Показать сообщение отдельно
Старый 07.01.2015, 23:57   #13
Сочинитель мрачных сказок
Серебряная звезда Золотая звезда Золотая звезда Серебряная звезда Золотая звезда Серебряная звезда Бронзовая звезда Золотая звезда 
 Аватар для pike
 
Репутация: 17378  
Адрес: Винодел Туссента
Сообщений: 12,971
Профиль на Thesims3.com
По умолчанию

Глава -6
Исход.






- Теперь понятно, отчего, вызвав меня из Зеленодола, отец вдруг перенёс нашу встречу на вечер, - постукивая пальцами по подлокотнику кресла, в раздумье произнёс Эльрик.
Стоявший возле распахнутого настежь окна Рональд обернулся.
- Он вызвал не только тебя. Сам понимаешь, дело нешуточное, - вынув изо рта трубку, ответил он. – Кое-кто из членов Совета прибыл в город ещё вчера. Матушка Амаранта вообще приехала в Тирин третьего дня.

- Да-а-а, дорогой мой кузен, - качнул головой герцог. - Новости твои удивительны и весьма тревожны. Боюсь, что король Увэ совершает рискованный шаг. Бесспорно, что остров принадлежит Данахту и что на Каринфельде находится единственное во всей Сидонии месторождение сурия*, но... - он с сомнением взглянул на Рональда. - Сейчас это не своевременно. Уж не появление ли при его дворе Белой колдуньи сподвигло Увэ к столь решительным действиям?

Соглашаясь с ним, лорд Лансер склонил голову.
- Верховный магистрат Ордена и сама матушка Амаранта полагают, что это именно так. Увэ твёрдо намерен отобрать остров у укунцев и надеется, что сила Белой колдуньи ему в этом поможет.

Эльрик с сомнением взглянул на кузена.
- Белая магия, магия смерти. Неужели эта колдунья настолько сильна?
Выбив трубку о широкий подоконник, Рональд подошел к письменному столу.
- По словам матушки Амаранты, со времён Дану в Поднебесном мире не было колдуний сильнее. И Белая, и Чёрная по своей силе не уступают легендарным Рифке и Кринегунде, - положив трубку на стол, он опустился в кресло. - Неужели до Зеленодола ещё не дошли вести с Севера? Буквально через седьмицу после своего прибытия в Данахт эта Лилит с лёгкость утихомирила обрушившуюся на побережье Норвика бурю, чем спасла сотни жизней.

Эльрик кивнул.
- Я слышал эту историю.


Рональд усмехнулся, откинувшись на высокую спинку кресла.
- И как заведено в твоих правилах, не поверил.
Герцог сделал неопределённый жест рукой.
- Я всё беру под сомнение. Разве это плохо? К тому же в моём представлении магия смерти не шибко вяжется со спасением жизни.
- Ты сравниваешь абсолютную магию с боевой? Но это разные понятия. Абсолютная магия непостижима для нашего с тобой понимания.
- Да я и не сравниваю, - пожал плечами Эльрик.

- Она вальке! Она самая настоящая валькирия! - Рональд порывисто встал с кресла. - Мне посчастливилось пообщаться с Чёрной колдуньей и поверь, я знаю, что говорю! - с волнением в голосе произнёс он.
- О да! Странствующие лицедеи всё лето развлекают народ, разыгрывая сценку с историей о твоей встрече с Чёрной колдуньей, о том, как она подшутила над тобой и Сарканом. Между прочим, по популярности это представление уступает разве что сценам о сватовстве барона Трори и о смерти старого лорда Ориенгот-Лето, - усмехнулся Эльрик.

Рональд предпочёл оставить подначку кузена без ответа.
- Белая, она другая, - возбуждённо пробормотал он, пройдясь по кабинету. - Я видел её... но лишь мельком... Она не такая! Не могу этого объяснить, но... В ней чувствуется что-то такое...
- Красивая? - поинтересовался Эльрик.
- Она сказочно красива.
Герцог понимающе кивнул.

- А мне вот что интересно, - произнёс он уже серьёзно. - Коли эта Лилит настолько сильна, что воодушевила Увэ на идею вернуть себе остров, то не усмотрят ли этой угрозы и в Укуне? Шпионов Лиги в Данахте пруд пруди, и возможно, что лорд Мак'Олдрин уже готовится к отражению вероятного нападения. Как говорится, что известно двоим, то и сороке известно.

Рональд отрицательно качнул головой.
- А это теперь не имеет никакого значения. На Севере уже начался сезон штормов, навигация закрыта. А скоро придут и паковые льды, ни один кайран в море не выйдет. Каринфельд сейчас недосягаем. Единственное, чем сейчас может ответить Укун, так это напасть на Данахт. Но это нарушит Мерфудский пакт, что понимают в Лиге и потому не допустят. Коли уж дело дойдёт до драки, то биться придётся на спорной территории Каринфельда. Круг замкнулся - ни Данахт, ни Укун сейчас не в силах доставить войска на остров. В Лиге резонно полагают, что раньше весны Увэ на Каринфельд не пойдёт.

Эльрик настороженно взглянул на кузена.
- Белая колдунья?! Ты хочешь сказать, что...
- …Увэ пойдёт на Каринфельд, и именно сейчас, - невозмутимо продолжил тот.
- Усмирение бури - это всего лишь... - пробормотал герцог.
Рональд опустился в кресло.


