[Hayley]

Ах, я опять забегалась непонятно где и не прокомментировала все это чудо)
Кэтлин... "Маленький котенок Кэт" - так говорила Скарлетт О'Хара про свою дочку? И точно так же с ней носилась, прошу заметить) Маленькое чудо)
Кстати, не ожидала, что у Рошельки будет ребенок от Миши, честно. Мне он нравится, но не Рише.
Линзы, значит...
Как он умудрялся скрывать-то? Как человек, носящий линзы шесть лет, могу сказать, что не заметить факт их наличия очень трудно, особенно, если ты с этим человеком вместе живешь. Опустим то, что контейнеры-пинцетики-баночки с физраствором болтаются по всему дому - их можно спрятать. Но сами-то линзы надо снимать как минимум перед сном, потому что спать в них просто адски больно, и потом долго еще смотришь на мир, как раненный тюлень.
Но спишем это на невнимательность Риши, связанную с полным отсутствием нежных чувств к избраннику. Ну, подумаешь, мелькнула какая-то фиолетовинка, это у него со сна)))
А голубые глаза ему идут больше, кстати. С фиолетовыми он какой-то слишком уж сладкий, как мармеладка в сахаре прямо)
Но семью Кэти не сплотила, скорее даже наоборот. Рише теперь просто не до того, чтобы изображать нежность и привязанность, ведь у нее же есть ненаглядная Кэтти! И вроде она зла не желает, просто и добра не выходит.
К тому же, побаиваюсь я за Кэтлин. Такое убойное сочетание, как слепая, порывистая любовь и холодок извне, вряд ли поможет становлению личности. Пока что мне вспоминается Лулуша, но что будет дальше - непонятно.
В общем, вот такие вот грустные размышления к таким радостным отчетам.
П.С.: И, да, письмо Риши маме великолепно. Сколько всего здесь!

[тигрёнок]

Перед этим отчётом ничего особенно говорить не буду... у меня только один вопрос - нужно ли поставить какой-нибудь рейтинг на скрины в конце?.. я совсем-совсем не разбираюсь в этом, мне кажется что нет, но мало ли...
И мне немного страшно выкладывать эту запись, поэтому я сделаю это и сразу побегу спать. Ну ладно, не спать - рано ещё для такой совы как я - просто побегу. Тем более, мне завтра в школу после моих мини-каникул по случаю выборов Вообще мне повезло в этом году - первые две недели я учусь по три дня и по четыре отдыхаю
Ладно, хватит отвлекаться. Приятного прочтения

5.12 Море

Наверное, я была не в себе… устала, отчаялась, потеряла интерес. Иначе я не знаю как объяснить то, что я сделала. Но очнулась я только когда было уже совсем поздно что-либо менять...
Начинался апрель, а за окном, собравшись в чёрные непривлекательные кучи и расплывшись агромадными лужам всё ещё лежал снег. Это раздражало меня – как достала эта чёртова слякоть! Эти дурацкие снегопады весной, вся эта грязь, серость, никакого солнца!.. Да ещё и Диана засела дома, пробубнив, что хочет быть ближе к внучке. Радость-то какая, я просто счастлива! Давайте вообще все поселимся дома и будем водить вокруг Кэти хоровод!
Да ещё и зовут её все этим дурацким русским именем. Катя. Фу. Что за ужас! Ну сколько можно повторять, что она котёночек, Кэти?! Ей скоро исполнится шесть, на будущий год она пойдёт в школу. Даже не представляю, что я буду делать без неё дома целыми днями, да ещё и с Дианой. Как меня достало её вечное присутствие! Ну почему у неё нет подружек, у которых бы она просиживала всё время за чайком, как все нормальные свекрови?!
Единственное утешение – истаграм мамы, - молчал уже несколько недель, вызывая во мне смесь негодования и беспокойства.
Я сидела, меланхолично переключая каналы, и внезапно мне в голову ударила бешеная мысль. Я устала от России! Я больше не могу находиться в этих чёртовых стенах!.. Я хочу домой… домой! И я покажу Кэти родину её мамы!.. Пускай я не смогу познакомить её с бабушкой или тётей, но я смогу поводить её по местам, где росла сама… да, решено, я поеду в Америку!.. и плевать мне на всё… я давно не Рошель Комино, я теперь Ирина Агронская, гражданка России, и за пару дней никто меня не узнает.

У меня до сих пор сохранялась полученная когда-то десятилетняя виза в Америку, с Кэтлин пришлось немного, конечно, повозиться, но в итоге всё уладилось, и спустя какое-то время я уже носилась по всей квартире, собирая наши с доченькой вещи. Из кабинета выплыл удивлённый Миша с журналом с руках – чёрт, я и забыла, что у него выходной… Несколько минут он, приподняв бровь, молча наблюдал за мной, роющейся во всех шкафах, а потом негромко подал голос:
- Что ты делаешь?
- Собираюсь. – пробубнила я холодно, не прекращая поиски и даже не повернувшись.
- Куда?
- Мы с Кэти съездим отдохнуть. Покажу ей море.
- А меня взять с собой ты не хочешь? – ну вот. Началось. Чёрт.
- Милый, - я обернулась и посмотрела на него в упор, - У тебя же работа…
- Потерпит как-нибудь, да и вообще…
- Нет! – излишне быстро оборвала его я и тут же осеклась, - Миш, правда… Куда ты сейчас поедешь? Как раз повышение наклёвывается…
- Переживу как-нибудь. Семья важнее.
- У тебя же нет визы, - мягко, но настойчиво продолжала отговаривать я. Он нахмурился.
- Ты могла бы и раньше сказать.

Я пожала плечами и вернулась к сборам, незаметно от него закатив глаза. Я надеялась, что сейчас муж развернётся и уйдёт дальше читать свои кулинарные записульки, но он не уходил. Наконец я не выдержала и недовольно обернулась:
- Миш, ну что ещё?
Он аккуратно положил журнал на тумбочку и медленно подошёл вплотную, жалобно заглядывая в мои глаза.
- Риш… пожалуйста, не уезжай… не надо… - я отвернулась, не желая продолжать разговор, но он обнял меня сзади и положил голову на плечо, - Пожалуйста. Не надо.
Я мягко, но настойчиво выпуталась, несмотря на довольно крепкое объятие.
- Миш, прости. Мы поедем одни, и точка.
- Но почему?! Ир, что не так?! Почему ты стала… такой!? После рождения Кэтлин ты постоянно на меня срываешься, кричишь, маму ругаешь! Она честно пытается подружиться с тобой, да, может сначала она и не была особо приветлива… ты отдалилась от нас всех и ещё больше отдаляешься с этой поездкой!
- Я не хочу всё это обсуждать. Пожалуйста, давай поговорим позже…
- Ты вечно отвечаешь так! – взорвался Миша и схватил меня за запястье, чтобы я не сбежала из комнаты, - Ира, я устал. Ты ничего мне не рассказываешь. Ты мне не доверяешь. Я понятия не имею, кто твои родители. Ты узнала даже самую большую мою тайну, о глазах, хотя никто кроме мамы и бывших одноклассников об этом даже не догадывался. Скажи честно, почему ты едешь в Америку? Скажи мне! Скажи! Кто твоя семья?

