[бизон]

Когда Рип повстречал Хлою, он учился на первом курсе и был еще совсем ребенком. Тогда он не очень был дружен с отцом, но за время раздельного проживания, Рип стал относиться к генералу лучше и даже попал под его влияние.
Но иногда люди меняются. И чаще всего их меняет появление детей и семьи.



После того, как Рип с Хлоей помирился на вечеринке у Смитов, Рип собрал вещи и переехал к своей любимой. Он очень хотел примерить на себя роль отца и мужа – жить с Хлоей одной дружной семьей (вдохновился примером своего друга Джонни, и ему захотелось завести такую же крепкую счастливую семью).
Вот только новый дом его сначала разочаровал. Первой его встретила Алабама – дурная грязная большая собака. Совершенно невоспитанная.





Невоспитанным Рипу показался и собственный сын Донателло. Мальчик с радостью принял отца, которого почти не помнил, но вскоре показал свой тяжелый характер.



Рип был счастлив, что снова может участвовать в воспитании Дони, но мальчишка почти сразу же стал проявлять грубость, даже злость и жестокость к окружающим, а Рипу это не нравилось. Нужно было приложить большие усилия, чтобы завоевать доверие малыша и суметь на него повлиять, ведь Рип пропустил такие важные годы жизни своего первенца.
Донателло больше обрадовался, не появлению в своей жизни отца, а тому, что ему снова разрешили видеться с любимым дедулей. Донателло по-настоящему уважал генерала Базза. И стал регулярно ездить к нему на выходные.



Переехав в новый дом, Рип продолжил заниматься прикладным искусством, свои поделки и картины он продавал во дворе дома.



Он очень хотел передать свою любовь к искусству сыну, купил ему краски и альбом, но Донателло это было неинтересно.
- Я не хочу заниматься этой бабской ерундой! – сказал Донателло отцу, - Настоящие мужики занимаются мужскими занятиями: спортом или техникой. Деда согласен тренировать меня почаще – у меня не будет времени на всякие картиночки.
Рип хотел отвесить сыну подзатыльник, но сердитый взгляд Хлои остановил его. Хлоя придерживалась принципов свободы в воспитании дитя. Поэтому Доню никто не ругал и не наказывал. Кроме генерала Базза, чего Хлоя не знала.



- Наверное, я упустил время. Теперь будет сложно сделать из Донателло нормального человека. Но с тобой я такой ошибки не повторю, - тихо говорил Рип маленькой Глэйб Олди, - я больше никуда не уйду, я не оставлю тебя без папы, моя малютка.
Рипу было плевать, что Глэйб не его родная дочь, что она носит фамилию Олди. И что он сам не так давно гнал беременную этой девочкой Хлою прочь от себя. Именно эта малышка по-настоящему пробудила в нем отцовские чувства и заставила повзрослеть.



Рип проводил с ней очень много времени. Не смотря на то, что его жизнь не была похожей на картинку из рекламы со счастливой семьей (постоянный бардак дома, сын – забияка и грубиян, сумасшедшая псина), но он был рад: у него была жена (не официально), старший сын, младшая дочь, дом и даже собака (хоть и дурная, но своя) – они его семья и он их любит.



Хотя, пожалуй, собаку он все же любил меньше всего.



Однако, не смотря на, наконец, обретенную тихую гавань, Рип завел любовницу. Ею была соседка и его близкая подруга со студенческих времен – Рокси Шарп.



Хлоя тоже не была образцом верности и не раз встречалась с Доном Лотарио ради приятного досуга.



Хлоя даже пригласила Дона на день рождения Глэйб, представив его другом семьи.

Когда взрослые отвлеклись на беседу и поедание тортика, семилетняя Глэйб накинула курточку и убежала во двор.
Она знала, что Дон не просто друг, ведь мама Хлоя относилась к дочери скорее как к подружке, а не как к ребенку и иногда рассказывала то, что не стоит рассказывать дошкольникам.
Глэйб упала на холодную траву. Ее сердце разрывалось от обиды, что мама пригласила этого человека на её праздник.



А еще, потому что Донателло накануне запретил называть Рипа папой. Хлоя знала, что он не ее папа, что ее папа давно в могиле, но ей так хотелось иметь кого-то родного и близкого.

Она завидовала Донателло: у него был и отец и дедушка. У Хлои была только мама, которая предпочитала общество этого противного Дона. Да две могилы – папы Эрба, который умер до ее рождения. И дедушки Букета Левкоева 9 Смит, которого она почти не помнит.
Хотя Рип был с ней ласков, просил называть его хотя бы «папа Рип», проводил с ней много времени, читал ей сказки о космических путешествиях, которые она очень любила. Но все же он не был ее родным отцом, о чем частенько напоминал Донателло. И этот факт заставлял малютку страдать.



Глэйб посмотрела на небо – как бы ей хотелось оказаться там, среди звезд, среди своих дальних родственников инопланетян. Может быть когда-нибудь ей удастся сбежать с этой планеты?