Я чувствовал, как она исподтишка подглядывает в мой альбом, и дико злился. Как бы я от нее не отодвигался, она все равно подглядывала. И тогда, в конец разозлившись, я нарисовал всем известный мужской половой орган. Очень детализировано. И как бы невзначай, со всей силы, подвинул рисунок ближе к Бриттани.
Я уже давно ничем не наслаждался так, как насладился ее реакцией. Она шумно втянула в себя воздух, щеки залились краской и стул, на котором она сидела, откатился чуть дальше.
- К-к-кажется, это твое? – заикаясь, она подвинула альбом ко мне.
- Оу. Да, это мое. - я невинно похлопал ресницами.
Я с трудом выдержал пару минут, а потом умчался в туалет - там, согнувшись пополам, я истерично смеялся. Серьезно, не помню когда так смеялся в последний раз.
Смотреть в мои рисунки Бриттани перестала, но я понял какое удовольствие доставляет мне это «развлечение», поэтому решил продолжить. Поскольку сама она в альбом больше не смотрела, я садился к ней настолько близко, что практически заваливался плечом, поэтому волей-неволей она видела все, что я рисовал. А я со спокойным видом рисовал похабные картинки, продолжая подвигаться к Бриттани все ближе.
- Лукас. Прости, но ты не мог бы отодвинуться немного дальше. Мне трудно дышать. - Конечно, извини - в тот момент, я практически сидел у нее на коленях.
Надо отдать ей должное - она не сказала ни единого слова в мою сторону. Хотя по ее реакции, я явно видел, что ее мое поведение смущает и пугает. Это раззадоривало меня еще больше.
Потом, в один прекрасный день, я обнаружил, что ее компьютер отодвинут от моего. Теперь она сидела значительно дальше и я не мог демонстрировать ей свои художественные навыки. Особо расстраиваться я не стал и придумал новый способ поиздеваться над бедняжкой. На следующий день, на работу я принес плеер. Долго выбирал песню и, наконец, выбор пал на «Горячий секс». В наушниках, громким голосом, я с чувствами подпевал плееру. Моя коллега краснела как рак, особенно на словах «секс». Я просто пребывал в нирване от ее реакции и заводился еще больше.
Самом трудным в этом было не расхохотаться прямо перед ней. Я давился от смеха, фыркал в кулак - мышцы живота нещадно сводило судорогами.
В самом деле, не знаю почему я к ней прицепился. Мы уже пару месяцев работаем вместе и ограничились за это время парой-тройкой дежурных фраз. Она ведет себя спокойно и непринужденно. Не лезет ко мне с разговорами, не болтает по телефону с подружками и не красит ногти на рабочем месте. А я постоянно издеваюсь над ней и не даю спокойно жить. Какой же я, все-таки, плохой.
Сегодня я еще не успел придумать, как лучше помучить Бриттани Эллис. Она тихонько сидела и читала какую-то потрепанную книжку. Я приглядываюсь к названию: «Спеши любить». Фу. Какая гадость.
Сам я лениво царапаю альбом карандашом. Вдохновение меня покинуло, поэтому мне срочно нужен заряд «розовые щечки Бриттани».
Пока я пребываю в этих размышлениях, Бриттани начинает шмыгать носом. Так, ну вот это явно перебор. Эти звуки меня раздражают. Она там что, над книжкой ревет?
Только я решаюсь проверить ее, как она вдруг оборачивается ко мне всем телом и натыкается на мой взгляд. Черт! Я вовсе не пялился на нее, а теперь она точно так подумает!
- Лукас? Можешь меня прикрыть? Мне надо отойти.
Я испытал весьма странные чувства, когда она назвала мое имя.
- Да. -раздасованно ответил я.
Она изящно встала со своего стула и поспешила к выходу. Зачем она уродует себя этими джинсами? Готов поспорить, что задница у нее классная.
От лишних размышлений меня отвлекла веселая компания, покупающая билеты на очередной ужастик. Одной из девушек эта идея не очень понравилась и она сопротивлялась изо всех сил. Все дружно ее уговаривали и производили столько шума, что у меня моментально возникло желание, чтобы они отсюда испарились.
Через какое-то время Бриттани вернулась. Она молча прошла мимо меня, окутав ароматом своих духов. Я тихонько издал звук, будто меня вырвало и опять затрясся от смеха. Запах был похож на какой-то приторно сладкий десерт и был просто отвратителен.
Правда, меня начинало не на шутку раздражать то, что я постоянно цепляюсь к ней. Меня ведь все в ней раздражало, ее улыбка, джинсы, дурацкие очки, смазливая мордашка и светлые волосы. Хватит уже.
Может, я просто хочу эту девчонку? Если так, то надо действовать. Тогда бы уж я точно уcпокоился. Всегда после этого терял к ним интерес. И она бы хоть раз в своей счастливой жизни столкнулась с жестокой реальностью.