- Да. Демонстрация силы. Колдунья только показала Увэ, на что она способна. Вчера мы с дядюшкой имели честь обсудить последние события с Первожрицей, и матушка Амаранта сказала, что магистресса Трудде не в силах влиять на Белую колдунью. По её словам, она вынуждена лишь наблюдать за происходящим. Голубка* неожиданно лихо взяла быка за рога, и её неукротимой деятельности можно разве что позавидовать. Своей магией она усмирила бурю, исцеляет безнадёжных больных, близко сошлась с королевой Амелией, завела дружбу с самыми влиятельными вельможами Данахтского двора, а благодаря умопомрачительной красоте у неё появилась тьма тайных и явных воздыхателей среди танов и скваеров. Простые жители Норвика вообще в ней души не чают. Магистресса Трудде сообщила, что Городской совет Норвика решил увековечить подвиг Белой колдуньи, установив на городской набережной памятник, а Увэ имеет намерение наградить её титулом герцогини и отдать в качестве лена Бъёнхольм и все прилегающие к городу земли.

Эльрик бросил на кузена тревожный взгляд.
- Не её присутствие вдохновило Увэ напасть на Каринфельд, а сама Белая колдунья?

- Возможно, - неуверенно согласился Рональд и, немного подумав, добавил: - Я прекрасно понимаю желание Увэ вернуть себе остров и находящиеся там шахты. Да и поступки Белой колдуньи по большей части понятны и легко объяснимы. Но зачем ей накануне Исхода толкать Увэ к конфликту с соседями? Ей-то зачем Каринфельд? – задумавшись, Рональд помолчал и тихо продолжил: - Дорогой мой Эльрик, боюсь, что приближающийся Исход разбудил непостижимые для нашего понимания силы.
В кабинете наступила пауза, мужчины молчали.

Глядя на видневшиеся за окном черепичные крыши, Рональд задумался о чём-то своём.
Его кузен, герцог Гуял-Исша сидел в кресле и машинально поглаживал ножны кинжала, хмуро уставившись на мыски своих сапог.
- Отец хочет устроить мой брак с Милисентией, дочерью барона Нан Марог, - прервав затянувшуюся паузу, невпопад произнёс он.

- Я слышал, - лаконично отозвался Рональд.
Не меняя позы, Эльрик покосился в его сторону.
- Разве тебя не смущает, что барон состоит в Высшем совете Лиги, что он наш лютый враг?
Не отводя взгляда от окна, Рональд пожал плечами.
- Это политика, дорогой мой Эльрик, это политика.

Герцог приподнял брови.
- А меня смущает, - и, вздохнув, добавил: - Милисентии едва исполнилось тринадцать, она совсем ещё дитя.
- Молодая, да ранняя. Я видел её в Хольме... Красивая девочка, а когда подрастёт... - бесцветным голосом отозвался Рональд.
Вновь углубившись в созерцание своих сапог, Эльрик хмуро усмехнулся.
- Барон не отдаст дочь за меня и... правильно сделает.
- Точно, - равнодушно поддакнул ему Рональд.

- Значит, спрашиваешь, зачем ей накануне Исхода толкать Увэ к конфликту с соседями?
Вопрос герцога заставил Рональда обернуться.
- Именно.

Почесав давно не бритый подбородок, Эльрик хмыкнул.
- Я воин и смотрю на подобные вещи с иной точки зрения. Из того, что ты мне рассказал, напрашивается вывод, что действия Белой колдуньи... Как бы это сказать?.. Они стратегически правильные. В то время как Чёрная сидит себе тихонечко на Юге, в Авелорне, и о ней вообще ничего не слышно, Белая поднимает шорох на Севере. И сдаётся мне, чем ближе назначенный срок Исхода, тем более активно и вызывающе она действует. На Юге у нас нет врагов, но на Севере совсем иное дело, между нами и Данахтом враг, Лига пяти королевств. А если допустить, что из-за действий Увэ и Белой волшебницы Лига волей-неволей вынуждена все силы и внимание сосредоточить на Данахте? Ибо они прекрасно понимают, что армия Увэ сильна, а в сочетании с магией Белой волшебницы становится ещё сильнее, и перед ними возникает более чем реальная перспектива навсегда потерять единственное во всем Поднебесном мире месторождение сурия, - будто что-то взвешивая на ладонях, Эльрик поднял руки. - Какая проблема для Лиги важнее? Реальная угроза потерять шахты сурия или Исход, с которым можно разобраться позже? Пожалуй, в этом и кроется ответ на твой вопрос: Голубка обеспечивает безопасность Исхода, отвлекая все силы Лиги на себя.

Рональд с сомнением взглянул на кузена.
- Логично, но магия и ложь несовместимы. Обе волшебницы говорили, что им неведом день Исхода, и ольге Ордена это подтверждают.


