Гарри Сандлер. До недавнего времени для меня это имя означало лишь мальчика, с которым мы учимся в одном классе, сидим за одной партой и весело проводим время после уроков. У Гарри похожие вкусы и интересы – спорт, приключения и природа. В начальной школе мы вместе лазали по деревьям в общественном саду, гоняли голубей на Ратушной площади и громко вопили, когда мама Гарри и моя няня насильно снимали нас с горки у школы и тащили домой. Позже мы обнаружили такое замечательное место как кладбище, где до заката Гарри рассказывал мне страшилки, от которых потом плохо спалось ночью, исследовали фамильный склеп семейства Гот и рассматривали надгробья, представляя себе прошедшую жизнь жителей Сансэт Вэлли. С кладбища нас обычно на своей полицейской машине забирал папа Гарри.
И вот недавно я увидела его со всем с другой стороны.
Я заметила, что у него бездонные зелёные глаза, красивый изгиб губ и широкие плечи. Если прибавить к этому то, что рядом с ним я чувствую себя как за каменной стеной, что мы понимаем друг друга с полуслова и с ним никогда не скучно, то, когда переходный возраст постучал в дверь и гормоны потребовали любви – самой первой, сильной и прекрасной, выбор был очевиден. И кого беспокоят такие мелочи как то, что Гарри младше меня на полгода и его папа меня недолюбливает?! Ну уж точно не меня. Я полна решимости раскрыть своё сердце моему избраннику как можно скорее (а именно – сегодня) самым неоднозначным способом, поцеловав его в губы так, чтобы он сначала удивился (парни тормозят, так что я на 100% уверена, что до сих пор Гарри не заметил ни одного моего томного взгляда), потом расслабился и получил удовольствие, а затем понял, что я его единственная и неповторимая и нам суждено быть вместе, пока смерть не разлучит нас.
Именно с такими мыслями встретило меня воскресное утро. Однако впереди ещё целый день и сначала надо повидаться с папой. Я зашла за ним на работу, где он после репетиции раздавал автографы многочисленным фанатам.
- Привет, Принцесса! Запрыгивай в лимузин, поедем обедать в новый ресторан на пляже! Как дела?
- Спасибо, папа, хорошо! Сегодня пойду гулять с Гарри. Подбросишь меня до его дома?
- Хорошо, только не пора бы тебе уже найти кого-нибудь другого, с кем гулять? Друзья – это хорошо, но тебе нужен Принц, который положит к твоим ногам весь мир – такой же красивый, богатый и со связями, как я. Сначала Гермес Праду охмурял, теперь его сын крутиться возле тебя всё время и не даёт другим парням приблизиться. У меня на примете для тебя есть сын турецкого посла. Он, правда, выпивкой злоупотребляет, зато ты сразу сможешь получить вид на жительство в Турции. Прикупишь дачку, пригласишь меня с Шейлой в гости...
- Спасибо, папочка, что заботишься о моём благополучии, но я как-нибудь сама разберусь со своей личной жизнью.
- Как хочешь, Принцесса! Слушай, у меня новое развлечение – я фотографирую каждый день то, что ем на завтрак, обед и ужин и выкладываю в Твиттере. Народ в восторге! Представляешь, неделю не выкладывал, так стали звонить, интересоваться, что случилось, не заболел ли я! Когда принесут заказ, напомни мне сфотографировать.
И так продолжалось целый час – папа рассказывал о своей очередной длинноногой блондинке, которая конечно же без ума от его молодого и упругого тела (неужели я действительно должна слушать всё это!?), о новом Порше, который подарили друзья, и непутёвом продюсере, не заказавшем в гримёрку белые розы.
Каждый раз, когда он рассказывает про новую подругу, я вспоминаю маму – её глаза, которыми она до сих пор смотрит на папу.
Конечно, она никогда не говорит об этом, но я вижу, что она ждёт, когда папа остепенится и вернётся.
- Пап, почему ты не вернулся к маме?
- Вернулся, Принцесса, но твоя мама меня не приняла. После расставания с Айрис я пришёл к Праде и предложил пожениться, но она отказала. Не знаю, милая, что ей не понравилось!
- Как так? Ты обещал быть верным и заботливым, принимать участие в моём воспитании и ночевать дома?
- Нет, конечно! Я же суперзвезда! Ночные тусовки и толпы поклонниц – это часть имиджа!
Всё сразу встало на свои места: мама любит папу, но разум всегда при ней, надо отдать ей должное.
- Всё, папочка! Мне пора к Гарри!
***
Вечер в компании моего избранника пролетел незаметно – мы гуляли по пляжу, кормили чаек у моря и болтали обо всём на свете. Но всё это время я могла думать только об одном – как поцелую Гарри на прощание. Мы вышли на набережную и неспешно побрели в сторону дома.
- Смотри, твоя мама ужинает с постаревшим Брюсом Виллисом!
