Глава 2
"Что это было?"
Праздник ишёл вовсю: играла музыка, звучали шутки. И вот, наконец, принесли торт.
— Адель, загадывай желание! — крикнул кто-то из друзей именинницы.
Адель улыбнулась. Это был самый приятный момент в её днях рождениях, ведь у нее было очень много желаний, которые она могла загадывать хоть каждый день. Но вдруг это чувство радости куда-то исчезло, и неожиданно, даже для самой Адели, по её щеке потекла слеза. Печальная мысль поработила её разум:
"Мне 18 лет. Уже 18... А я даже не могу сказать, какой день был самым счастливым за эти годы... Да просто его у меня не было. Не было... Как жаль... Но ведь у меня есть парень, он же меня любит, он дарит мне счастье... Но нет, моё сердце не тронуто его любовью, я с ним тоскую.
Боже, как тяжело чувствовать себя одинокой, даже с таким количеством друзей, как у меня.
И что же мне загадать? Дорогую шубу, золотое колье... Да какое это теперь имеет значение, я же одинока! Хотя нет, я знаю чего попросить — друга, настоящего, понимающего, но... это нереально.
Как же быстро летит время. Почему только сейчас я это поняла, зачем?.."
И она выбежала из комнаты, так и не задув свечи, оставив своих друзей в полном недоумении.
Она бежала, не видя ничего перед собой, так как слёзы застилали ей глаза. Бежала, пока не поняла, что оказалась в каком-то саду. Адель зашла в беседку, обвитую плющом, села на покосившуюся от времени скамью и расплакалась. И так всегда бывает: живёшь, "не видя дня, позабывая число и век", как писала Цветаева; а потом, однажды, просыпаешься и видишь перед собой голые стены — одни лишь стены — своих воздушных замков. И, чем дальше заходишь, тем это пробуждение больнее. И, проснувшись, хочется заснуть опять, заснуть навек...
— Ах, вот ты где, Адель! А мы тебя повсюду ищем, — в беседку ворвалась одна из подруг Адели.
— Да, минутку, сейчас я приду.
— Что случилось? Почему ты плачешь, Адель? — спросила подруга, заметив следы от слёз на щеках Адели.
— Нет, ничего. Ты иди, а я тебя догоню.
Адель вернулась туда, где царило веселье, но для неё праздник кончился. Пора было заканчивать его и для других.
— Спасибо всем, за то, что пришли. Я была очень рада вас видеть,— сказала Адель. — Герман, — обратилась она к парню, — ты ведь меня проведёшь?
— Конечно, пошли, — ответил Герман.
Ночь была тихая и ясная; миллиарды звёзд дарили свой лёгкий, мерцающий свет небесам. Мир, как будто застыл: даже лёгкое дуновение ветерка не радовало почти облысевшие деревья. И только в душе Адели была буря: зачем она живёт, для чего? Она встречалась с парнем, который ей был в общем-то безразличен. Почему? Кто знает...
Адель зашла в свой пустующий дом — бабушка уехала погостевать к сестре — и устало опустилась на кресло. Было уже далеко заполночь, а Адель всё продолжала сидеть в этом молчаливом доме, тишину которого нарушал лишь размеренный ход старинных настенных часов; а компанию ей составляла одиноко горевшая свеча. Внезапно свеча погасла... Ничего не заподозрив, Адель пошла на кухню за спичками.
"Люди, люди, какие же вы всё-таки глупые: куда-то спешите, пытаетесь что-то сделать, не замечая главного — а ведь завтра вас может не стать. Но вы считаете себя всесильными богами, вправе распоряжаться чужими судьбами, принося другим одни лишь страдания. Эх, люди, люди... За это я вас и ненавижу. Ненавижу!!!..."
Адель вернулась в комнату со спичками.
"Как, это ты?.. Да, это ТЫ... Но как же так? Почему ты жива, снова жива, а я нет?.."
Адель почувствовала, как по коже скользнул холодный ветер, хотя окна были закрыты. Ей вдруг стало страшно, но спроси её кто-нибудь отчего, девушка не смогла бы дать ответ: неизвестное пугает больше всего. И тут Адель услышала тихий, глубокий голос, доносившийся, казалось, из ниоткуда:
— Фьоре...
Адель испуганно обернулась, но, не увидев никого, в ужасе выбежала из комнаты и закрылась в своей спальне. Но и тут голос её нашёл.
— Фьоре... Фьоре, это же я. Не бойся.
— Кто здесь? — испуганно прошептала Адель. — Что вам от меня нужно?
— Фьоре... Фьоре...
— О Господи, да что ж это такое?! Кто здесь? Кто здесь? Почему я вас не вижу?..
— Фьоре, Фьоре, это я...
— О нет, я схожу с ума! Или мне это сниться?.. — голосом, полным ужаса, вопрошала Адель.
— Фьоре... — опять услышала девушка. И тут силы её покинули.
— Прочь! Прочь!! Кто бы или что бы это ни было! — воскликнула Адель и упала без чувств.
"Фьоре... Моя Фьоре... Я тебя напугал. Прости! Я не хотел... Но я так был рад, что тебя нашёл..."
Когда Адель пришла в себя, было уже утро, и она решила, что весь этот ужас ей приснился. Но где-то в глубине души она чувствовала, что всё произошедшее вчера не сон, а правда. И эта правда пугала Адель, пугала своей неизвестностью, нереальностью... Что это было? На этот вопрос смог бы ответить разве что тот, чей голос вчера прозвучал в гостиной у девушки. Но больше всего на свете Адель не хотела услышать этот голос снова — она боялась.
Совсем неожиданно в нашей судьбе появляются повороты, кардинально меняющие нашу, до этих пор, казалось бы, спокойную и размеренную жизнь. Мы ещё не знаем, что нас ожидает нечто новое, а механизм уже запущен, и его никак не остановить. Но почему, почему — хочется спросить. На то воля Его Величества Случая. Однажды родившись, мы попали в его ловушку, в бесконечный круговорот взаимопревращений. И только смерть способна разорвать этот замкнутый круг. Но хотим ли мы этого?.. А, если порой иного выхода нет?..