Эльрик кивнул.
- Это верно. Тем не менее, все их действия говорят об обратном. Есть одна тонкость, которую все почему-то упускают. В своих разговорах вы упоминаете лишь одних колдуний, но отец мне говорил, что с ними была и третья особа. Отчего никто из вас не задумался о том, что колдуний преднамеренно оставили в неведении, а срок Исхода знает эта третья? Там, в мире людей, находится не кто-нибудь, а сама Преподобная мать, живое воплощение Дану. Уж кому, как не ей, знать и об ольге, и о ментадах, которые тут же попытаются вытащить из памяти предвестниц дату Исхода? И заметь, что отправили они сюда не абы бы кого... Чёрная колдунья Архаин вообще родная дочь императора. А кто тогда Белая? А эта третья, может она и есть не кто иная, как сама Преподобная мать? Забудь о пророчестве и постарайся посмотреть на происходящее их глазами! Они проводят военную операцию, и никак иначе. Одно дело занять выгодные позиции на поле брани, лишь предполагая, как ты будешь действовать во время сражения, но совсем другое – вести бой. Все основные решения ты принимаешь уже во время битвы. Колдуньи - это и есть те самые войска, а третья... Она их маршал, она и принимает решения.

- Не слишком ли ты сгущаешь краски? По твоим словам выходит, что и мы, и Лига для них враги, - хмуро вставил своё слово Рональд.

Герцог лишь хмыкнул.
- Если вспомнить о том, как и когда они покинули Поднебесный мир, то их легко понять. Случись подобное со мной, поступал бы точно так же. Я вот что тебе скажу, дорогой мой Рональд: нас ждут большие перемены. Они возвращаются не для того, чтобы сложить ручки и наслаждаться покоем. Они возвращаются, чтобы изменить этот мир. Они уже начали претворять свои планы в жизнь, ибо действуют - и действуют активно. Уверен, что план по захвату Каринфельда, который Увэ считает исключительно своей идеей, родился не в Норвике, а именно тут, в Тирине. Та третья, которую я назвал маршалом, и придумала всё это. Она нашла слабое место в рядах противника и задействовала Белую колдунью. Брошенное её рукой семя легло на благодатную почву. Увэ давно желал вернуть остров, и Белой колдунье оставалось лишь пару раз ненавязчиво поговорить об этом с Амелией да блеснуть перед королём и народом мощью своей магии, и пожалуйста: последние сомнения отметены, Увэ рвётся в бой! Уж не знаю, как эта женщина поддерживает связь с колдуньями, но даже самому посредственному пикси* потребуется всего два дня, чтобы долететь отсюда до Новика и доставить письмо. Склоняю голову перед её талантами, она блестящий стратег, ибо за столь короткий срок успела разобраться в тонкостях расклада сил в Поднебесном мире. В её плане учтено всё - и чаяния короля Увэ, и погрязший в словоблудии Сенат, и Мерфудский, пакт и даже то, что, владея залежами сурия, Лига накрепко держит нас за яйца! Учись, кузен. Не имея ни армии, ни власти, не вступая в сражение с врагом, эта особа уже одержала блестящую победу! Уверен, что и Орден, и ты, мой дорогой Рональд, попались на её удочку. Вы с жадностью проглотили яркую наживку в виде двух колдуний и упустили из внимания того, кто за ними стоит. Говоря проще, гоняясь за медвежатами, вы просмотрели медведицу.

- Вынужден признать твою правоту, - согласился Рональд, когда его кузен завершил свою речь. - Мне эта особа известна под именем Колодаи. Мало того, не далее чем четвёртого дня она была в этом самом кабинете, и я разговаривал с ней. Она успела изрядно отличиться, убив давно разыскиваемого лиходея, сноркера Древера Гуни, и освободив десять захваченных им снорок, среди которых оказалась Тия, старшая дочь владыки Везинского леса короля Ламиса.

- Вот это да! - изумлённо приподнял брови Эльрик. - Убила?!
- Да. Прирезала, как поросят, и самого браконьера, и его помощника. По моему приказу их отрубленные головы помещены в бочонки с солью и скоро будут выставлены на всеобщее обозрение в назидание всем прочим.

Откинувшись на спинку кресла, герцог от души расхохотался.
- Вот это да! Да я... Я самолично... самолично писал указ о вознаграждении тому, кто доставит... живым или мёртвым! В Зелёных Дубравах давно уже в ходу листки с портретом этого выродка! Отгулял, значит, своё душегубец! Слушай, я очень хочу увидеть эту Колодаи. Мало того, что она весь Север разворошила, так ещё и... Слушай, а ведь этот разбойник чрезвычайно опасен да осторожен был. Известно, что он и с ножом весьма ловко управлялся. Дорожка-то за ним кровавая, а она... Всенепременно хочу её видеть!
Рональд улыбнулся.


- Не вижу препятствий. Коли так совпало, что и в Зелёных Дубравах обещана награда за голову лиходея, то у тебя есть повод с ней встретиться. Кстати, что полагается ей в качестве награды?
- Она может выбрать по своему желанию... - слова Эльрика прервал осторожный стук в дверь кабинета.
- Входи, Саркан!

В кабинет бесшумно проникла облачённая в длинную чёрную одежду фигура советника.
Саркан прикрыл за собой дверь и учтиво поклонился герцогу.
- Мой господин, - тихо произнёс он, обращаясь уже к лорду Лансеру. - К вам пожаловала давешняя женщина, госпожа Колодаи. Прошу меня простить, но я взял на себя смелость проводить её в малую приёмную, - Саркан выразительно покосился в сторону большой резной двери, соединяющей кабинет Рональда с упомянутой приёмной. - Дело в том, что она настаивает, чтобы вы всенепременно тотчас же приняли её. Утверждает, будто её дело не требует отлагательства.
- Невероятное совпадение, - тихо пробормотал герцог.