- Моя семья – это ты и Кэтлин, - ровным голосом отчеканила я, - Я сотню раз тебе говорила, что родители никогда не были ко мне особо привязаны, у нас нет привычки поддерживать общение. Я клянусь тебе, это только на неделю, максимум на две… Я просто покажу дочери свою родину и всё. Жить мы будем в гостинице. Всё? Я удовлетворила твоё любопытство? Или ты ещё что-нибудь хочешь знать?
Он взвыл и схватился за голову, кричал, что не верит мне, а я - чтобы он заткнулся и не пугал Кэтлин… Мы крупно поссорились, но мне было плевать. На следующий день я гордо подхватила собранные чемоданы, взяла Кэти за руку и мы погрузились в такси до аэропорта ещё даже до того, как он проснулся. Не хотелось слушать его извинения, вообще не хотелось его слышать или видеть.
Поселились мы в гостинице недалеко от центра Нью-Йорка. Не близко к нашему дому, но тем безопасней для Кэтлин. Первые несколько дней мы просто много гуляли, я показывала ей город, где выросла, проверяла её не идеальный, но вполне себе неплохой английский.

В один день я решилась пойти посмотреть на свой дом – я долго думала, стоит ли, и всё-таки набралась смелости сделать это. По старой традиции я носила с собой ножик, новый, правда, старый папа наверняка переплавил много лет назад… Для какой-никакой конспирации я намотала на голову платок, одела тёмные очки, а Кэти – куртку с капюшоном, и мы отправились.
Когда мы приблизились, у меня защемило сердце и на глазах выступили слёзы – хорошо, что я была в очках, и Кэти не могла этого видеть... Вот он, дом!.. Большой, просторный, не то что какая-то душная квартира… Вот этот плющ, разросшийся уже после моего рождения, вот клумбы, заботливо высаженные мамочкой, вот пруд, вырытый папой и Хьюго… но где же все? Здание явно пустовало не первую неделю – в окне можно было разглядеть, что практически вся мебель вынесена, газон достаточно неухоженный, цветы завяли. В довершение картины в лужайку была вбита потрёпанная табличка «продаётся». Странно, мама не писала об этом в инстаграме…

Отсутствие какой-либо жизни в когда-то процветающем, шумном особняке ужасно удивило меня. Несколько дней я провела в раздумьях – ведь мама ужасная балаболка, рассказывает в социальных сетях чуть ли не о каждом своём дне в подробностях, а тут… утаить переезд… Что-то не так, что-то точно не так!
Я думала об этом, думала, и не могла придумать, как узнать правду. Выход был один – отправиться в папин офис. Я понимала, что это жутко небезопасно, но выхода не было – и я пошла, решив, что прошло столько лет, меня, должно быть, никто и не помнит… Но и офис оказался заколоченным и опустевшим. Я осмелела настолько, что посетила все места, где мог быть хоть какой-то намёк на мою семью, но всё было пусто. Оставался последний вариант – вертолётная площадка, с которой я улетала в Россию. О ней не знал совершенно никто, кроме меня и нескольких особенно приближенных папиных коллег. Это было место на самый экстренный случай. Площадка находилась не близко – далековато от Нью-Йорка, на самом побережье океана… ехать туда было не опаснее, чем крутиться вокруг папиных офисов, и я взяла билеты. Будь, что будет. Главное, чтобы Кэти была в безопасности, а я уж точно смогу её защитить.
Охранник площадки, по совместительству пилот, живший в покосившемся домишке в нескольких десятков метров, курил у входа. Я быстро кинулась к нему, крепко удерживая руку дочери.
- Уанс! Уанс! – позвала я. Он тут же обернулся и уставился на меня оторопело – в этих краях мало бывало людей. Когда я приблизилась, ужас на его лице сменился на удивление.
- Рошель?! – потрясенный, охранник заключил меня в торопливые объятья, - Неужели отец снова позволил тебе участвовать в операции? Да и вообще… вернуться в Америку? А это кто у нас такой маленький?..
- Операцию? – пришла моя очередь удивляться, - А… да, да. Это моя дочь Кэтлин. Она нам поможет. Мы чуть не опоздали.

- Ладно, поднимайтесь. Я докурю и отправимся.
Я кивнула, кинула на старого знакомого благодарный взгляд и подхватила дочку на руки. Хорошо, что он всегда был нелюдимым тюфяком. Мы быстро поднялись наверх. Папа стоял, прислонившись к дверце вертолёта и, кажется, был чем-то озадачен. Он долго всматривался вдаль, и я уже начала нервничать, что он вообще не сядет в вертолёт, но внезапно он резко дёрнулся, будто бы выпал из транса, и торопливо дёрнул дверцу, усаживаясь впереди.
- Спереди места, боюсь, не хватит… - послышался смущенный голос Уанса. Он стоял на несколько ступенек ниже нас.
- Ничего, мы можем и сзади.
Он кивнул. Я нервно взглянула на папу – тот достал какие-то документы и уткнулся в них так, что его голова совсем поникла за пыльным стеклом.
- Все остальные уже там, - прокомментировал Уанс и заёрзал, как бы намекая, что нам неплохо бы освободить проход. Я ещё раз пристально посмотрела на папу и, снова подхватив Кэти на руки, быстренько засеменила к задней дверце вертолёта. Главное – сесть и взлететь, а там уж он не сможет нас выгнать. Мы быстренько погрузились – на хлопок задней дверцы папа не обратил никакого внимания. Перед тем, как сесть, я как можно тише попросила Уанса не отвлекать папу. Тот кивнул, и дверь снова хлопнула. Через несколько минут мы взлетели. Папа явно витал в своих мыслях – нас он не заметил, что казалось почти нереальным. Я отволокла Кэти в самый хвост вертолёта, чтобы вращение лопастей заглушало любые наши звуки. Первые полчаса полёта папа так и сидел, уткнувшись носом в бумаги, и я мало-помалу успокоилась – да ещё и Кэти уснула у меня на коленках, пока я поглаживала её мягкие светлые волосики.
Из-за шума лопастей мне не было ничего слышно, и я уже тоже почти задремала, прикрыв глаза, когда внезапно даже сквозь невероятно громкий шум прорвался папин истеричный вопль «РОШЕЛЬ!!!!!!!». Я тут же распахнула глаза и наткнулась на папино ошарашенное, искаженное гримасой ужаса лицо. Нахмурившись, я кивнула на спящую Кэти, мол, ребёнка разбудишь. Он смотрел на меня со смесью удивления, шока и полного непонимания, что теперь делать.

