, по самой книге у меня только первые несколько фоток - дальше уже идет моя больная фантазия, подхлестнутая тягой к хэппи-эндам
Итак...
Краткий справочник на тему "Ху из ху" для не читавших ни "Сильмариллиона", ни ЧКА.
Мелькор (он же Моргот, он же Бауглир, он же Черный враг Мира, он же Мятежный вала, он же Отступник, он же Крылатый, он же Возлюбивший мир, он же Тано Мелькоре... он же Гоша, он же Юра, он же Жора...) - первоначально был одним из валаров (эдаких демиургов мира с четко распределенными обязанностями) и обитал вместе с ними и первыми эльфами в благословенной земле Валиноре, но... скажем так, кардинально разошелся с коллегами во взглядах на творчество, вследствие чего накинул на плечи любимый черный плащ и отправился в Средиземье сеять разумное, доброе, вечное.
Аст-Ахэ - крепость Мелькора.
Эллери Ахэ - "Эльфы Тьмы", ученики Мелькора.
Майяры - помощники и слуги валаров, ими же сотворенные. Скажем так - слабее, чем валары, но сильнее, чем эльфы.
Элхе (она же Эленхел, она же Полынь) - ученица Мелькора, в него влюбленная (по книге - безответно). Так называемая Видящая - специализируется на вещих снах, странных видениях и предсказаниях будущего (pike, твоей Хелене привет от коллеги из Средиземья
).
Аллуа - ученица Мелькора. В книге описана как "прекрасный огненный мак", из чего я сделала вывод, что она была рыжей...
Гортхауэр - майяр, преданный ученик Мелькора. Спортсмен, мелькоровец и просто красавец...
Курумо - майяр, ученик Мелькора. Занимался дисциплиной и трудовым воспитанием орков, дабы объединить их в нормальную армию и показать всему Средиземью кузькину мать. По книге - был изгнан за это Мелькором, в результате чего, разобиженный, пошел стучать на последнего в Валинор. Закончилось все это весьма печально...
"...Он медленно сложил за спиной огромные крылья, все еще наполненный счастливым чувством полета, летящего в лицо звездного ветра и свободы. И услышал тихий изумленный вздох. Девочка протянула руку и, затаив дыхание, словно боясь, что чудо исчезнет, коснулась черного крыла. Тихонько счастливо рассмеялась, подняв глаза:
- Учитель... у тебя звезды в волосах, смотри!" (с) "Черная книга Арды".
Для момента (книжного), когда пришел усталый Мелькор в свои покои, а там Элхе в кресле заснула...
Мысли (не по книге).
Тано: "Великая Тьма, о чем я думаю... мне - две эпохи, ей - едва пятнадцать лет... я Вала, пусть даже отступник - она слабая эллери... слабая... такая слабенькая и беззащитная, ее так хочется оберегать от всего на Арте..."
Элхе: "Он, наверное, совсем обо мне не думает. Хнык-хнык..."
Мини-рассказ
даже не рассказ, скорее просто комментарии к скринам...
- Аллуа, послушай! Я давно хотел тебе сказать... - Гортхауэр крепко сжал тонкую руку рыжеволосой эллери, уже подавшейся вперед, затаившей дыхание, ожидающей его слов со светящийся в глазах радостной надеждой...
- Так, голубки! - голос местного специалиста по перевоспитанию деклассированных элементов (сиречь орков) в социально полезные члены общества спустил верного ученика Мелькора с небес на землю - Вам не кажется, что вы выбрали немного неподходящее время?
- Да я... я... я хотел показать ей ландыши в лесу! - Гортхауэр посмотрел на Курумо мечтательно-честными глазами пьянствующего поэта.
- Ты уже третий раз ей ландыши в лесу показываешь. Они что, так быстро новые вырастают? Или вчера... ушли утром, собирать цветы полыни для венка Эленхел. Вернулись к вечеру с тремя цветками. Маргаритки. Идемте. А то успеем только к крикам "Горько!".
- К каким крикам? - недоуменно спросила Аллуа.
- Это Тайли придумала... "Горько-горько, горькая Полынь, поцелуй Крылатого!". Глупость полная, но всем понравилось...
- Надеюсь, хоть твоих орков не будет на праздновании? - поинтересовался Гортхауэр.
- Не будет. Почти. Что? Один будет. Всего один! Самый спокойный! Почему вы так на меня смотрите? Мои ребята, если вам это интересно, почти весь здравур вам варили...
- Спасибо, что предупредил. Теперь не стану пить там ничего, кроме воды из наших родников. - с содроганием произнесла эллери.
- Зря. Здравур вышел отменный. Кстати, вам следует меня поздравить! Мне удалось пробудить в орках тягу к творчеству!