Рональд изумлённо приподнял брови.
- Ого! Интересно, что за срочность такая? - обменявшись с кузеном быстрым обеспокоенным взглядом, поинтересовался он.
- Госпожа Колодаи отказалась сообщить мне о цели своего визита. Она желает разговаривать лишь с вами, - ответил Саркан и как можно тише добавил: - Она принесла весть об Исходе.

Несмотря на то, что день выдался на редкость солнечным и ясным, осенние холода уже давали о себе знать, и в малой приёмной в отличие от кабинета, где топился камин, было более чем свежо.
Когда Рональд и Эльрик в сопровождении Саркана вошли туда, то увидели стоящую к ним спиной рыжеволосую женщину в сером, сшитом по последней моде дорожном костюме с отделанными серебристой тесьмой обшлагами.
Сложив на груди руки, она очень сосредоточенно рассматривала один из старинных семейных портретов рода Лансеров.
Со стороны могло показаться, что гостья настолько поглощена этим занятием, что даже не услышала, как в приёмную кто-то вошел.

Эльрик наклонился к кузену.
- Она? - тихим шепотом спросил он.
Рональд молча кивнул.
Сделав шаг по направлению к гостье, Саркан тихо откашлялся.
- Сударыня... - его, старого ментада, не обманула внешняя невозмутимость женщины.


- Кто эта дама? - не отрывая взгляда от портрета, неожиданно спросила рыжеволосая.
- Простите, сударыня? - изумлённо приподняв брови, спросил Саркан - заданный женщиной вопрос противоречил её мыслям, в которых навязчиво крутилось незнакомое советнику женское имя - Ленора, Ленора.

На этот раз гостья обернулась.

Словно не заметив стоявшего подле неё Саркана и лишь на долю секунды задержав взгляд на Эльрике, она повторила свой вопрос, обращаясь к Рональду.
- Чей это портрет? Кто эта женщина с ребёнком?

Эльрика неприятно изумило такое невежливое поведение, к тому же он был несколько разочарован, ибо совсем иначе представлял себе убийцу опасного преступника и благородную освободительницу снорок.

Стоявший рядом с ним Рональд нахмурил брови.
- Прежде всего, здравствуйте, сударыня! Позвольте представить вам моего кузена, герцога Эльрика Гуял-Исша, сына верховного мейстера Ангрима, - и, обращаясь уже к своему кузену, закончил. - А это и есть та самая госпожа Колодаи, о которой я рассказывал.

Женщина с некоторым интересом взглянула на герцога.
- Доброго дня вам, герцог, - едва заметно качнув головой, холодно произнесла она.
"Как хороша! Совершенный овал лица, чувственные пухловатые губы, смуглая кожа. Чудные волосы, длинные, цвета конского каштана, заплетённые в две толстые косы. А фигурка-то какова! Дивные светло-карие глаза… Но этот взгляд! Тяжелый, цепкий, хищный взгляд. Волчьи глаза", - подумал Эльрик.
- Вы так и не ответили на мой вопрос, - настойчиво повторила женщина, переведя взгляд на Рональда.

- Хорошо, сударыня, я удовлетворю ваш интерес. Это моя бабка, герцогиня Лив Лансер, а на руках она держит свою дочь Ингрид, младшую сестру моего отца. Вы удовлетворены? Тогда я хотел бы спросить у вас, что за сроч...
Но Колодаи не позволила Рональду договорить, прервав его самым бесцеремонным образом.
- Сударь! Я настаивала на встрече с вами, ещё не зная, что увижу этот портрет. Меня есть что вам сообщить, но это может немного обождать. Сейчас же меня чрезвычайно интересует судьба изображенных здесь женщины и ребёнка. Подозреваю, что моя новость напрямую связана с вашими предками, а конкретно, с кем-то из этих двоих. Поверьте, это очень важно!

- Важно? - переглянувшись с Эльриком, несколько ошарашенно переспросил Рональд.
Колодаи утвердительно качнула головой.
- Они обе погибли во время Большой крови, - ответил за своего господина Саркан.

Рональд развёл руками.
- Да, сударыня. Саркан прав. К сожалению, они обе погибли во время штурма Тирина.

Колодаи вновь взглянула на портрет.
- Это точно? Остались ли какие-то упоминания об их гибели, видел ли кто-то их мёртвые тела?
- Какие могут быть упоминания, если в тот день город и дворец пылали, и битва уже шла на улицах, примыкающих к площади портала? - вмешался в их разговор герцог. - Вы, сударыня, видели северную стену цитадели? Жар был такой силы, что даже каменная кладка спеклась.

Лёгким наклоном головы гостья дала понять, что ответ герцога её устраивает, и, подняв взгляд на портрет, спросила:
- Голубой цвет глаз и светлые волосы - это фамильная черта рода Лансеров?
- Да, сударыня, - ответил Рональд.