Я смело поворачиваюсь к ней и застываю от удивления. Она сидит сгорбившись на стуле, опустив голову и закрыв лицо волосами. Ее ладони сжаты в кулачки, а плечи сотрясает мелкая дрожь.
Первой моей мыслью было удрать. Бриттани выглядела более чем странно, будто она приняла наркотики и все пошло не так, как надо. Потом появилось жгучее чувство стыда – вдруг это из-за меня? Затем, я все-таки взял себя в руки и, прочистив горло, произнес:
- Эээ...Бриттани, все в порядке?
Она не ответила.
- Бриттани?
Ответом мне послужил очень странный звук. Как я не хочу этого делать. Я осторожно приблизился к девушке и тронул ее за плечо:
-Дай-ка мне взглянуть на тебя.
У моих «друзей» частенько бывал передоз. Не то, что бы я допускал, что эта принцесса в очках может принимать наркотики, но чем черт не шутит? Просто она выглядела ну очень странно.
И тут это произошло. Она резко подскочила, обрушилась на меня и зарыдала в голос.
Нет. Нет-нет-нет-нет! Я. Ненавижу. Женские. Слезы. И уж тем более, истерики.
- Что ты делаешь?!
- П-п-прости меня...я....мне...ты...
Она рыдала и пыталась вымолвить хоть слово. Я на автомате заключил ее в объятия и теперь практически был единственной ее опорой. Бриттани обняла меня крепкой хваткой за талию и повисла на мне всем телом. Полегче, принцесса. Ты тяжелее, чем кажешься.
Я не мог освободиться. Не могу же я просто взять и отпихнуть ее в сторону.
Поэтому я терпеливо ждал, когда она закончит вымачивать мой пиджак слезами и думал, стоит ли похлопать ее по спине.
Не знаю, сколько времени мы так простояли, прежде чем она успокоилась. За это время я понял, что ее духи не так уж и отвратительны вблизи, а сама она почему-то на ощупь очень хрупкая. Готов поспорить, если сожму ее сильнее-она рассыпется. По пиджаку обильно растекалось пятно от туши, а от прикосновения локонов зудела щека - но все это я стойко и молчаливо вынес.
- Лукас, умоляю, прости меня. Мне так стыдно – с этими словами она отстранилась.
Голос у нее был немного охрипшим и гундосым. От слез ее лицо опухло, словно его покусал рой пчел. Она выглядела так забавно, что я беззлобно произнес:
- Ничего, всё в порядке.
Она улыбнулась и вернулась на свое рабочее место. Я почти каждую минуту поглядывал на Бриттани, чтобы убедиться, не случится ли повторной истерики.
Не знаю, что меня тогда за черт дернул. Когда мы закончили и вышли на улицу, она тихо сказала:
- До встречи, - но я преградил ей путь.
- Не хочешь мне рассказать что случилось?
- На самом деле ничего особенного. Правда.
Не верю, что сейчас скажу это, но...
- Погоди. Я не могу отпустить тебя в таком состоянии.
Она в недоумении посмотрела на меня.
- Со мной уже все в порядке, Лукас. Правда, не стоит беспокоиться.
- Ты неважно выглядишь. Пожалуй, я все-таки провожу тебя.
- Я на машине.
- Я в курсе. Значит подвезу.
- В самом деле, я не в общежитие собиралась.
- А куда же? - на улице была глубокая ночь и я окинул ее недоверчивым взглядом.
Бриттани смущенно улыбнулась и посмотрела на меня:
- Мне сейчас хочется какой-нибудь жирной и острой пищи. Буррито, например. Может тогда, ты присоединишься ко мне?
- Окей.
Почему бы и нет? Это становилось интересным.
Мы подошли к ее миниатюрному белоснежному Рено на парковке. Я не принимающем отказа жестом открыл перед Бриттани пассажирскую дверь. Она вздохнула, но послушно заняла место.
- Итак, куда направляемся? - спросил я, застегивая ремень. Она посмотрела на мой ремень и тоже нехотя пристегнулась. Ничего себе, наша пай-девочка оказывается не любит пристегиваться.
- В «Грот». Там единственные буррито, которые можно найти поблизости.
Ехали мы в гробовом молчании. Я иногда поглядывал на нее, и чувствуя мой взгляд, Бриттани краснела. Ничего себе, я смущаю ее просто своими взглядами? Я довольно ухмыльнулся. Интересно.
В «Гроте» не было не единой души. Ну, не удивительно, уже первый час. Бриттани уверено зашагала к кассе, за которой стояла измученная девушка с кругами под глазами.
- Будьте добры нам шесть прожаренных буррито.
Сколько она сказала?
- Эээ, Бриттани. Я не уверен, что буду.
- Ну и хорошо. Мне больше достанется. И пожалуйста большой молочный коктейль.
