N_Fluen$e, бгг, печально, что техничка больше эмоций вызывает, чем отчет - но, хм, в отчете и правда нет особого сюжета - сюжетная линия Мэри закончилась можно сказать в прошлом отчете. Сейчас это - династийный быт) но иногда без него никуда)
Юльхен - хорошенькая, да, но Даниель просто маленький еще - он в игре даже до тоддлера не дорос, мне интересно, каким он вырастет...)
Хах, да, знала бы ты, сколько времени я убила на обустройство и перестройку квартиры!) но мне тоже нравится результат - даже играть как-то приятнее стало, да и глюков-тормозов тут все же поменьше.
Ника жалко, да. Но у них обоих с Джейн уже приличный возраст в игре(
Сама уже хочу перейти к третьему поколению - но мне пока нужно время, чтобы наиграть. Надеюсь, оно (поколение) тебя не разочарует)
Не знаю, как всё, но лично я, читая отчет, чувствовала струящееся между строк умиротворение. Мартина или Мэри - уже не имеет значения, и я за них очень рада. Оба этих человека вынесли и выдержали очень многое, чтобы, наконец, начать заново в новом месте и получить заслуженный покой.
У Мэри красивый сарафан
Порадовало, что сын был назван в честь Дэнни Килта, это что-то вроде последнего реверанса безбашенной юности))
Цитата:
Сообщение от Jana Weber
Но на самом деле, с детьми было относительно немного хлопот – Юльхен много времени проводила наедине с собой, рисуя или сооружая замки из цветных кубиков, Даниель и вовсе был тише воды ниже травы.
- Вот как он может так долго спать? Он же ещё ребёнок, - завистливо шептала Сью, глядя на мирно посапывающего в своей кроватке Дэнни, - ты потыкай его палочкой на всякий случай!
Спокойные дети - это вообще кармический подарок, ящитаю)) Очень обладателям оных повезло. Дети - пупсики :33
Я считаю, именно Успокоение стало основным мотивом последнего отчёта от Мэри. И не знаю, может и не так, тут нужно спросить автора, но мне упорно кажется, что она именно к этому и стремилась. Может, в какой-то мере и неосознанно, но, тем не менее :3
Особенно, когда, наконец, её бунтарская натура обрела внутренний покой.
Спасибо за прекрасный отчёт! Думаю, и говорить не стоит, что обязательно буду ждать новое поколение уже в разделе основных династий :33
Mrs Wallace, да, согласна) но этот покой заслужила прежде всего я - т.к. устала уже от этого мексиканского сериала=))))
Тоже нравится сарафан=)
Да, имя мне кажется к месту=) не заслужил дядюшка Бен такого счастья=)
Мне кажется, к спокойствию стремятся все. У Мэри просто наконец все наладилось - и ей захотелось просто пожить для себя, при этом не отравляя жизнь Мартину))
Спасибо за комментарий!) самой хочется поскорее в основной раздел:3
Тёплое, доброе, спокойное, но не жвачно-хеппиэндовое окончание поколения. Мне очень понравилось.) Всё-таки Мэри куда больше идёт быть такой... счастливой, что ли. Какой она была до того, как началась свистопляска со свадьбой, и какой вновь стала, наконец разобравшись в своих чувствах.
А переезд в другой город - это перемещение в новое соседство, или семья осталась в старом, перебравшись в торговый район/центр? Не совсем поняла.
Нравится, что Сью переехала вслед за сестрой. Кай, наверное, будет принимать участие в жизни третьего поколения? Саму Мэри, кстати, поздравляю с рождением сына. В честь Килта, стало быть. Так я и знала, что эта любовь окажет какое-то влияние на династию, кроме плакатов по стенам.
Так, ну что ещё сказать? Жду отчетов третьего поколения!
Лилиьет, о, я рада, что тебе понравилось: 33 мурмурмур: 33
Да, Мэри наконец восстановила душевное равновесие - рано или поздно это должно было случиться, я люблю, когда в конце поколения все вопросы и проблемы решаются если не целиком, то по-максимуму) тогда от поколения остается чувство завершенности)
Переезд в новое соседство - в Портленд изначально не стоило их селить, он тяжеловат для моего компа(
Переехала из-за тормозов, в основном.