Действительно, мама ужинала на террасе ресторана с каким-то типом. Ну ладно, не типом, но я ни разу за все эти годы не видела маму с кем-нибудь, кроме папы, поэтому все во мне взбунтовалось при виде этого ухоженного джентльмена во фраке, который, судя по маминому выражению лица, рассказывал что-то очень интересное, периодически небрежно похлопывая её по руке. Вариант с клиентом я исключила сразу – мама очень строгая и не одела бы на деловую встречу открытое платье, не позволила бы гладить себя по руке, при этом то смущаясь, то краснея. Целая волна чувств поднялась во мне – ревность, неприязнь, огорчение. Конечно, это неправильно, и мама как никто другой заслуживает быть счастливой, но я почему-то думала, что это произойдёт не так, или вообще не произойдёт. Так, путаясь в мыслях и ощущениях, я стояла и глядела на маму и этого «Брюса Виллиса» - как он просит счёт, как галантно ухаживает за мамой, помогая встать, как сажает её в шикарную машину и увозит.
Гарри, который без слов понял, что я расстроена увиденным, за всё время не проронил ни слова и терпеливо ждал, когда машина этого типчика скроется из виду. Чтобы вернуть меня к реальности он очень своеобразным вопросом решил направить мысли в противоположное русло:
- Перл, а ты знаешь, что наши родители когда-то встречались? Да-да, отец до сих пор сжимает кулаки, когда речь заходит о Праде Табаско. Моя мама рассказывала, что та бросила его из-за денег, а потом родители встретились, поженились, и сразу же появился я.
- Не может быть! Мама никогда об этом не упоминала. Хотя это объясняет, почему мистер Сандлер так косо на меня смотрит.
- Да ладно, ты ему нравишься.
- Ага! Вот мы и пришли.
Мама уже была дома – в её комнате горел свет. Хорошо, что этот Мистер Крепкий орешек 1940 года выпуска не повёз её ещё куда-нибудь. Но не будем отвлекаться – впереди очень важное событие и нельзя испортить момент лишними неприятными мыслями. Мы стояли у дверей – фонари отбрасывали тень на мужественное лицо Гарри. Я сделала глубокий вдох, взяла его руки в свои и наши лица стали приближаться. Вот уже губы Гарри в 20 сантиметрах от моих, теперь в 10, и я чувствую запах его лосьона после бритья. Сердце колотиться и готово выпрыгнуть из груди, но я должна идти до конца, ведь от этого зависит моё счастье.
- Здравствуйте, миссис Табаско! Доставил Перл в целости и сохранности.
- Молодец! Не возражаешь, что я конфискую Перл, ведь рано вставать - завтра ещё увидитесь и наговоритесь. До свиданья, Гарри!
Мама запихала меня за дверь, повернула к себе, заглянула в глаза и прямо спросила:
- Перл, ты влюблена в Гарри?
Отпираться было бесполезно, ведь разочарование от несостоявшегося поцелуя спрятать было невозможно, и я кивнула. Мама закусила губу, лицо стало озабоченным, а взгляд потерялся где-то далеко, в только ей ведомых далях. Наконец, не выпуская меня, она мягко спросила:
- Доченька, а что если я скажу тебе, что тебе не надо быть с Гарри?
- Мамочка, если ты беспокоишься, что мы повторим вашу с мистером Сандлером ошибку, то это напрасно – мы с Гарри как родные и идеально подходим друг другу.
- Да-да, конечно, милая! Иди спать.
Заснуть не получилось – события крутились в голове, мысли лезли в голову как назойливые насекомые, и я лишь ворочалась из стороны в сторону. Сон победил только под утро, поэтому назойливый звонок будильника я отключила без угрызений совести и поэтому опоздала к первой паре. Мама уже ушла на работу.
В школе все обсуждали только одно событие – утром приезжали копы из особого отдела полиции и арестовали Гарри за торговлю наркотиками, которые нашли у него в сумке. Я не верила, что Гарри мог заниматься чем-либо подобным, но когда я зашла к нему после школы, дверь мне открыла заплаканная миссис Сандлер, которая сквозь рыдания сообщила, что её сына до сих пор не выпустили. Всю дорогу домой я пыталась понять, что происходит: если Гарри чист перед законом, то почему это до сих пор не выяснили и не отпустили парня на волю? А если это правда, то как я могла не замечать того, что он торгует наркотиками у меня перед носом? Получается, что я его совсем не знаю. От этого неутешительного вывода мне стало не по себе.
- Мама! – позвала я, но ответа не получила. Странно, ведь мамина машина стоит на подъездной дорожке. Ладно, наверно занята и не слышит. Главное, что она сделала мой любимый мятный чай. Я налила себе кружку и уселась за стол.
«У чая странный привкус» - подумалось мне в тот момент, когда голова закружилась, ноги стали непривычно мягкими и мир вокруг меня стал расплываться и кружиться. Последнее, что я запомнила, была стремительно приближающаяся к моему лицу поверхность стола.
Запись тринадцатая.
Древовидный вид
