[Hyacinth]

39. Расклад на будущее

Ты знаешь, у нас будут дети
Самые красивые на свете
Самые капризные и злые,
Самые на голову больные.

31.

Терпеть не могу кладбища, но кому-то же надо этим заниматься. Организовывать похороны, принимать соболезнования, говорить речь – все отработанные до мелочей законы погребального бизнеса. Двойные похороны еще тяжелее, в плане утраты и исполнения; но вышло так, что только я могу это сделать, самая черствая и самая лучшая кандидатура.
Это были очень напряженные полгода. Все началось с того вечера, когда мама заперлась в ванной. Поднявшись, я оттеснила папу от двери и прислушалась: ни звука. Остатки хмеля мгновенно выветрились из головы.
- Мама? Мама, это Джейна. Открой.
Я подергала дверную ручку, позвала еще раз, чертыхнулась и вытащила из волос шпильку. Замок был простой, но щелчок стал для нас мелодией райской арфы. Я вошла первой. Мама сидела на полу и беззвучно рыдала, спрятав лицо в ладонях. Её била крупная дрожь, так что, когда я взяла её руки свои, она не смогла говорить, только выдавила: «Лайна».
Двадцать минут спустя нам позвонил дядя Кайл.

Тетя Эрлайн умерла от острой сердечной недостаточности. Дядя Джек не смог вынести смерти жены и последовал за ней, врачи ничего не сумели сделать. На следующий день мы с Михаэлем выехали в Бухту Белладонны.
Должна признать, я была к нему несправедлива; он рассудительный, хладнокровный и способен руководить в критической ситуации.
Дома меня ждали заботы о маме. Она начала делать «соки» из всего, что росло у неё в теплице, и пила их, походя на алкоголичку. Впадала при этом в состоянии эйфории. Психиатр, к которому мы обратились, сказал, что ей нужно время. Скала дала трещину.

Она с утроенной силой занялась теплицей. Порой я заставала её разговаривающей с растениями. Нет, не так, когда бормочут по ходу поливки, а по-настоящему, словно они могут отвечать. Папа делал вид, что ничего особенного не происходит. Мне пришлось последовать его примеру.

Вскоре ей дали золотую награду по садоводству. Миссис Берия организовала небольшую церемонию, и мама была адекватна, приветлива и даже сумела пошутить. Табличка заняла свое место в родительской спальне, а её хозяйка вернулась к баклажанам. Маму слегка… отпустило, и постепенно она начала становиться прежней.

Но самым пугающим – серьезно – стало то, что у все члены семьи в разное время видели галлюцинации (что, как ипохондрически заметил Марсель, свидетельствует об опухоли мозга). Лично я с минуту пялилась на пингвина, отплясывающего польку у лестницы.

Когда Господь запирает двери, Дьявол открывает окна. Сквозняк выметает все ненужное, даже таким путем.

32.

Все это время дети жили у Делии. С выздоровлением бабушки они снова наполнили дом шумом, боевыми воплями и разбросанными повсюду книгами. Мама была рада. Но меня тревожил вопрос школьного образования. Марк и Тони пока посещали обычное заведение, а директор частного вел себя чересчур по-снобски. Он еще не знает, каких чудесных учеников упускает. Тем более, я этого так не оставлю.

Мы сделали ремонт в детской, и теперь она выглядит просто прелестно. Красивый контраст красного ковролина и светло-голубых стен, сочетающийся с белой мебелью. Даже детям понравилось не так, как мне. Готовая картинка для популярного журнала по дизайну.

Впрочем, Марк почти не бывает в спальне, в основном, он проводит свое время на улице и в секциях. Он увлекается спортом и старательно тренируется для будущих соревнований. Даже прыгает через скакалку. Тони же предпочитает гольф, к которому девочку пристрастил отец. Когда у неё не получается, она корчит очень смешные гримасы.

Тони очень любознательна, я бы сказала, страстно любознательна. Она читает все подряд, играет в шахматы, рисует, записалась в школьный оркестр и на гимнастику… Кажется, что Тони хочет научиться всему и сразу; у нас над этим уже начали подшучивать, и она огрызается на всех, кроме брата. Удивительно, они вообще не ссорятся. Я им завидую.

33.

С момента ухода из СимБР я была безработной; светская львица – это не профессия. Так что я подумала и решила выкупить у одной разорившейся дамочки танцевальный клуб. Дела быстро пошли в гору, о нас начали писать и освещать наши мероприятия, так что королева милостива и довольна. Конечно, бывают и огрехи, но они слишком мелкие для испорченного настроения. Папа тоже так считает, у него-то уж точно все хорошо.

Однажды, когда я сочла своего зама Эрикссона достойным руководить целый день без меня, мы с детьми нагрянули к Делии. На преферанс, как она выразилась, манерно закатив глаза. Карточный столик у неё стоит на террасе, так что отпрыски Вальтерс-Деррик развлекались внутри. У меня были некоторые опасения насчет Тони, она страшно ревнует Марка к малышке Лизель и всякий раз бесится, когда они играют вместе.

Но, похоже, Антония взяла себя в руки; моя лекция об унижении явно пошла ей на пользу. Она с искренней радостью поздоровалась с
сестрой. Лизель сияла; моя племянница невероятно обаятельный ребенок, её любят все, и неприязнь Тони малышку очень огорчала.
Но теперь все должно быть нормально.

- Моя жизнь становится скучной, - сказала я невпопад. Делс иронично
вскинула брови: - Да ну? А как же танцы? Ты уже слилась с ноосферой в ритме танго?
- Скоро эти птенцы будут летать без моей помощи, - я вдруг почувствовала себя матерым боссом, организовавшим добрый десяток заведений, но мой предательский язык ляпнул совершенно другое, маячившее где-то на периферии сознания: - Они даже не хотят ко мне клеиться.
- Но ты занята, - запротестовала кузина, отвлекшись от карт. Спохватившись, она попробовала перетянуть ход игры, но кто же это делает с таким лицом?

- Марсель спит с той рыжей, Карли, из Victoria's Secret, - я начинала выигрывать.
- Но она же лесбиянка, - Делс прикусила губу.
- И что? Когда хочешь стать известной, мигом переделаешься в бисексуалку. Всем нужна реклама, детка. Решено! А вот мне необходим любовник.
Делия вздохнула и с треском проиграла. Закатив глаза, она стойко снесла щелбан.

Спустя еще три партии мы вернулись в дом за шоколадом. Лизель и Марк играли в пинг-понг этажом ниже, а Тони смирно сидела рядом с Вернером и смотрела телевизор. В глазах у неё был неподдельный интерес, и не помню, чтобы я слышала возмущенные речи. Какая умная, милая и хорошая девочка.

34.

Я знала! Говорила же, что этого так не оставлю. Директор самой лучшей частной школы Восточного побережья, Эмиль Кингсли, «был счастлив» записать к себе близнецов. У них будет великолепная учебная программа.
Эта школа – отличный старт для блестящего будущего, их выпускников принимают в лучшие колледжи страны. Даже Джулиана, сына Рамиро, туда не приняли, а ведь они с Синди не на ферме его воспитывали. Пришлось мальчику найти вариант поплоше. И все, как я слышала от Кингсли, из-за репутации дражайшей миссис Деррик и её «неэтичных» исследований.
Королева не только довольна. Королева удовлетворена.