Да, Каю достанется почетное место в сюжете третьего поколения - иначе я вообще не стала бы заводить Сью и Энди детей) люблю, когда побочники пристроены в сюжетной линии)
И да, не могла я оставить Килта без внимания напоследок: 3
С отчетами от третьего поколения постараюсь не затягивать.
Спасибо огромное за отзыв!:3
Jana Weber, наконец-то я добралась, чтобы написать тебе отзыв...и что я увидела?) последний отчет второго поколения! *закадровая брань*, прости меня, дуру невнимательную) отзывы к тем двум отчетам я так и не написала, хотя обещала поэтому, напишу здесь все и сразу!
В тринадцатом отчете как всегда во всем виноват Мартин как же мне его жалко. Сама совратила - а потом еще и обругала, молодец, Мэри, этапять! Вообще, весь отчет держал в каком-то напряжении: то ли из-за беременности Мэри, то ли из-за отношений ее с Мартином, которые никак не клеились, не знаю. Но концовка порадовала - облегчение какое.
А какие эмоции накрыли меня, когда Мэри осознала наконец-то свои чувства к Мартину и ринулась обратно в Портленд, к нему! боже, этот отчет мой самый любимый, да, потому что - ну наконец-то, блин, дошло до тебя, Мэри Джейн! как же долго ты шла к этому и как, в итоге, все оказалось просто.
Момент, когда она приходит к Мартину - просто вау.
Цитата:
Сообщение от Jana Weber
- Я знаю, я, наверное, совсем допекла тебя – но меня ведь можно понять, правда? Всё слишком неправильно получилось, я просто не знала как себя вести, и... только не думай, что я тебя ненавижу, это совсем не так, мне просто нужно было время. Ты ведь понимаешь? Мартин, я..., - слова застряли в горле, и я нервно сглотнула, надеясь проглотить противный комок, мешавший говорить, - я тебя...
Мартин слегка сжал мою руку, и я, воодушевившись придвинулась ближе.
- Всё хорошо, Мэри, - прошептал он, будто боялся кого-то разбудить. Краешком сознания я подумала, что наличие ребёнка поневоле приучает говорить тихо – и этот факт почему-то меня обрадовал, - я тебя тоже.
Мне аж от улыбки тогда челюсть свело) люблю такое, люблю эти моменты, когда герои все начинают понимать и делают это...таким образом) Вообще, я дико рада за них, за то, что все так сложилось.
Последний отчет...я можно пойду поплачу, да? Поздравляю тебя с окончанием второго поколения! Я так привязалась к Мэри, я так привыкла к ее скепсису, к отчетам от ее лица (как когда-то и от лица Ника, собственно), и так буду по ней скучать, чувствую. Совсем не хочется ее отпускать. Такая история, все-таки. Я просто сейчас в таком немом восторге нахожусь, что большее вряд ли смогу сказать.
Надеюсь, что скоро будет отчет третьего поколения, хочется уже побыстрее увидеть, как вырастут Юльхен и Дэниель, и что там вообще произойдет дальше.
Отчет и должен был держать в напряжении! Последние пару отчетов под конец поколения всегда самые наряженные, потому что это обычно кульминация всего, что было написано до)
О, и я рада, что ты так восприняла воссоединение Мэри и Мартина!)
Мне кажется, к Нику тогда не особо все успели привыкнуть - я его отчеты выложила за три недели. А с Мэри билась полгода, поэтому на этот раз смена поколений будет...ощутимее)
Надеюсь, третье тебе тоже понравится)
Спасибо за отзыв, заглядывай!)
Люк подносит сигарету ко рту и делает очередную затяжку. В горле начинает першить – он, кажется, подхватил простуду во время очередной тотенбуржской вылазки – но зудящее желание делать хоть что-нибудь сейчас сильнее.