Когда принесли заказ, мы заняли самый отдаленный от входа столик, хотя в этом особо не было смысла - кроме нас здесь никого не было.
Дальше началось самое интересное. Еще раз вежливо предложив мне буррито, и получив такой же вежливый отказ, Бриттани начала шустро поглощать один за другим. От удивления у меня глаза полезли на лоб и я с трудом сохранял нормальное выражение лица. Я сказал, меня сложно чем-то удивить? Забираю свои слова обратно.
- Прости еще раз за сегодня – пробубнила девушка с набитым ртом. - Мне действительно жаль. Обычно я так себя не веду.
- Да ничего.
Она улыбнулась и отпила молочного коктейля. Представляю, как «здорово» сочетается его вкус с буррито.
Я думал, как бы завести с ней разговор, но при взгляде на исчезающие в ее рту буррито, мысли разбегались. Вот это здоровый аппетит. Как это все поместится в такую хрупкую девушку?
- Прости, тебя наверно шокирует, что я так много ем? – она опять улыбнулась.
- Вовсе нет. – соврал я.
- У меня такое бывает. Я могу несколько дней практически не питаться, а потом наедаюсь до отвала.
Она поддерживала вялую беседу, при этом избегая смотреть мне прямо в глаза и нервно теребя краешек пиджака.
- Мне нравятся твои татуировки.
- Ну эээ...спасибо.
- Они что-то значат?
- Ничего. –я непроизвольно коснулся правого плеча.
- Это очень больно?
- Я не помню.
- Не помнишь? Здорово. – она улыбнулась.
Не знаю, чем это было «здорово». Когда я набивал рукав, я был в конец обкуренный.
Так собственно и шел разговор. Говорила, по большей части, Бриттани, а я лишь односложно отвечал.
- Ох, как же я наелась. - она чуть ли не похлопала себя по животу испачканными в жирных буррито руками. Я уставился на нее, пока она вытирала руки салфетками.
- Что? – она вдруг посмотрела мне в глаза и на ее лице засияла улыбка. - Почему ты так смотришь?
- Жду смачной отрыжки.
Она рассмеялась. Ее смех был звонким и мелодичным, и он вселял в меня странное чувство.
- Я бы с удовольствием, но ты еще здесь. - Она зевнула, аккуратно прикрывая рукой рот. - Думаю, нам пора уходить.
Я отвез ее до общежития. За десять минут, что мы ехали, она стала выглядеть очень усталой. С лица словно стерли все краски. Я припарковал машину там, где она сказала и проводил ее до входных дверей.
- Спасибо тебе огромное, Лукас. За твою поддержку и компанию. Я и не знала… - ее голос вдруг затих, а взгляд потерял всякую осмысленность. В следующий момент я увидел, как она медленно оседает на землю.
Доли секунду хватило понять, что происходит и я попытался схватить ее за плечи, но слишком поздно, руки хватают воздух. С грохотом я падаю на колени и там мне удается подхватить Бриттани в миллиметрах от земли.
- Эй? Бриттани, ты меня слышишь?
- Да… - шепчут ее бесцветные губы.
- Ты как? Встать сможешь?
- Думаю, да. Спасибо, что поймал.
Я почувствовал прилив раздражения. А что было бы, если бы я ее не поймал? Или если бы меня тут вообще не было? Почему я должен о ней заботиться? Я ей что, нянька?
- В следующий раз, если захочется пообниматься со мной, придумай уже, наконец, что-то более оригинальное! - сердито отвечаю я, опуская ее на землю, и в тот же миг жалею о своих словах.
Она вздрагивает и отстраняется от меня. Вид у нее, как у обиженного и потерявшегося ребенка.
- Извини. - нехотя бормочу я. - Я не это имел в виду.
Внезапно ее взгляд меняется - в глазах сверкает гнев. Она делает шаг в мою сторону, и приближает свое лицо к моему:
- А ты прекрати считать себя самым несчастным и обиженным на свете! Ведешь себя как девочка-подросток! Ты погряз в собственной жалости к самому себе.
Она резко разворачивается и уходит. Я же тщетно пытаюсь вернуть на место свою отвалившуюся челюсть - что она только что сказала?
Ах ты, маленькая сучка!
От ярости у меня затряслись руки. У нее похоже отсутствуют все инстинкты самосохранения. Мне уже давно никто так не грубил, уж тем более какая-то малявка в очках. Обычно этим занимаюсь я.
Теперь лучше не попадайся мне, Бриттани Эллис.
В ту ночь я был настолько зол, что даже забыл покурить. Не раздевшись, рухнул на постель и отключился.
Но перед тем, как провалиться в беспокойный сон, мне привиделся сердитый голосок, назойливо шепчущий на ухо: «Ты погряз в собственной жалости к самому себе!»
Впервые за пятнадцать лет, мне не приснился кошмар, снившийся каждую ночь, мне приснилась чертова Бриттани Эллис.
#3
Комбинированный вид