Колодаи в последний раз взглянула на портрет герцогини Лив Лансер.
- Думаю, сударь, что сегодня вас - конкретно вас - ожидает двойной сюрприз, - с лёгкой иронией произнесла она.
Разговор о предках Рональда был исчерпан, и гостья перешла к основной цели своего визита.
Впрочем, по тому, с каким волнением и блеском в глазах на неё взирали собеседники, легко можно было понять, что они уже обо всем догадались, и Колодаи хватило лишь одного слова, чтобы спустить пружину их натянутых до предела нервов:
- Сегодня.


Сбывался самый страшный кошмар Рональда Лансера.
В сознании лорда болезненным сонмом крохотных молоточков застучали слова Писания: "Тысячи тысяч! Тысячи тысяч! "
Рональд вцепился руками в высокую спинку стоящего перед ним кресла так, что побелели кончики пальцев.
- Как?! Куда устроить такую тьму народа?

Взглянув на Колодаи и стоявшего рядом с нею Саркана, он вдруг понял, что сказал это вслух.
Советник укоризненно качнул головой, как бы говоря: "Будьте сдержаннее, мой господин, сдержаннее..."

- Да полно, лорд! - с сочувствием в голосе произнесла гостья. - Архаин ведь говорила вам, что Писание здорово все преувеличивает.
- Тогда уж позвольте спросить, сударыня. Может, вы назовёте точное количество? - осторожно поинтересовался Саркан.
- Тридцать, если не считать Преподобную мать и семью императора.
- Вот и верь после этого Писаниям! - качая головой, тихо пробормотал герцог.

- "И настанет день Исхода из мира человечьего, и вернутся в Поднебесный мир дочь моя Белагестель и брат её Муилькор. И будут они править и вершить справедливый суд, и тысячи тысяч последуют за ними..." - процитировала Колодаи. - С чего вы взяли, что эти тысячи придут одновременно с ними?
Ничего ей не ответив, герцог лишь приподнял брови.

Советник сразу же обратил внимание на то, что процитированный женщиной отрывок несколько отличается от привычного текста Писания, но и он предпочёл промолчать, решив, что эта пикантная деталь требует более тщательного разбирательства - и не без вмешательства матушки Амаранты.

Что касается Рональда, то он вообще не обратил внимания на эти слова Колодаи, ибо после того, как жуткие тысячи тысяч неожиданно сократились всего до нескольких десятков, лорд Лансер готов был расцеловать эту милую рыжеволосую даму и броситься в пляс.
Была ещё и растерянность.
И это при том, что на стене его кабинета, прямо над письменным столом, висел заученный им с самого детства Кодекс хранителей портала. Документ, передававшийся в роду Лансеров из поколения в поколение, документ, в котором коротко и ясно, а главное, доходчиво было расписано, что и как надлежит делать хранителю в день Исхода. И в этом Кодексе ни слова не говорилось о пресловутых тысячах.

В тексте вообще упоминались только Преподобная мать и император, и эта маленькая деталь всегда вызывала у Рональда недоумение. Ведь он прекрасно помнил, что было написано в древних сказаниях.
И вот настал день, когда ему, представителю рода Лансеров, исстари именовавшихся Хранителями портала, выпала честь наконец-то исполнить свой долг, а он растерялся, и теперь всё происходит как-то нелепо и суматошно.

В отличие от своего молодого господина, старый советник не потерял самообладания.
- Надо известить магистрат Ордена и отправить гонцов в Хольм, - спокойно произнёс он.
- Да, Саркан, да! Непременно, непременно гонцов! Сейчас же! И вели Диону немедленно поднять гарнизон цитадели, - охрипшим от волнения голосом распорядился Рональд.
На его плечо опустилась рука Эльрика.
- Успокойся, - тихо произнёс герцог.

Рональд несколько раз глубоко вздохнул.
- Немедленно усилить охрану площади портала, посты на въездах в город и патрули городской стражи! Саркан, вызови ко мне городских старшин и главу гильдии негоциантов! - уже чуть спокойнее распорядился он и перевёл взгляд на невозмутимо наблюдавшую за ним гостью. - Вы сказали, семья императора?

Женщина утвердительно кивнула.
- Да. Четыре дочери, одна из которых ещё совсем дитя, сам император Муилькор и две императрицы, Хеленгард и Ленора.
Пожалуй, лишь один Саркан обратил внимание, что, произнеся имя Леноры, она мельком бросила взгляд на заинтересовавший её портрет герцогини Лив Лансер.
"Так вот в чём дело! Ленора-Ленора! Неужели?.." - советник искоса взглянул на своего господина.

Теперь, когда Рональд наконец-то собрался с мыслями и немного успокоился, в его памяти сами собой всплыли заученные с юности слова древнего Кодекса, и всё вдруг стало более определённым и ясным. Теперь он чувствовал себя в своей стихии.

- Саркан, передай кастеляну, чтобы он снял печати с императорских покоев и привёл комнаты в надлежащий порядок. И чтоб всенепременно позаботился о покоях для Преподобной матери. На первых порах цитадель обеспечит приют для всех прибывших с ними. И... пора бы истопников побеспокоить, - поёжившись, заключил он.
- Немедленно передам все ваши распоряжения, - произнёс советник и направился в сторону двери. - Надо срочно известить матушку Амаранту.
- Саркан! - окликнул его Рональд. - Я сам.
- Как вам будет угодно, милорд, - ответил тот и вышел.