- Постеснялся бы курить в родильном отделении, - говорит Аскетиль, - сумасшедший, здесь же нельзя.
Её голос звучит как будто из-под воды, Люк только спустя несколько секунд понимает, что она сказала. И делает ещё одну затяжку.
Ему можно курить в родильном отделении. Ему можно курить в палатах, в родильном зале, можно курить даже в кабинете главврача, если захочется, и потом стряхнуть пепел ему на лысину. Люк знает, что его здесь ценят.
- Волнуешься? – снова спрашивает она, и Люк, всего на секунду задумавшись, кивает. Роды Ирмы длятся уже пятый час – там у них время течёт быстрее, она, наверное, и не задумывается об этом – но здесь, за закрытой дверью, минуты словно застыли, заморозились.
Когда Ирма рожала Симуса, Люк был спокоен. Он ободряюще улыбался ей всё то время, что её везли по коридору, улыбался той самой тщеславной улыбкой, какой улыбаются вчерашние интерны, уже чувствующие себя опытными специалистами. «Это – моя территория, здесь безопасно, я всё здесь знаю. Не бойся, никто не причинит тебе вреда» глазами говорил он ей. Через два часа из палаты выглянула бледная акушерка, и сообщила Люку, что возникли осложнения. К Ирме его не пустили, и он, прижавшись ухом двери, слушал её крики и чувствовал себя совершенно бесполезным. От стыда за свою недавнюю уверенность дрожали колени.
Врачи не советовали ей рожать второй раз, у неё было слабое здоровье. Но Ирма была непреклонна:
- Хочу девочку, Люк, - просила она, с нажимом поглаживая его ладонь большим пальцем, - пожалуйста.
И Люк, скрепя сердце, согласился. Много лет назад, когда он вернулся в Дергию вчерашним студентом, и бесцельно слонялся по улицам полуживым мешком с костями, она вытащила его из пропасти. Он не умеет говорить ей «нет».
Когда-то он думал, что больше никогда не вернется назад – за пределами сухих, неплодородных, но таких родных дергийских земель было слишком тяжело. Здесь Люк и закрылся, как в кокон, зализывая раны в душном тепле, пока спустя пять лет ему вдруг не предложили должность военного хирурга во время очередной стычки в Тотенбурге. И Люк неожиданно для себя согласился. Вылеченный временем, родными стенами, любовью Ирмы, он бабочкой выпорхнул на Великий Континент, позабыв о данных самому себе пьяных клятвах.
Люк не был врагом себе, и инстинкт самосохранения бился в нём пусть и изрядно потрёпанной, но неизменно живучей тварью. В Дергии принято было его вытравливать – семейным ли воспитанием, школьной ли пропагандой или непосредственно боевыми действиями. Люку до поры до времени удавалось этого избежать – ведь он врач, он мог себе позволить провозглашать культ жизни, не идя при этом против государства.
Но именно тогда, вдыхая пыльный воздух великоконтинентальных земель, он впервые почувствовал в себе истинно дергийскую жертвенность. Он почти радовался болезненным эмоциональным вспышкам внутри себя, когда замечал в толпе очередную сероглазую шатенку, и только тогда разрешал себе дышать, когда утверждал мысленно: «не она».
А потом возвращался домой, клал уставшую голову Ирме на колени, и думал, что всё сделал правильно. Она – его женщина, она никогда его не оставит, она лучше.
И спустя время снова летел на Великий Континент, расправив крылья. Там – даже дышалось по-другому. Едва ступая на твёрдую землю, Люк ощущал дикий кураж молодого солдата, только попавшего на поле боя. Ему нравилось раз за разом испытывать себя на прочность, с каждым днём ощущать, что становится более сильным, несгибаемым, прочным. Аскетиль морщилась, когда он в очередной раз собирался в Тотенбург:
- Вот что ты там забыл? – недоумевала она, - всё равно они уже наши. Скоро всё там будет наше, весь мир будет наш. Они не стоят твоего внимания.