Конечно, поговорить нормально при таком шуме мы не могли, но едва вертолёт приземлился, как папа выскочил из своей кабины и буквально за шкирку вытащил меня, даже не обратив внимания на проснувшуюся и сонно хлопающую глазками Кэти.
- Ты что натворила, идиотка?! – тут же вскинулся он.
- Папочка!.. – несмотря на явно нетёплый приём, я так давно его не видела, что не смогла сдержаться и кинулась на шею. Он оторопел от таких телячьих нежностей и тоже на секунду приобнял меня, но тут же оттолкнул.
- Рошель, ты ума лишилась?! Ты зачем притащилась сюда? Да вообще в Америку! Да ещё и с ребёнком!
- Рошель… как давно меня никто так не называл!.. – я снова обняла его, ещё крепче, - Папочка, а это Кэти. Познакомься.
Кэти уставилась на него заспанными глазёнками и спряталась за мной, вперив удивлённый взгляд в моего папу.
- Кэтлин, это твой дедушка Том, - я присела и заговорила с ней, нежно поправив хвостики.
- Она понимает по-английски?
- Не так хорошо, как по-русски, но понимает.

Я не могла не заметить, что за те годы, что мы не виделись, папа сильно изменился. Я ожидала, что он начнёт прогонять меня, кричать, какая я идиотка, что притащилась сюда, и он конечно попытался это сделать, но так быстро сдался, что я не могла поверить. Папочка, что с тобой случилось?.. Неужели ты так устал, что уже не можешь сопротивляться всему? Или просто ты наконец относишься ко мне как ко взрослому человеку и уважаешь мои решения?..
- Вы останетесь здесь, - твёрдо сказал папа, когда мы подошли к небольшому пустынному пляжу, - О каком-либо твоём вмешательстве в операцию не может быть и речи. Сидишь с ребёнком здесь и никуда, ты поняла меня? НИКУДА не выходишь. Если всё пойдёт хорошо, уже к утру мы все сможем вернуться…
- Кто – все? Мама… мама здесь?
- Нет. Мама с твоей сестрой в надёжном и безопасном месте очень далеко отсюда. Умоляю, не вздумай их искать. Клянусь, я разберусь с этими придурками и отправлю тебя домой… К тебе домой. - он подвинулся, пропуская нас вперёд, - Ну почему, почему ты вечно делаешь всё наперекор…
Почему-то мне вдруг стало страшно стыдно за свой поступок, и я крепче прижала к себе Кэти, ничего не ответив. А действительно, зачем мне всё это было нужно.. сидела бы себе дома, терпела Диану с Мишей и радовалась успехам Кэти...
Папа привёл нас на небольшой полузаросший пляж с грязным, ветхим деревянным пирсом и огромной палаткой. Везде были разбросаны какие-то вещи, спальные мешки, сумки. Пляж врезался в голую скалу и там кончался. Видно было, что люди здесь нечастые гости.

Папа что-то передал кому-то по рации, и через несколько минут из пальмовых зарослей в полицейской форме возникли два человека – молоденькая девушка с волосами, связанными в крепкий узел на затылке и Ричард. Я стиснула зубы, пытаясь оставаться хладнокровной и сделать вид, будто между нами никогда ничего не было. Кэти вжалась в мои ноги и вцепилась в руки – бедная моя девочка, Господи, правда, ну зачем я всё это затеяла, зачем её сюда притащила…
Ричард с девушкой приблизились, и папа вяло представил мне незнакомку:
- Рошель, это Хелена, - он метнул на меня многозначительный взгляд, и я холодно кивнула, сделав вид, что не заметила, - Жена Ричарда, которого ты, я думаю, помнишь.
- Жена?.. – как бы я ни старалась сохранять хладнокровие, эта новость была для меня полной неожиданностью, и на миг я потеряла над собой контроль и вздрогнула. Ричард упорно не смотрел на меня, щуря глаза как бы от солнца, - Очень приятно.
- Мне тоже. Не думала, что мы когда-нибудь встретимся, - спокойно отозвалась Хелена, глядя на меня без презрения или негодования, просто… никак. Да, её взгляд не выражал ничего, она явно витала в своих мыслях. Ричард ограничился коротким кивком в мою сторону.
- Все уже там? – закончив обязательную процедуру знакомства, папа тут же принял серьёзный вид и перешёл к делу. Ричард кивнул ему. – Отлично, значит я тоже выдвигаюсь, - и добавил чуть тише, склонившись к уху Ричарда, видимо надеясь, что я не услышу, - Не уходите далеко. Если заметите малейшую угрозу лагерю и моей дочери – немедленно вызывайте подмогу. Следи за ней, Ричард. Умоляю.
Ричард от приказа охранять меня и мою дочь явно был не в восторге. Он в третий раз вяло кивнул и, завладев рукой жены, отвёл её в сторону.

Папа повернулся ко мне и посмотрел на нас с Кэти как-то странно, неуверенно, словно хотел обнять нас, предостеречь, но не знал, как это сделать. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, а потом он безразличным тоном произнёс:
- И всё-таки зря ты сюда притащилась.
- Удачи, пап, - я проигнорировала его слова, шагнула вперёд и сама крепко прижалась, - Я не жалею, что увидела тебя. Расправься с этими придурками и возвращайся – мы будем ждать тебя. Завтра у нас самолёт…
На секунду он прижал меня крепко, как маленькую девочку, но в следующий же миг отстранился и принял серьезный вид. Поколебавшись ещё несколько секунд, он всё же бросил «Береги себя» и быстро зашагал по направлению к высоченным пальмам.
Я долго стояла, прижимая к себе дочку и смотря папе вслед. Почему-то сердце сжималось от тоски. Я знала – максимум, что я от него дождусь, это мимолётный разговор, а потом он запихнёт нас в вертолёт и заставит улететь в Россию… Боже, как бы я хотела остаться!.. Навсегда… там, где я должна быть…
Ричард со своей дорогой жёнушкой, посовещавшись, крепко обнялись и разошлись в разные стороны. Мой бывший любовник, метнув на меня холодный взгляд, нырнул в заросли, из которых они недавно вылезли, а его супруга засеменила к нам с Кэтлин.