- Могу себе представить, что они там натворили...
- Ничего ужасного не натворили. Просто получилось чууууть-чуть крепче, чем обычно...да... совсем чуть-чуть.
Обитатели Аст-Ахэ, практически все, пребывали в глубочайшем удивлении от того, что день свадьбы Тано Мелькора вообще настал - после тех рассказов его брата о "счастливой и безоблачной" жизни с Вардой, поведанных, когда Манвэ в отчаянии прибыл в Средиземье (а конкретно - в крепость Мелькора) просить политического убежища от любимой супруги... кстати, Королева Звезд тогда отыскала своего затерявшегося в недрах винных погребов Аст-Ахэ спутника жизни довольно быстро. Никто так и не понял, что же именно выдало Манвэ, приехавшего инкогнито, в одежде простого странника - может быть, манера держаться, может быть, блеск в глазах, а может быть, то, что он прибыл, лихо спикировав на башню замка, верхом на любимом орле...
"Невеста Властелина Тьмы" - это звучит гордо! Правда, гордо? Элхе, улыбни-ись!
Сделанный подопечными Курумо здравур разлили по бутылкам, прилепив к каждой этикетку с красивыми витиеватыми надписями по языке Эллери Ахэ - "Шато Аст-Ахэ" и "Ellery Nouveau". Оказался он, как и предупреждал майяр, "чуть" крепче, чем обычный эльфийский - это с некоторым удивлением отмечали все гости.
Гортхауэр, уже успевший отдать честь сему напитку, развлекал рыжеволосую красавицу анекдотами на тему "Встретились как-то орк, гном и Эллери Ахэ".
- А хочешь, я тебе еще один расскажу? Ты его, наверное, не знаешь.
- Про то, как они встретились в таверне и стали спорить, чей язык проще? Никогда не слышала, расскажи!
Златоволосая малышка Йолли сидела рядом с счастливыми Элхе и Тано и ждала, когда уже взрослые закончат со своей ерундой непонятной и начнут резать этот вкусный торт, стоявший прямо перед девочкой.
Менестрель ел сосредоточенно и молча, не отвлекаясь на посторонние разговоры - потому как имел некоторый опыт присутствия на празднествах и прекрасно понимал, что когда порядком наздравурившиеся эльфы начнут нестройным хором просить у него "Песню! Песню!" он до самого конца пира сможет разве что быстро промочить пересохшее горло - да и то, когда его будет "заменять" приглашенная эльфийская "коллега" по имени Элентиэль. Та никогда в Аст-Ахэ не бывала, и, надо сказать, была несколько разочарована отсутствием там ожидаемого и обещанного мрака...
Но в данный момент она сидела, краснея и опустив глазки в пол (точнее, в землю) возле Курумо, который проникновенным голосом вдохновенно сравнивал ее глаза - со звездами Варды, облик - с "прекраснейшим из видений Ирмо", грацию - с той, что обладала Несса... правдивость своих комплиментов он подтверждал неоспоримым доводом - "я со всеми ими жил. Я знаю, о чем говорю". При всем этом Валинор был достаточно далеко, и майяр мог не опасаться того, что ему настучат по голове за эти весьма смелые в глазах валар сравнения...
Впрочем, его произнесенные после того, как прекрасная менестрель закончила свое "выступление" и отняла флейту от губ, слова о том, что Элентиэль была бы достойна хоть сейчас играть первую скрипку (точнее, первую флейту) во Втором Хоре, почему-то были восприняты с меньшим восторгом...
После были исполнены Менестрелем и его "помощницей" на сегодняшний вечер разные песни - и заставившая Гортхауэра впасть в уныние грустная баллада "Майяр и эльфийка, майяр и эльфийка, не пара, не пара, не пара...", и несколько фривольная песенка "В каморке, что за Аст-Ахэ залом, репетировал орчий ансамбль, вокально-инструментальный, под названием "Эллери" ", и полюбившаяся многим задумчивая песня "Дети Ахэ, мы уснем в твоих мягких лапах... дети Ахэ, нас погубит твой мятный запах...".
А "самый спокойный" из орков Курумо, в свободное от слов "Здравур настоенный на полыни, здравур, настоенный на полыни! Выпейте за здоровье невесты!" (а вы думали, в Арте не было пиара? Пиар был всегда...), лихорадочно записывал тексты, чтобы им с товарищами было что петь во время дружеских посиделок помимо "Ой, МанвЭ, Манвэ-э, не морозь меня...". Но, так как он очень торопился, тексты получились весьма неразборчивы, и их потом разбирали всей казармой.
Вот так и появился знаменитый мордорский язык... (хоть до самого Мордора было еще очень далеко).