[Лалэль]

Первый том? Ну в самом начале - именины Наташи

Черноглазая, с большим ртом, некрасивая, но живая девочка, с своими детскими, открытыми плечиками, которые, сжимаясь, двигались в своем корсаже от быстрого бега, с своими сбившимися назад черными кудрями, тоненькими оголенными руками и маленькими быстрыми ножками в кружевных панталончиках и открытых башмачках, была в том милом возрасте, когда девочка уже не ребенок, а ребенок еще не девушка.

Девочка с черными кудрями, конечно, может вырасти в блондинку, но это будет редким исключением из правил природы А перекрашивание волос тогда не слишком-то практиковалось, особенно у благородных дам.

Кстати, если рассмотреть отрывок (выделю все, что относится к Наташе):

Граф вскочил и, раскачиваясь, широко расставил руки вокруг вбежавшей девочки.
-- А, вот она! -- смеясь закричал он. -- Именинница! Моя милая именинница! -- Милая, на все есть время, -- сказала графиня дочери, очевидно, только для того, чтобы сказать что-нибудь, потому что сразу было видно, что дочь нисколько не боялась ее. -- Ты ее все балуешь, -- прибавила она мужу. -- Здравствуйте, милая, поздравляю вас, -- сказала гостья. -- Какое прелестное дитя! -- прибавила она, льстиво обращаясь к матери. Черноглазая, с большим ртом, некрасивая, но живая девочка, с своими детскими, открытыми плечиками, которые, сжимаясь, двигались в своем корсаже от быстрого бега, с своими сбившимися назад черными кудрями, тоненькими оголенными руками и маленькими быстрыми ножками в кружевных панталончиках и открытых башмачках, была в том милом возрасте, когда девочка уже не ребенок, а ребенок еще не девушка. Вывернувшись от отца, она, быстрая, грациозная и, видимо, не привыкшая к гостиной, подбежала к матери и, не обращая никакого внимания на ее строгое замечание, спрятала свое раскрасневшееся личико в кружевах материной мантильи и засмеялась. -- Мама! Мы Бориса... ха ха!.. женили на кукле... ха ха! да... ах... Мими... -- проговорила она сквозь смех, -- и... ах... он убежал. И она вынула из-под юбки и показала большую куклу с черным, стертым носом, треснутою картонною головой и лайковым задом, ногами и руками, мотавшимися в коленках и локтях, но еще с свежею карминовою, изысканною улыбкой и дугообразными чернейшими бровями. Графиня уже пятый год знала эту Мими, неизменного друга Наташи, подаренную крестным отцом. -- Видите?.. -- И Наташа не могла больше говорить (ей все смешно казалось). Она упала на мать и расхохоталась так громко и звонко, что все, даже чопорная гостья, против воли засмеялись. И в лакейской был слышен этот смех. Улыбаясь, переглянулись лакеи графини с приезжим ливрейным лакеем, до сего мрачно сидевшим на стуле. -- Ну, поди, поди с своим уродом! -- сказала мать, притворно-сердито отталкивая дочь. -- Это моя меньшая, избалованная девочка, как видите, -- обратилась она к гостье.

Как видите, посторонние лица употребляют в отношении Наташи самые различные эпитеты (милая, именинница, дитя, дочка, меньшая), но когда она описывается от лица автора, он использует всего несколько обозначений: сперва - девочка (гендерная и возрастная идентификация: персонаж - юных лет и женского пола), затем - дочь (идентификация по отношению к Ростовым - она их прямая родственница, дочь), а после этого - только Наташа и она. И все вполне читаемо.