- Ричард попросил остаться, - с напускной дружелюбностью сообщила Хелена, - Конечно, я бы не очень хотела оставлять его одного там, ну, понимаешь, мало ли что… но наш долг защищать слабых, так что я остаюсь с вами.
- Что? Слабых? – я сощурилась и, чувствуя, что разговор будет не для детских ушей, присела к Кэти, - Милая, не хочешь искупаться? Смотри, как здесь мелко. Купальник в моей сумке, - и дождавшись, пока дочка убежит переодеваться, я поднялась и вскинула голову, - Так значит, слабых, да? В таком случае мы не нуждаемся в вашей помощи, мисс. Валите к чёрту.
Хелена округлила глаза и уставилась на меня в полном шоке. Видимо, она к такой грубости не привыкла…
- Эээ…
- И давно ты работаешь на моего отца? – игнорируя её попытки что-либо сказать, продолжала я, - Что, нравится? Думаешь, спасаешь людей? Это ты за муженьком подалась? Ну и много ты кого спасла?
- Вообще-то, мы на работе и познакомились…
- О! Какой успех! Вот где Ричард тебя подцепил! А я всё думала, откуда ты взялась, не из воздуха же. И что же такая миниатюрная дамочка забыла в ФБР?

- Рошель, зачем всё это? – как-то тихо спросила она, - Не делай вид, будто не помнишь меня. Я работаю у твоего отца много лет. Знаю, ты никогда не обращала на меня внимания, но я работала трудно и много, училась, я всегда хотела, как ты говоришь, спасать людей… Я действительно могу защитить твою дочь и тебя. И не просто могу, я должна. Это приказ, а я привыкла выполнять приказы.
- Без тебя обойдёмся.
- Я всё равно не уйду, хочешь ты того или нет…

Я сверкнула глазами. Вот ещё! Не уйдёт она, ха! Уйдёшь, как миленькая! Ещё давно я краем глаза приметила ярко-оранжевый мопед возле палатки, который теперь мог бы очень пригодиться.
- Кэти, дорогая, иди сюда. – дочка тут же вынырнула из палатки, уже облачённая в купальник, - Не хочешь покататься, солнышко?
Она расплылась в улыбке и закивала радостно. Я подхватила свою крошку на руки и бодренько зашагала к мопеду.
- Эй! – возмутилась Хелена, - Это мой! А если случится что-нибудь?.. Ну куда ты поедешь, да ещё и с ребёнком?.. Рошель! Стой! Вернись! Не делай глупостей! Ты понимаешь, как тут опасно?.. И километра не проедешь до ближайшего людного места… Рошель!
Но я её не слушала, а Кэти уже с восторгом прыгала вокруг – она просто обожала кататься, совершенно на чём угодно, лишь бы ехать вперёд на огромной скорости… Мы быстренько уселись, я завела мотор и, не обращая на крики Хелены никакого внимания, сорвалась с места.

Мы немного покатались, доехали до ближайшей людной местности, покушали… здесь, вдали от мест, где меня могли узнать, я чувствовала себя спокойно и хорошо. Это была Америка, моя родина, моё место, моя жизнь, и плевать мне было на близость супер опасной папочкиной операции… Никогда ещё я не чувствовала себя свободнее и свежее!.. Кэти сидела впереди меня, ухватившись ручками за руль, и с восторгом пищала на каждом повороте, ветер бил в лицо, щекотал кожу, и наши чёрные и платиновые волосы, путаясь и сплетаясь, развевались за спиной… Я знала, понимала, что скоро вернусь в Россию и, возможно, ещё очень долго не вернусь, но было так всё равно!.. Со мной была моя Кэти, мой котёночек и полная свобода. Я видела папу, самого дорогого человека в моей жизни, не считая дочки… и всё было хорошо. Всё было идеально!..
Вернулись мы через несколько часов. Солнце уже ползло к горизонту. Как и ожидалось, Хелены на пляже не было – видимо, не выдержала одиночества и сбежала патрулировать округу с Ричардом… ну и прекрасно. Мы с Кэти накупили фруктов, наелись, переоделись в купальники и, держась за руки, синхронно бросились в море.

Море!.. Как же я люблю море! Какое незабываемое, непередаваемое ощущение, несравнимое ни с чем – нырять глубоко-глубоко, чувствовать, как вода смыкается над головой… в детстве у меня всегда от этого захватывало дух. На маленькую долю секунды, крошечный несчастный миг мне казалось, что я пойду под воду, но меня всегда тащило волнами вверх. Захлёбываясь солёной водой, отфыркиваясь, я подлетала и ныряла снова, снова и снова, и снова, и снова!.. Тогда это были лучшие моменты моей жизни. Я обожала море! И обожаю, и всегда буду! Оно… свободное.
Как я.

Кэти не решалась заплывать далеко. Она возилась на мелководье, заходя в воду максимум по грудь – да и то каждый раз на её лице сразу возникало выражение панического страха и ужаса. Я не пыталась заставить её зайти глубже – она ещё малышка, со временем поймёт… и сможет! Конечно, я понимала, что Кэти не так влюблена в море, как я, но это значит только то, что мы чуточку разные. И это прекрасно! Дети не должны быть копиями своих родителей, они должны быть личностями, уникальными…
Я в очередной раз нырнула с головой и поплыла под водой так быстро, как могла. Вынырнула я у самого края пирса – оказалось, я проплыла его по всей длине на одном дыхании. Мысленно я поздравила саму себя, и хотела уже было плыть обратно к Кэти, как вдруг заметила за спиной беспечно хлюпающейся в воде дочери какое-то шевеление. Я сделала вид, что хочу уплыть ещё дальше, а сама быстренько вынырнула за одной из проржавевших старых бочек, прикреплённых к пирсу, и чуть-чуть выглянула оттуда.
Видно было плохо, и мне потребовалось некоторое время на то, чтобы разглядеть какую-то тень за пальмами… увиденное заставило меня похолодеть. Какой-то человек, то ли замотанный в тряпки, то ли в каком-то камуфляже явно притаился за деревом и наблюдал за моей дочерью.

