[Hyacinth]

17

Рамир был сплошным противоречием – оставив беременную жену, он, тем не менее, страшно обрадовался будущему ребенку Кейтлин. Сама она относилась к ожиданию очередного отпрыска, как к затянувшимся месячным, и ставила на первое место свое увлечение поделками.

читать дальше

Мальчик, названный Лютором, вызвал у отца взрыв энтузиазма. Рамир с каким-то маниакальным удовольствием носился по магазинам, скупая товары и наставляя няньку, насмешливо кривившую губы.

Лютор рос непоседливым; утихомирить его могли лишь игрушки, вышедшие из-под ловких рук Кейтлин. Сделанную ею пожарную машину он почти не оставлял без своего высочайшего внимания.

Рамир увлекал Кейтлин. Он был экзотичным, благодаря своему индийскому происхождению, на теле его распускались символы, значения которых она не знала, смуглый, с характерными чертами лица и чудящимся запахом специй. Но в то же время отъявленный безбожник, нарочито не-азиат. Интригующий мужчина.

Кейтлин знала, что жена его, Анна, с трудом вынесла развод. Ребенок её появился на свет мертвым, и несчастная лишилась рассудка, утонув в черном своем отчаянии. Рамир никогда не вспоминал Анну вслух. Интересно, думалось Кейтлин, правда ли забыл?

Она меж тем родила дочь Мину. Ничего в ней не было от матери – девочка во всем походила на отца.

За вторым ребенком вскоре последовал и третий. Нося его под сердцем, Кейтлин особенно любила вид горящего пламени и запах сожженных листьев.

Милиса во всем напоминала брата и сестру, крошечная смуглая брюнетка с карими глазами и крупными чертами лица. Кейтлин думала: игра генов ли, карма ли, схожесть со мной неужто такой ценный дар?

Старшие росли быстро, легко перегнав своих сверстников в развитии. Пойдя в школу, они полюбили делать вместе уроки, и вид склоненных друг к другу черноволосых голов неизменно вызывал у Рамира умиление.

Мята, не любить детей ему никто не позволит

Polly_Life, спасибо Это локальный такой мазохизм.