Люк кивал, соглашаясь, но каждый раз давил в себе бурю возмущения. Он никогда не судил людей по цвету волос – жизнь научила его толерантности – да и Тотенбург ему необъяснимо нравился. И каждый раз, оказываясь в военном госпитале по долгу службы, неизменно брался ещё и за раненых тотенбургских пленных.
Они были совсем другие, эти темноволосые и черноглазые солдаты. Они даже умирали по-другому: не сжимая в отчаянии зубы, не проклиная родные земли, а в молитве – за свою жизнь или за жизни родных. Тогда Люк впервые задумался о целесообразности религии: воспитанные в мортемианстве тотенбуржцы верили, что возвращаются к своим святым. Дергийцы всегда уходили в пустоту.
На скрип открывающейся двери Люк реагирует со скоростью собаки-ищейки, напавшей на след – выглянувшая акушерка инстинктивно делает шаг назад, когда он бросается ей навстречу.
- Девочка, - сообщает она, и Люк впервые за несколько часов чувствует, как отпускает напряжение, - поздравляю.
Люку требуется одна доля секунды, чтобы оценить происходящее. Ирма выглядит уставшей, это понятно – но она улыбается, держа в руках новорождённую, и Люку этого вполне достаточно, чтобы из жалкого комка нервов снова превратиться в лучащегося самодовольством главу хирургического отделения.
- Это твоя дочь, любимый, - слабо шепчет она – говорить ей пока удается с трудом, - посмотри.
- Тебе лучше прилечь, - советует Люк, но всё же принимает ребёнка из её рук.
Малышка спит, словно слепой щенок – зажмурившись. Она инстинктивно жмётся к нему, ища тепла, а он боится сделать лишнее движение, чтобы ненароком не сломать ей что-нибудь – старый позабытый страх, покинувший его после того, как Симусу исполнился год.
Люк смотрит на неё со смесью страха и умиления, пока она вдруг не распахивает глаза – мгновенно, как от вспышки яркого света – и всё меняется. Старое, стёртое годами чувство боли тут же заполняет все его внутренности, мешая дышать. Холодное зарубцевавшееся сердце, закалённое месяцами на Великом Континенте, вновь принимается кровоточить – здесь, в безопасности, вдали от всего, что ему пришлось пережить в мрачном ГСУ и холодном Люмен-туло.
Они - серые, эти глаза. Ясные-ясные, но серые, будь они неладны.
В Дергии сероглазых не было – только зеленоглазые, как Ирма, или голубоглазые, как он сам, любые другие варианты встречались редко, и обществом не приветствовались, как признак примеси других рас.
Ирма, заметив его обеспокоенность, и сама начинает волноваться:
- Это от недостатка меланина, любимый, - лепечет она, будто оправдываясь, - так сказал врач. Он обещал, цвет ещё изменится.
Люк издаёт нервный смешок, не прекращая глядеть на малышку, и думает – нет, не изменится. Её глаза останутся серыми навсегда.
Аскетиль, едва слышно проникнув в палату, кошкой плывёт к нему, на ходу даря Ирме приветственный кивок.
- Метой назовёшь, как хотел? – доносится до Люка, и он спустя мгновение слабо кивает.
Сероглазым девочкам очень идут имена на букву «М».
май, 3036 г.
__________________
Последний раз редактировалось Jana Weber, 08.02.2017 в 02:34.
Jana Weber, а вот и бонус) знала, что не можешь ты Люка так просто без внимания оставить!
Жаль его, конечно, очень сильно: через столько прошел, в депрессии побывал, на войне побывал, женился - и все это с такой болью на душе. Кто знает, как бы это все было, если бы в момент расставания с Мэри он повел себя иначе) и сложилось бы тогда все наверняка иначе, и в лучшую для него сторону, не знаю)
Вот теперь точно логическое завершение второго поколения, все истории закончены) И так здорово закончены!