A LOT OF SECRETS

Меня бросило в дрожь. Кэти!.. Первой же мыслью было броситься к ней, схватить, защитить, прижать к себе, лишь бы её не тронули, лишь бы не напугали!.. Я лихорадочно соображала, как добраться до неё незаметно, спрятать, скрыть! Почему-то не было сомнений – этот непрошеный гость представляет опасность. И хотя человек за пальмой явно скрывался и бездействовал, я не сомневалась, что он пришёл сюда не чай с плюшками пить…
Кэти! Моя Кэти!!! Почему он смотрит на неё?!?! Нет, пожалуйста, пожалуйста пожалуйста пожалуйста, делай что хочешь, бери что хочешь, но не трогай Кэти!..
Мысли бились в голове, путались, руки дрожали то ли от холода, то ли от страха. Я не имела ни малейшего понятия, что делать! Кэти, малышка… девочка моя! Она всё так же возилась на берегу, не оборачиваясь, а человек всё так же наблюдал за ней из-за дерева... Беспечно напевая какую-то песенку, Кэти плюхалась в воде, а я застыла за бочками с выражением ужаса на лице. Что же делать, что же делать?!
Я быстро, не ныряя, стараясь действовать как можно бесшумнее, поплыла вперёд с обратной стороны пирса, хватаясь за бочки и прячась за ними же. Быстрее, быстрее… ещё чуть-чуть… Человек, кажется, не замечал меня, но когда я схватилась за очередную бочку, она вдруг с оглушительным скрежетом оторвалась от дряхлого пирса. ЧЁРТ!!!! И Кэти, и неизвестный обернулись на шум. Дочка помахала мне рукой и крикнула, чтобы я плыла к ней, а человек за деревом дёрнулся и кинулся куда-то.

Не теряя ни минуты, я подтянулась на руках и взобралась на пирс. Кэтлин вскрикнула, отшатнулась и, споткнувшись о камень, упала – я сморгнула с глаз воду и с ужасом увидела, что человек несётся ко мне. В один прыжок он оказался в метре от меня. Всё, о чём я успела подумать в первый момент – слава Богу, его не интересует Кэтлин!..
Но тут же я поняла – вместо Кэти его интересую я. Защищаться мне нечем, бежать некуда, только в воду, а оттуда – куда?! И как же Кэти?! Малышка моя!.. Молниеносно я кинулась к воде, доломала полуразвалившуюся ржавую бочку, поросшую водорослями, и что есть силы метнула в неизвестного. Он покачнулся, но легко выстоял, подлетел ко мне и занёс руку, в которой на солнце что-то блеснуло. НОЖ!!!!!! Надо вырвать его, чёрт, чёрт чёрт чёрт, иначе Кэти грозит опасность!
Я резко присела – нож разрубил воздух, - я схватила человека, чьё лицо было замотано в плотную тряпку, за ногу и резко дёрнула. Он пошатнулся, дав мне время встать, но выстоял. Я резко пнула его в живот, желая свалить в воду, но он только свалился на пирс и тут же подскочил. Я не сдавалась, хотя мокрое тело ужасно скользило по ветхому склизкому дереву – неизвестный снова замахнулся, но я успела ухватить его за запястья. Он действовал молниеносно – замахнулся и ударил меня коленкой в живот, отчего я вскрикнула и ослабила хватку. Человек тотчас же вырвался и, пользуясь моим положением, с размаху всадил мне в живот нож. Я захрипела и согнулась пополам. На заднем плане раздался оглушительный крик Кэтлин.

Жуткая боль пронзила мой живот, несравнимая ни с чем, что я когда-либо чувствовала… из раны тут же хлынула кровь. Я, прикрыв её одной рукой, попыталась встать и ударить нападавшего, но тот схватил меня за плечи и буквально выбросил в воду. В последний момент я попыталась ухватить его, утащить за собой, чтобы хоть как-то обезопасить Кэтлин, но скользкие руки только схватили воздух, и я с размаху полетела в воду.
Волны с шипением сомкнулись над головой. Боль разрывала живот, пульсировала, билась, разливаясь по всем конечностям. Я отчаянно замолотила руками, ногами, всем, чем могла, не обращая внимания на заливавшуюся в нос и уши солёную воду. Над головой повисло красное марево, сквозь толщу прорывались какие-то крики, вопли, искажённые звуки, но я не могла думать ни о чём, кроме Кэти. Кэти!.. Малышка моя!!! Девочка моя, сокровище, крошка!!!
Сопротивляться, только сопротивляться! Выбраться! Я смогу, я выстою… Мне бы только чуть-чуть воздуха!.. Я билась в отчаянии, воздух в лёгких кончался, и я с ужасом поняла, что камнем ухожу вниз. Непреодолимая сила тянула ко дну, и я не могла с ней справиться. Нет! Нет!!! Кэти!.. КЭТИ!!!

***

Тело Рошель глухо стукнулось о дно, и она, сильно ударившись головой о камень, потеряла сознание. На поверхности, привлечённые криком Кэти, к лагерю изо всех сил неслись Ричард и Хелена, которые ещё с холма увидели, как Рошель упала воду и не вынырнула.

Они вдвоём влетели на пляж, когда человек в камуфляже и чёрном платке медленно двигался к ревущей Кэти, которая, вместо того чтобы отползать, спасаться, делала попытки обойти неизвестного и нырнуть к маме…
- Ни с места! – проорал Ричард, несясь к месту происшествия, - Не трогай девочку!
Человек тут же обернулся и выставил вперёд окровавленный нож. Тут же Кэтлин, рыдая, по воде кинулась под пирс – она видела, как мама упала туда…
- Я справлюсь с ним! – крикнула Хелена на бегу, - Вытащи Рошель!
Ричард кивнул и кинулся к воде, а его напарница, выставив вперёд пистолет двинулась на нападавшего.
- Нож на землю! – проорала девушка срывающимся голосом, - НОЖ НА ЗЕМЛЮ!!!
Человек не повиновался, пятясь медленно назад, пока не наткнулся спиной на холодный металл пустовавшего вертолёта. Бежать теперь было некуда. Неизвестный прекрасно понимал – пистолет заряжен, и эта хрупкая испуганная блондинка выстрелит, хотя бы с перепугу.

Ричард подбежал к воде и лихорадочно стал искать глазами тело. С обратной стороны пирса расползлось ужасное красное пятно, он кинулся туда и быстро ушёл под воду. Рошель он заметил не сразу – из-за крови вода стала мутной, перекрыв обзор. Несколько мгновений Ричард искал её на ощупь, пока не наткнулся на что-то мягкое. Рывком он вырвал тело со дна, крепко прижал к себе и потянул к берегу что есть силы. Выплыв из воды, Ричард кинул Рошель на землю.
- Риша!!! – заорал он и затряс её за плечи, - Очнись! Рошель! Рошель!!!
Он быстро припал к её губам, давил на грудную клетку, заставляя дышать. После нескольких мучительных минут она внезапно закашлялась и, выплёвывая воду, разлепила глаза.

- Слава Богу!.. Ты очнулась… - надо мной склонился обеспокоенный Ричард. Солнце ужасно слепило глаза, из глубины лёгких, казалось, льётся солёная вода – я снова закашлялась. Живот так же ужасно разрывало от боли, усилившейся, увеличившейся в стократ…
- Где Кэти?.. – слабым голосом выдавила я.