- Не сочтите за невежливость, но я вынужден оставить вас в обществе кузена, - учтиво произнёс Рональд, обращаясь к Колодаи. - Тем более, ему есть что сообщить вам, - добавил он.
Женщина удивлённо взглянула на герцога.
- Убив опасного преступника, вы, сударыня, дали повод для нашей с вами встречи, - ответил тот на её немой вопрос.
- Повод?
- Да, сударыня. Вы уничтожили его, стало быть, вам полагается награда по вашему выбору - в соответствии с моим указом.
Впервые за всё время разговора Колодаи улыбнулась.
- Ну что ж! Если вы, герцог, будете столь любезны и проводите меня к порталу, то мне вполне достаточно будет и такой награды.
Герцог галантно поклонился и, по-гусарски прищёлкнув каблуками, подал даме руку.
Колодаи улыбнулась.
- Ох уж эти военные!


- И всё же, сударыня, как мне кажется, вы заслужили куда большую награду за голову лиходея, - произнёс герцог, когда они с Колодаи шли по открытой анфиладе дворца.
- Ах, оставьте, герцог. Нет его более на этом свете, и ладно. Мне вполне достаточно того, что эти крохи живы, здоровы и счастливы.

Эльрик взглянул на свою спутницу.
- Вы чрезвычайно скромны, сударыня, и великолепно держитесь. Не удивлён, что близкое знакомство с вами заставляет мужчин терять головы.
Поняв его намёк, она скромно улыбнулась.
- Признаюсь вам, сударь, что была потрясена до глубины души, когда поняла, кого освободила. Я ведь была уверена, что это дети. Мне не раз доводилось слышать о снорках, но согласитесь, что слышать и увидеть воочию - это абсолютно разные вещи. К тому же они настолько милые, что впору повязать им на хвосты шелковые бантики и уложить на бархатную подушечку. Они так забавно урчат, словно котята... Клянусь богами, убила бы всех, кто причиняет им зло.

Колодаи говорила ровным, спокойным тоном, словно всю свою жизнь только тем и занималась, что вела светские беседы. Тембр её голоса был мягок и немного тягуч. Но в последней фразе герцог уловил разительную перемену, словно её произнесла совсем другая женщина. Это уже было не мурлыканье светской львицы, какой она представлялась только что – в её словах звучала холодная и безжалостная сталь.

Они свернули в широкий коридор с арочными сводами, украшенными потемневшими от времени резными панелями из красного дуба.
- Вы удивительная женщина, - покачал головой Эльрик. – Признаться, мы с лордом говорили именно о вас, когда Саркан доложил о вашем визите.
- Обо мне?! - вполне искренне изумилась Колодаи. – Никогда бы не подумала, что убийца ничтожного преступника вызовет столь живой интерес двух высокопоставленных особ. Чем же, позвольте спросить, я заслужила такое повышенное внимание с вашей стороны?

- Ну полно, сударыня, - пытаясь понять, играет она или нет, произнёс герцог. - Мы обсуждали более значимые вещи. Например, решение короля Увэ идти на Каринфельд. Мы говорили о Белой и Чёрной колдуньях, о близком Исходе и о том, какая роль во всём этом принадлежит вам, сударыня.

Ни один мускул не дрогнул на её лице. Мягко улыбнувшись, Колодаи лишь прикрыла глаза.
Теперь, когда шла рядом, она уже не казалась герцогу такой обворожительной красавицей, как в ту минуту, когда он впервые её увидел. Хороша, это бесспорно, но в своей жизни Эльрик видел женщин куда более красивых. Почему же так трудно отвести от неё взгляд?

В её внешности было что-то и от дагдов, и от сульми. Странная смесь. Каштановые волосы и прямой, чуть вздёрнутый нос – черты, свойственные горцам дагдам. Почти круглое лицо и выраженные скулы в сочетании со смуглостью кожи выдавали присутствие восточных, сульмитских кровей, но чувственные губы, разрез глаз и длинные ресницы однозначно указывали на то, что она сид. Когда Колодаи повернула голову, чтоб взглянуть на Эльрика, тот успел разглядеть её ухо, не островерхое, как у тауттов, а круглое, как у сидов и идишей.

Женщина мягко улыбнулась.
- Вы во мне дыру про-гля-ди-те, - слово «проглядите» она практически пропела по слогам. - И с чего вы взяли, будто я имею какое-то отношение к решению короля Увэ? Я тут, в Тирине, а сей славный муж правит в Данахте. Я даже название Каринфельд впервые слышу от вас. И что может связывать самую обыкновенную женщину с королём?


- Не обыкновенную. Не обыкновенную женщину! Будь вы обыкновенной, вас бы не отправили сюда вместе с предвестницами.
- Вы мне льстите, герцог, потому что я дама? - скромно опустив глаза, Колодаи кокетливо улыбнулась.
И это победительница грозного сноркера, закулисный «маршал»? Эльрик чувствовал себя сбитым с толку – столь непостижимой казалась ему эта женщина.
Они вышли во двор и по мощёной тёмно-красным гранитом дорожке направились в сторону парадной лестницы, сбегающей прямо на площадь портала.
Тут уже собралась довольно приличная толпа придворных, среди которых Эльрик заметил и своего отца.
Не скрывая интереса, Ангрим внимательно наблюдал за приближающимися к нему Эльриком и Колодаи. Они шли не спеша, под ручку, и мило беседовали, словно старинные знакомые.