Читала - и слезы на глаза наворачивались, особенно от последнего абзаца - что-то с чем-то. Надеялась на самом деле, что он решит ее Мэри назвать, но это было бы уже слишком явно) Все очень, очень здорово) Такое приятное тепло на душе осталось после последней фразы. Надеюсь, что у них все будет хорошо с Ирмой - со временем, хотя бы.
Недавно перечитывала все отчёты от лица Мэри, вспоминала, как она рассказывала Люку про пресвятых Нину и Дину, как он таскал ей тортики, а она боялась поправиться.
Вспоминала, как она боялась познакомить с папой "того, кто опустошает наши запасы тушёнки" и фразу "будете заниматься непотребствами в машине - порву на дергийский флаг".
Наверно, следует порадоваться: и у Мэри, и у Люка якобы счастливая семья, по двое детей (и у обоих разнополые, что наводит на некоторые мысли), любящие супруги. Но не могу.
Как-то всё неправильно.Я представляла себе рыжую девочку и мальчика-шатена, бегающих по дому Хагенштремов, но, видимо, не судьба. Или всё это будет, но уже не у Мэри?
FREIheit, ну, я не хочу строить предположения - но у Мэри и Люка не обязательно все сложилось бы, даже не уйди он тогда, и не согласись она тогда на предложение дяди Бена. Могло сложиться, могло нет.
А сейчас что имеем то имеем - и, мне думается, все очень неплохо получилось. У них обоих семьи, и они оба в общем и в целом счастливы.
У Люка с Ирмой уже все хорошо - просто есть раны, которые не заживают сразу. Но он обязательно справится и с этим) спасибо за отзыв!
Smilik, ну, я повторюсь - все, конечно, могло закончится хорошо, если бы они тогда с Мэри доверительно поговорили, но я искренне сомневаюсь, что Люк нормально отреагировал бы на то, что она готова выйти замуж за другого. Пусть и по материальным соображениям)
И у Мэри характер очень непростой - ей всегда нужно больше, чем она имеет. Кто знает, как бы сложилась их жизнь вдвоем - без денег и поддержки общества.
Но в конце концов да, у него все сложилось хорошо)
И с ребенком он ничего не делал=) просто это довольно типичный страх, особенно для мужчин - сломать что-то ребенку, уронить его или что-то в этом духе))
Постараюсь выложить следующую запись поскорее, спасибо большое за комментарий, мне очень приятно!: 3
N_Fluen$e, бонус определенно получился более грустным, чем я рассчитывала) изначальной целью его было показать, что у Люка тоже сложилась жизнь, у него любимая работа, жена и дети - но когда я сажусь писать, довольно часто выходит не так, как я планировала.
Да, у Мэри и Люка был свой период счастья в университете - но задумайся, могли бы они быть такими же счастливыми по его окончанию? Мэри не приняли бы в Дергии, Люка - в Симленде. Один из них сто процентов был бы неуспешен в социальном плане, их детей травили бы в школе, и все это на фоне отсутствия денег - т.к. "Пиковая дама" уже не смогла бы кормить семью. Люк вполне мог и не сделать карьеру, будь у него жена из Великого Континента, и Мэри вряд ли так легко удалось бы получить хорошее место, будь она замужем за дергийцем.
Подобные испытания могут выдержать не все. И если насчет Люка я более-менее уверена, то насчет Мэри - совсем нет. Это могло бы ее сломать.
Поэтому может и неплохо, что они оба социально защищены в своем нынешнем положении?
Рыжий ребенок у них, к слову, не получился бы - это самый рецессивный ген, он не перебил бы шатенистость вот так сразу)
Вообще, это была так сказать последняя точка во втором поколении. Мысленно я давным-давно с третьим, которое, надеюсь, на этот раз никого не разочарует)
Спасибо за отзыв!
поэтому, напишу здесь все и сразу!
как же мне его жалко. Сама совратила - а потом еще и обругала, молодец, Мэри, этапять! Вообще, весь отчет держал в каком-то напряжении: то ли из-за беременности Мэри, то ли из-за отношений ее с Мартином, которые никак не клеились, не знаю. Но концовка порадовала - облегчение какое.
Комбинированный вид