Внезапно сзади раздался оглушительный крик. Ричард мгновенно подскочил и метнулся куда-то в сторону. Глаза застилала какая-то пелена то ли воды, то ли крови, но я попыталась разглядеть, что произошло – и увидела… На песке, застыв в неестественной позе, лежала Хелена с перерубленным горлом и остекленевшими глазами.
- НЕТ!!!! – выкрикнул Ричард и кинулся было к жене, но тут же заметил, что неизвестный удирает и бросился за ним, выхватив пистолет.
Хелена лежала, переломанная, слабая, поверженная. Мёртвая. Не выстрелила. Не выстояла. Не смогла и поплатилась. Я смотрела на распластавшееся тело в ужасе и не могла осознать, что выгляжу так же, только ещё пытаюсь дышать...

MY IMMORTAL

- Мама!.. – ко мне, спотыкаясь, падая, подползла Кэтлин.
- Кэти… Кэти, милая моя, с тобой всё в порядке!.. – я тут же забыла о существовании Хелены и хотела прижать дочку, стиснуть в объятиях, обнять и не отдавать, никому и никогда, ни за что!.. но вспомнила о распоротом животе и поспешно прикрыла его руками, чтобы она не видела, не заметила...
Но было поздно. Кровь хлестала, заливая мои руки, ноги, окрашивая песок в алый. Кэтлин, рыдая, прижалась ко мне и уткнулась в коленки.
- Мамочка!.. – проревела она, - Мамочка, не умирай, пожалуйста! Мама!!!
Я хотела привстать, протянуться к ней, но поняла, что не могу. Все силы внезапно покинули меня. Прижавшись к моим коленкам, как слабый, мокренький котёнок, Кэтлин рыдала навзрыд и умоляла – не умирай, не умирай, мамочка… Я протянула руку и нежно провела измазанной рукой по её беленьким волосам, оставив отвратительный кровавый след.
- Малышка моя… - шепнула я, улыбаясь, - Сокровище моё… Крошка… Я люблю тебя, котёночек, Кэти… Клянусь, больше всех на свете…
- Мамочка!.. Вставай, идём отсюда! Здесь страшно, мамочка! Пожалуйста, уйдём отсюда!
- Всё будет хорошо… обещаю, девочка моя…

Солнце било в глаза. Ну какое же оно всё-таки яркое… А ведь уже закат… Так холодно… Почему так холодно?.. Надо сказать Кэти, чтобы надела куртку… сняла мокрый купальник… заболеет ещё… опасность ведь миновала… да… миновала…
- МАМА!!! Мама, мамочка, ответь что-нибудь!!! Мама!!! – Кэти зачем-то трясёт меня, плачет, малышка… прости, девочка моя, я что-то… устала… так устала… - МАМОЧКА! Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! МАМА!!!

Кэти?.. ты же… не говоришь мне этого. Тебе не нравится... Всегда отвечаешь – я тоже, и всё…
- Я тоже люблю тебя, котёночек… - закрыть глаза, закрыть глаза, выключите солнце… - Больше всех на свете…
Я смотрю в небо. Я дышу солью. Я – ветер. Я – море. Я свободна…
Чёрт, да когда же исчезнет это сол…

ETERNIDAD

Ричард почти сразу догнал неизвестного и приставил к его лбу пистолет. Тот тут же поднял руки кверху. В глазах непонятного цвета отразились ужас и злость. Ричард, одной рукой удерживая пистолет, второй с силой дёрнул чёрный платок, освободив копну густых карамельных кудряшек.
- Тварь… - прошептал Ричард, сжимая рукоятку пистолета. Девушка скривилась в гримасе. – Нож на землю! Вы арестованы!
Не передать словами, как сильно ему хотелось врезать этой дряни, поквитаться за жену и бывшую любовницу, за Кэти, которой пришлось всё это увидеть, но он сдержался. Ричард успел выучить свои права и правила.

Внезапно на холме показались силуэты людей, и Ричард вздохнул облегченно – команда возвращалась. Первым на пляж влетел Том. Сначала он подбежал к Ричарду, как всегда сохраняя спокойное, полубезразличное напряженное выражение лица, но тут услышал детский плач и, коротко кивнув напарнику, обернулся.
На песке, залитом кровью, лежало тело с распоротым животом. В ногах тела рыдала маленькая девочка, трясла коленки и о чём-то умоляла… Длинные чёрные волосы скрывали лицо, но Том понял всё. Сразу. Он узнал бы свою дочь, даже если бы ей пустили пулю в лоб. Всё вокруг сразу померкло, и даже плач Кэтлин затих где-то на задворках. Том сделал шаг вперёд, расширенными от ужаса глазами глядя на распластавшееся мёртвое тело не песке, и упал на колени.
- Рошель… - тихо позвал он, не веря, не желая верить, и подполз ближе, - РОШЕЛЬ!!!
Он, не замечая никого и ничего, схватил дочь за плечи, принялся трясти её, кричать, щупать пульс, но всё было напрасно. Его дочь была мертва, и в этом не было сомнений. Осознав это, Том медленно перевернул её тело на бок и прислонился к камню, стеклянными глазами глядя перед собой.
- ЧЁРТ! ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ!!! – заорал он и со всей силы принялся бить кулаком по огромному булыжнику, пока не разбил в кровь кулак. Он уткнулся в локоть, и тело его сотряслось от рыданий.
- Прости меня… - шепнул он не отрывая лба от холодного камня, - Девочка моя… Рошель…

Ещё несколько мгновений Том сидел так, чувствуя, как обжигающие редкие слёзы скатываются по щекам. Но внезапно он понял, что должен сделать.
Том пошарил рукой в кустах и крепко сжал в руке острый булыжник. Он поднялся и прямой, как палка, с безумным, нечеловеческим взглядом двинулся вверх по холму, куда Ричард и некоторые из команды уже увели эту кудрявую тварь. Том шёл, двигался вперёд, и ничего не могло его остановить.
«Я отомщу», - билась в его голове одна-единственная мысль.

Он настиг их на достаточно людной площади – был вечер, и люди повылезали из дома, гуляли, держась за ручки, сидели, наблюдая за играющими детьми, болтали, смеялись… но Том не замечал всего этого. Он знал, что должен сделать ради дочери и видел только одну цель.
На убийцу уже надели наручники – она не представляла больше опасности. Ричард уверенно вёл её в ближайший участок, когда увидел Тома, стремительно шагавшего навстречу.
- Хорошо, что ты здесь, мы... Эй!
Но он словно не слышал Ричарда. Настигнув арестованную, Том грубо схватил её за плечо и, размахнувшись, с силой ударил по лицу булыжником.
- ТОМ, ТЫ ЧТО, МАТЬ ТВОЮ, ТВОРИШЬ?! – заорал Ричард и попытался дёрнуть девушку, избавив от последующего удара, но Том резко сбросил его руки и принялся бить убийцу своей дочери, не задумываясь ни о последствиях, ни о куче свидетелей вокруг, ни о пытающимся остановить его Ричарде… в его голове парила лишь одна картина изуродованного тела дочери, и он хотел мести.
Том бил, и с каждым ударом арестованная всё меньше сопротивлялась, пока не затихла совсем. Поняв, что убийца его дочери мертва, он выронил булыжник и уронил лицо в ладони. Убийство не принесло ему ничего даже немного походившего на удовлетворение – только тупое осознание того, что он натворил. Но было слишком поздно.