- Зачем мне льстить? Вы действительно необыкновенная женщина, - продолжил беседу герцог. – Отсюда, из Тирина, видно куда больше, чем из Норвика.
Колодаи подняла взгляд на собеседника. Странное дело, выражение её глаз потеплело, они уже не казались волчьими. Или дело было просто в сузившихся от яркого солнечного света зрачках?
- Тирин замечательный город! Как верно вы подметили, что отсюда открывается то, что не сразу увидишь, стоя рядом. Большое вообще лучше видится издалека, но об этом лучше не говорить открыто. Особенно если это может расстроить того, кто искренне верит, что узрел всё без посторонней подсказки. Со временем произошедшие события, как правило, обрастают пустыми домыслами и сплетнями, так и пусть всё идёт своим чередом.

Услышав её туманный ответ, Эльрик от души рассмеялся.
- Да вы, сударыня, с лёгкостью утрёте нос даже такому прожженному политику, как мой отец. Поистине с вами лучше дружить, не приведи боги оказаться в стане ваших недругов.

- Вы переоцениваете мои способности, - мило улыбнулась Колодаи. – Кстати, о недругах, - уже другим тоном продолжила она. – Собственно, меня интересует пока что лишь одно имя - Нарзес. Вы можете о нём рассказать?
Остановившись, Эльрик посмотрел на свою собеседницу испытующим взглядом.
- Нарзес?!
- Простите, что мой вопрос привёл вас в смятение, но слишком часто я слышу это имя. Одни говорят, что он всемогущий тёмный маг и вальке, другие рассказывают о его ненависти к императорскому дому и о том, что его подсылы пытались отравить саму матушку Амаранту. Но все сходятся в одном: Нарзес самый лютый враг и первое лицо в Лиге пяти королевств.

Эльрик понимающе кивнул.
- Всё верно, сударыня. Всё, что вы слышали о нём, сущая правда. Но мне кажется, что разговор о Нарзесе не будет полным без участия моего отца, ибо он знает куда больше меня. От себя же могу сказать так: я сильно сомневаюсь в магической сущности Нарзеса, и на то есть причины. Каждый житель Поднебесного мира с детских лет слышал о чудесах, которые в давние времена творили Рифка и Кринегунда. А теперь с Севера до нас дошли слухи о том, что Белая колдунья остановила бурю. Но никто ни разу не слышал о волшебстве, сотворённом Нарзесом. Ещё мне ведомо, что сей муж утверждает, что он правнук самого Кухулина, и в нём живёт его дух. Правнук - вполне возможно, но вот дух... Согласитесь, что подобное утверждение идет в разрез с истиной, ведь существует Ипинский гуль.

- Ипинский гуль? Впервые о нём слышу, - Колодаи не скрывала своего любопытства.

- Так называемый Царь гулей. Его невозможно убить, ибо он и есть проклятый Кухулин, в наказание за прегрешения осужденный на бессмертие. Он единственный из гулей, в ком теплится разум и сознание собственного "Я". Он знаёт, кем является и за что проклят. Согласитесь, уж коли разум и дух Кухулина воплотились в Поднебесном мире в образе гуля, то каким образом и то, и другое может пребывать в Нарзесе?

Соглашаясь с герцогом, Колодаи молча склонила голову и прислушалась. Ей показалось... Нет! Она точно слышит едва уловимое знакомое гудение.
- Благодарю вас, герцог, за добрую и познавательную беседу. Буду счастлива встретиться с вами и вашим батюшкой. Боюсь, что время нашего разговора истекло, - она загадочно улыбнулась. – Забавно! В мире людей ходит целый цикл легенд о подвигах Кухулина, но человеческий Кухулин положительный персонаж и герой, совершивший массу подвигов.
Отпустив руку Эльрика, она взглянула в сторону растущей толпы придворных. – Кажется, ваш батюшка подаёт знаки, чтобы вы подошли к нему.


Эльрик машинально посмотрел в сторону отца, но тот, стоя к нему спиной, смотрел куда-то в сторону портала.
До слуха герцога донёсся какой-то странный монотонный звук.

Эльрик обернулся к своей собеседнице.
- Откуда вы... - он осёкся и растерянно посмотрел по сторонам - женщина исчезла, словно её и не было.
- Необыкновенная!.. - пробормотал он.

Герцог не кривил душой – таких женщин встречать ему ещё не приходилось. Она была похожа на море: то сияющее солнечными бликами при почти полном штиле, то вздымающее громадные валы, способные погубить все живое. Море, вечно переменчивое, но остающееся таинственной и непостижимой грозной стихией.
Эльрик тряхнул головой, отгоняя так некстати нахлынувшие поэтические сравнения. И поморщился: отчего-то у него заложило уши.

Колодаи не обманывала его.

Перед тем как повернуться в сторону портала, внимательно наблюдавший за их беседой Ангрим жестом дал ей понять, чтобы они оба подошли к нему, но донесшийся с площади шум, заставил его обернуться.
Из прилегающих к площади переулков, сметая стражников, безуспешно пытающихся навести порядок, выплеснулась нескончаемая толпа народа.
И теперь внизу, на площади, шумело и колыхалось подобно вышедшему из берегов морю сбившееся в единую плотную массу пёстрое скопище горожан. Кольцом окружив возвышение портала и соединив свои копья в подобие некоего барьера, несчастные стражники безуспешно пытались противостоять напирающей толпе.
Ангрим обернулся.

