1. Написать больше вот об этом вот я так и не смогла, просто рука не повернулась.
2. Первую часть отчета пишет совершенно левая личность, ибо иначе получилось бы... да совсем ничего не получилось бы путного, в общем. Правила для указанной личности занесены в подпункт "от автора".
3. По идее, тут должно быть много технического, но я пока что это отложу - вдруг да осенит?..
4. И да, "склочной и неприятной личностью" здесь именуется не кто иной, как Донн(кельтский бог Смерти, покровитель некромантов и так далее. Действительно, даже по меркам своего пантеона не образец доброты и бесконфликтности).
*запись сделана на сложенном вдвое листке и подколота к дневнику*
Поскольку ни брат, ни его супруга до сих пор не в состоянии даже говорить о случившемся спокойно, не то, что записывать, об этом событии приходится писать мне.
Феринц погиб. Играл с электрической железной дорогой, случилось короткое замыкание, в результате занялся пожар.
Мальчика в любом случае было не спасти – огонь охватил его почти мгновенно, если бы его удалось оттуда вытащить, он умер бы от ожогов. Гейб и Жюли пытались сбить пламя, но в результате заработали себе множество ожогов и едва не погибли сами.
А потом пришел он… один из прислужников весьма склочной и неприятной личности, чьего имени я на этих страницах называть не хочу. Вообще, чем меньше его поминаешь, тем лучше.
Возможно, будь я там в самый страшный момент, душу ребенка мне удалось бы отвоевать. Возможно. Но меня там не было.
Я пришел хоронить – часом позднее. Собственно, там и хоронить-то было особенно нечего.
А в доме моему взгляду предстала чудесная картина – Стефани билась в рыданиях, Жюли, напротив, сидела на кровати, судорожно вцепившись в одеяло и не издавая ни звука.
Брат сперва держался неплохо, но по окончании обряда его таки прорвало.
Пришлось звонить сестре Стефани Марии, потому что оставлять их одних я бы не рискнул, а пробыть в этом доме дольше, чем того требует работа, совершенно не хотелось. И так уже был на взводе от непрекращающихся рыданий, доносившихся из дому на протяжении всей процедуры захоронения. А это два с половиной часа.
Нет больше нашей лисицы, золотого человечка, моей любимой подруги и младшей сестры. Не слышно больше боевых кличей. Молчит скрипка, каждый вечер не умолкавшая где-то по часу.
Никто не рассказывает взахлеб о том, «как сейчас, елки с палками, кататься сложно, потому что лед подтаял».
И цветы, что иногда появляются у нас под дверью, подношения преданных поклонников, она уже не получит…
Несчастный случай… утонула в реке…
Да, она очень любила нашу речку. И неплохо умела плавать… не знаю, что и как там случилось, почему она не смогла доплыть до берега.
На похоронах меня не было – у Луи ни с того ни с сего резко подскочила температура, я не могла бросить ребенка.
Страшно оставить его одного даже на полминуты, все время с мужем дежурим по очереди. Сейчас этот угрюмый медвежонок, мальчик, ставший нам родным сыном – единственное наше сокровище, если и с ним что-то случится, я просто не переживу.
Последний раз редактировалось Cromachy, 24.11.2012 в 12:30.
Древовидный вид