"Вернуть бы тех, кого забрали небеса.
Хоть на минутку — лишь увидеть лица.
Чтоб посмотреть в давно забытые глаза.
Сказать три слова.
И отпустить их.
К птицам."



Берегите себя.

[тигрёнок]

Hayley,

Сообщение от Hayley

"Маленький котенок Кэт" - так говорила Скарлетт О'Хара про свою дочку? И точно так же с ней носилась, прошу заметить) Маленькое чудо)

дааааааа Кэтлин - как раз в честь одновременно Скарлетт и её доченьки. Мне безумно нравится, что пишется не Katelyne, а Catlyne - именно Кэтлин, не Кейтлин! То есть кэт. То есть - котёночек Но кстати образ всепоглощающей любви к дочери взят не оттуда, и только после твоих слов поняла, что похоже... На самом деле отношение Риши к Кэтлин частично списано с Тани Либерман (можете погуглить, она крутая) и её дочери Михаль. О том, что так можно любить своего ребёнка я узнала именно от них

Сообщение от Hayley

Как он умудрялся скрывать-то?

Не знаю, на самом деле я ориентировалась на себя.. Когда я носила линзы (носила, потому что они мне на самом деле без надобности - просто как резкость в фотошопе увеличить), об этом знала только мама, и то потому что я ей сказала, остальные члены семьи всего этого даже не замечали.
И я частенько с ними засыпала - не на всю ночь, слава Богу, но когда отрубалась после школы - часа три-четыре и потом полночи с ними же колобродила.
Ну, правда это продлилось месяца два от силы, потом мне честно надоело, и я согласна, что когда спишь с кем-то в одной кровати не заметить сложнее, но я не думаю, что это большая трагедия) В конце концов, Дианка спокойно могла че-нить соорудить, чтобы у него линзы были, например, на месяц ну ладно, хотя бы на неделю)

Сообщение от Hayley

С фиолетовыми он какой-то слишком уж сладкий, как мармеладка в сахаре прямо)

ахахахах неее, он у нас мишка Барни А мне больше с фиолетовыми нравится - ну, даже не с фиолетовыми, а просто с тёмными))

Сообщение от Hayley

Пока что мне вспоминается Лулуша, но что будет дальше - непонятно.

как ты сходу на самом деле ты права, и Кэти похожа на, м, прабабушку. Но второй Лулу не будет, это я вам обещаю.
Это по меньшей мере невозможно
Лулу - домашний тепличный цветочек. У Кэти другая судьба.

Сообщение от Hayley

И, да, письмо Риши маме великолепно. Сколько всего здесь!

спасибо! я только им в отчёте и довольна - не люблю так говорить, но всё остальное можно было бы и не читать, по-моему...

[Cherise]

Ух ты) Новый отчёт)) Действительно очень много мимими) Я умилялась, наверное, в течение всего отчёта) Необычно для меня) Кэти просто прелесть)) Маленькое чудо) После всех этих описаний Рошель я тоже стала так тепло относиться к малышке, что даже не знаю как и описать) Рада, что в доме, наконец, появился относительный покой) И ещё рада, что Риша не потеряла разум от рождения дочки и не стала-таки отправлять письмо) Жду поскорее уже повзрослевшее маленькое чудо)

[Innominato]

тигрёнок, а мне вот тоже прямо сходу вспомнилась прекрасная Скарлетт О`Хара и ее котеночек Кэт. И в плане отношения, и в плане имени, но я очень люблю Скарлетт именно в книгах про Ирландию (хотя это по сути большой качественный фанфик), так что и образ Рошель в этот отчете тоже порадовал.
Неожиданно для нее - свободолюбивой, всегда старавшейся быть независимой, - такое всепоглощающее чувство любви. Хотя, разумеется, я отметила весьма сильную (и неизбежную) перемену в Рошель после убийства Уильяма и переезда в Россию. Осознание того, что не со всем в мире можно справиться на одном бунтарском духе сыграло ей на пользу. Мне, пожалуй, нравится Рошель-мамочка, пусть она не редко перегибает палку, пытаясь единолично владеть вниманием малышки Кэти. И вот оно, пожалуйста, первый гром в раю, первые серьезные ссоры в семейной паре Риша-Миша, уверена звоночек прозвенел не просто так.
Письмо к Розмари тоже безумно нежное, так и пропитано невыплаканными слезами, в каждой строке сквозит "соскучиласьсоскучиласьсоскучилась", неизменная обреченность от не скорой (а может быть и невозможной) встречи. И, завершающим аккордом звучит:

Сообщение от тигрёнок

Написать-то я написала... но отправить его я так и не решилась.

Словом, замечательный отчет!

[Океана]

тигрёнок, Боже, прочитав твой отчет, вспомнила первый месяц жизни своего малыша. Описала ты всё в точности! Кэти выросла такой лапочкой Диана с появлением Кэти преобразилась в моих глазах. Хотя так меняются почти все свекрови, но, увы, и то на время. Потом начинается: ты нет ребенка кормишь, ты не так его качаешь Мишу мне жалко. Отец должен принимать участие в воспитании ребенка. Муж обязан проводить с ребенком столько, сколько и жена. Ну, посмотрим, что из всего это выльется. Молодец, ждем продолжения!

[тигрёнок]

Cherise,

Сообщение от Cherise

Я умилялась, наверное, в течение всего отчёта)

я предупредила хорошо, что умилялась, потому что по опыту знаю - некоторых подобное просто бесит

Сообщение от Cherise

Рада, что в доме, наконец, появился относительный покой)

покой появился не в доме, а у Риши в душе... а вот в доме как раз-таки никакого покоя, Рошель никому дочку не отдаёт, Миша злится, Диана вообще бабушка... в общем, семья в понимании Риши - это она и её Кэтлин, и на этом всё.