Рядом с ним стоял Эльрик, но он был один. Рыжеволосая особа куда-то исчезла.
- Неужели свершилось? - пытаясь перекричать рёв неиствующей толпы и нестерпимый гул, прокричал Ангрим.
Эльрик кивнул.
Его взгляд был прикован к фигуре рыжеволосой женщины, видневшейся в распахнутом настежь окне дома, расположенного на противоположной стороне площади.
Это был дом госпожи Анфрид.

- Похоже, что этой особе известен потайной ход, ведущий из цитадели! - крикнул Ангрим, проследив за взглядом сына.
Но Эльрик его уже не слушал.

Потрясённый до глубины души, он во все глаза смотрел на круглую площадку портала.
Привычное всем жителям Тирина и, казалось бы, незыблемое сооружение изменялось.
Окаймлявшее площадку внешнее кольцо, которое все считали декоративным бордюром, неожиданно пришло в движение. Поднимая клубы пыли и взламывая камни мостовой, оно приподнялось и, набирая скорость, начало вращаться.

Издав единый крик ужаса, толпа на площади в панике отпрянула, подалась назад. Попятились и окружавшие портал стражники.
Отсюда, с верхних ступеней лестницы, было хорошо видно, как Дион мечется по площади и отдаёт команды растерявшимся стражникам.
Герцог ощутил, как под ногами завибрировала каменная плита.
Опрокидывая на мостовую незадачливых сограждан, толпа отхлынула к стенам домов.
Какая-то полная растрёпанная женщина, пронзительно крича от ужаса, пыталась подняться на ноги, но всякий раз наступала на свою же собственную длинную юбку и падала на четвереньки.

Два стражника подхватили несчастную под руки и быстро оттащили её подальше от портала.
С нарастающим рёвом колесо вращалось всё быстрее и быстрее. Герцог чувствовал, как усилилась дрожь под ногами.
Стоявший перед Эльриком отец попятился.

- Гоните всех с площади! Гоните быстрее! - этот крик принадлежал Рональду.
Он, а следом за ним и десяток дворцовых стражей, гремя оружием, пробежали вниз, прямо на площадь.

Может, герцогу показалось, а может, и нет, но во вспыхнувшем над порталом холодном голубом сиянии ему на миг померещились призрачные силуэты.
Ангрим сделал шаг назад и, натолкнувшись на Эльрика, взглянул на сына полными ужаса глазами. Таким герцог видел его впервые в жизни.
От нестерпимого скрежещущего рёва закладывало уши. Где-то позади истошно закричала женщина.

Толпа с площади кинулась в переулки, оставляя после себя тех, кого изрядно помяли в этой давке.
Стражники под командой Рональда быстро подхватывали их и оттаскивали в сторону ближайшего переулка.
Рёв вертящегося кольца превратился в отвратительный саднящий визг.
С крыш обступивших площадь домов начала падать черепица.

Дрожащими руками Эльрик крепко зажал уши, не в силах более слышать этот жуткий звук.
И вдруг...
И вдруг всё разом оборвалось.
Наступила неестественная, непроницаемая тишина, и посреди этой тишины на площадке портала возникли облачённые в тёмные накидки фигуры.
Сам не понимая, зачем он это делает, потрясённый Эльрик пытался их сосчитать.

- Свершилось! Свершилось!
Мимо герцога и его отца, перепрыгивая через ступеньки, промчался рослый рыжеволосый мужчина, державший за руку хрупкую девушку. Подобрав юбку, она едва поспевала за ним.

- Я же говорил! Я говорил! Я всем говорил, что уже скоро! - хриплым голосом орал мужчина.
Под ногами вздрогнуло. Кольцо больше не вращалось. Тяжко громыхнув в последний раз, оно осело, подняв новые клубы пыли.
Толпа замерла и, издав звук, похожий на стон, слегка подалась вперёд.

Забыв о только что испытанном ужасе и горя желанием как можно скорее увидеть Преподобную мать, самые решительные бросились в сторону портала.
Следом за ними, захлёбываясь криками благоговейного восторга, вновь выплеснулась бушующая масса.
Теперь стражники под командой Рональда действовали увереннее. Они окружили портал двойным кольцом и, ощетинившись остриями пик, замерли, подобно несокрушимой стене.
- Свершилось предначертанное! - облизнув пересохшие губы, хрипло произнёс Ангрим.


* * * Пояснения * * *

Голубка* - перевод имени Лилит.
Сурий* - кристаллы сурия знакомы каждому сидонийцу по их личным аркодусам. Кроме того, обладая свойством накапливать и передавать магическую энергию, сурий чрезвычайно востребован в среде магов и лекарей. Но основными потребителями сурия являются верфи и гильдии строителей, где он применяется в качестве восполняемого источника питания для различных силовых установок.
Пикси* - они же фейри. Антропоморфные разумные существа размером с кошку. Благодаря наличию крыльев, внешне очень похожих на крылья стрекозы, способны быстро летать. Использование пикси в качестве посыльных вполне обычное для Сидонии явление.
__________________

Последний раз редактировалось pike, 21.03.2015 в 02:26.
pike вне форума   Ответить с цитированием