Сообщение от Cherise

И ещё рада, что Риша не потеряла разум от рождения дочки и не стала-таки отправлять письмо)

Она бы отправила, ей правда уже настолько надоело прятаться, скрываться, бегать от какого-то невидимого противника... Но страх за Кэти всё решает. Не будь её, Риша бы давно плюнула на всё, сказала Мише аривидерчи и улетела в Америку. Она была запугана до смерти, но теперь ей всё равно, и только Кэти "самая большая причина, по которой я не могу вернуться".

Сообщение от Innominato

я очень люблю Скарлетт именно в книгах про Ирландию (хотя это по сути большой качественный фанфик)

мне тоже она там нравится больше! Она там уже более мудрая, что ли, но такая же прекрасная

Сообщение от Innominato

Хотя, разумеется, я отметила весьма сильную (и неизбежную) перемену в Рошель после убийства Уильяма и переезда в Россию.

да, она очень сильно поменялось, в каком-то смысле это её даже сломало... она ведь, по сути, просто сбежала. Может это и было нужно, ты права, что убить человека - не булочки украсть, и сидеть бы ей пришлось ой как долго, но и это не смертельно, на самом-то деле. Да и Том со своими связями мог бы значительно скосить ей срок... Но она испугалась, очень сильно. И конечно это всё изменило её.

Сообщение от Innominato

она не редко перегибает палку, пытаясь единолично владеть вниманием малышки Кэти.

о да!!! и это она зря, ой как зря...

Сообщение от Innominato

Письмо к Розмари тоже безумно нежное, так и пропитано невыплаканными слезами, в каждой строке сквозит "соскучиласьсоскучиласьсоскучилась", неизменная обреченность от не скорой (а может быть и невозможной) встречи.

мне так жаль Ришу из-за этого... всё-таки её место не в России. Если бы она хотя бы любила Мишу, ей было бы куда легче, но так у неё есть лишь Кэтлин, Кэтлин Кэтлин Кэтлин, она держит её рядом с собой и не отпускает... И ещё грустнее мне становится от... ещё поговорим об этом

Сообщение от Innominato

Словом, замечательный отчет!

спасибо большое!!! я очень боялась, что он выйдет скучным, неинтересным, как говорила когда-то Гиацинтик "дневничок нворождённого", но это ведь и есть жизнь Риши на данный момент...

Океана,

Сообщение от Океана

Боже, прочитав твой отчет, вспомнила первый месяц жизни своего малыша. Описала ты всё в точности!

уиии, спасибо! Я очень рада, что мне удалось описать чувства матери, хотя сама я ею никогда не была)

Сообщение от Океана

Потом начинается: ты нет ребенка кормишь, ты не так его качаешь

ахахха, наверное так и было)) но Ришу это видимо уже не заботит. Ничего, кроме Кэти, не заботит.

Сообщение от Океана

Отец должен принимать участие в воспитании ребенка. Муж обязан проводить с ребенком столько, сколько и жена.

Полностью согласна! Это очень-очень большая Ришина ошибка, даже огромная, но Миша вызывает у неё только раздражение... что поделаешь, она его не любит, никогда не любила.
Спасибо!

[Heisuke]

тигрёнок, Ааааа, Алинка, что ты делаешь? Я, блин, читать не успеваю! То девять месяцев ни одного отчета, то каждую неделю новенькое выкладываешь! Неужели остался один отчет от нашего любимого Ришеночка? Мне не верится в это! Что же ты припасла для нас? Я уже от нетерпения сгораю. А еще, все, что я прочитала было для меня полной неожиданностью. Миша её муж... А Ричард? Он уже отыграл свою роль в её жизни? Хотя, мне кажется для Ришки это был лучший расклад, ведь в итоге родилась прекрасная Кэтлин! Такая лапочка! Еще бы её не любили! И так забавно наблюдать, как с ней все нянчатся, особенно сюсюкивания Ришки-Иришки. Она же у нас свободу любила, а теперь? Правда, я не уверенна, что из неё получится хорошая мама... если она даже с папой Кэти нормально видеться не дает... Ну, посмотрим. Не знаю даже, что еще написать. Сегодня явно не мой день в плане написания комментариев. Если, что прости. Но все от души писала. Люблю твоих Коминошек, мне их не хватало

[тигрёнок]

Heisuke, ахахахах вдохновение и желание писать - штука такая то её девять месяцев не дождёшься, а то вот, пожалуйста... но на самом деле я просто очень-очень хотела закончить пятое до конца лета) если учесть перерывы, Риша и так задержалась дольше всех.

Сообщение от Heisuke

А Ричард? Он уже отыграл свою роль в её жизни?

я не могу ответить тебе на этот вопрос. Но помнишь я говорила, что другой возможности объединить Коминошек и Уайльдиков не будет?

Сообщение от Heisuke

Она же у нас свободу любила, а теперь?

А почему все считают, что свобода с ребёнком невозможна? То есть, я, конечно, понимаю, что маленькие дети сковывают руки и бла бла бла, но всё же почему Риша не может страстно любить своего ребёнка и оставаться свободной?
Правда в том, что она уже давным-давно не свободна и не независима, и она это прекрасно понимает. Но я просто не согласна с тем, что свобода и дети как-то связаны. И мне не нравится глупый стереотип о том, что дети "сковывают руки", потому что я знаю много примеров, опровергающих это...

Сообщение от Heisuke

Люблю твоих Коминошек, мне их не хватало

а нам с ними тебя не хватало с возвращением! и давай не бросай Уайльдиков!!!

[ANka-ParTizanKA]

А вот и я приползла, уже практически к финалу записей Рошель (неужели и правда финалу? ну и ну...) явление фиолетовоглазого красавца вышло действительно неожиданным (хотя, на мой взгляд, и многое объяснило - например, почему Мише понравилась Рошель - не без своих закидонов, но по сравнению с мамочкой, ставящей эксперименты на всех и вся...вот интересно, что бы он делал, если бы Кэти родилась похожей на бабушку Розмари - начал подозревать супругу в неверности или устроил бы маме разнос на тему "Посмотри, к чему привели твои эксперименты"?) с такими глазами он сразу стал интереснее и загадочнее, впрочем темноглазые блондины и блондинки считаются привлекательнее и эффектнее, чем их голубоглазые и сероглазые товарищи, так что Кэтлин повезло с генетикой. Всепоглощающая любовь Риши к дочери не удивила...ладно, не сильно удивила - она все-таки единственный по-настоящему родной ей человек в России и любые посягательства на дочь (даже со стороны родного отца, тоже имеющего некоторые права) рассматриваются ею как преступление, к тому же Рошель всегда была эгоисткой (уклоняюсь от авторского подзатыльника). С Мишей ей на самом деле повезло, однако неизвестно еще насколько его терпения хватит и как это отразиться на Кэти в будущем. И узнает ли мисс Комино №6 о своих американских родственниках?