Второй отчет получился коротким, каким-то эпизодичным. Наверное, он менее интересен, чем первый, но по истории получалось, что этот отрывок жизни Брианы невозможно выкинуть из повествования и примкнуть к другим отчетам он не может тоже.
Когда, проснувшись от покрывающих кожу мурашек, я открыла глаза - над Беем, как ласково называют остров (и город тоже) местные жители, уже успели высыпать крупные яркие звезды. Морской мокрый ветер пробирал насквозь тоненькую футболку и удивительно, что я не замерзла до смерти еще до пробуждения.
Толи от холода, толи больше от нервов трясясь, я поспешно забралась, в разостланный спальный мешок и почти сразу же заснула, как только тепло накопилось в мешке.
Обычно я сплю достаточно крепко, очень мало вещей, которые способны разбудить меня вдруг ночью. Однако, по странному стечению обстоятельств, эта ночь, проводимая под открытым небом в родном, но, по сути, сейчас совсем чужом мне городе никак не давала мне нормально выспаться. В очередной раз, вздрогнув и проснувшись, я решила отложить безуспешные попытки выспаться на некоторое время.
Ночное небо перед самым рассветом всегда неописуемо красиво.
Город, наполненный красочными сновидениями, утопал в стрекоте неуемных сверчков. Где-то, проснувшись в своем гнезде, уже начинал свою трель соловей. Я даже остановилась на несколько минут послушать череду из редких, пока еще неслишком уверенных щелчков и насвитываний. Трэй из соседнего крыла в нашем приюте всю жизнь хвастался всем, что умеет подражать соловью. Вечно завистливые всему подряд дети вечно пытались подражать тоже, но точнее, чем Трэю, увы – не удалось никому. Даже я однажды ночью, сбежав из своей комнаты через окно, провела целую ночь в подслушивании соловья. Результатом стал солидный втык от воспитателя и день, наполненный безудержной усталостью от недосыпа.
Бог мой! На кого же я похожа!
Зеркало, висящее в «дамской комнате» палаточного лагеря, отразило опухшую, с синяками под глазами физиономию. Еще и паутина кое-где прилипла. Хорошо хоть пока я ехала сюда на велосипеде, мне не встретился ни один загулявшийся прохожий, а то наверняка улицы с восторгом встретили бы завывающую сирену скорой помощи, а на моей совести остался бы чей-то сердечный приступ.
Стараясь лишний раз не поднимать глаза на зеркало, которое вопреки ожиданиям не треснуло от страха, отразив такое чудище, я постаралась как можно тщательнее смыть с лица следы бессонной ночи, что удалось мне с сомнительным успехом. Зато хоть безудержная зевота оставила в покое на какое-то время.
Посмотрим, что здесь есть. Приличная раковина и туалетные кабинки. Отдельная комната с душем… похоже это место действительно подходит для сложившейся непростой для меня ситуации. Жаль вот только, что в этом парке невообразимо скучно.
Взирать несколько часов на природу парка, погруженного в ночь - оказалось очень скучно, хоть я и люблю природу.
Хорошо хоть чья-то газета оказалась под рукой. Посмотрим… сегодняшний номер, мой экземпляр которого безжалостно сожжен в дальнем костровом котле…
Лишь на рассвете, когда солнце уже начало медленно выкатываться из-за холма чуть правее городской водонапорной башни, сонливость снова охватила меня. К этому времени солнечное тепло уже успело значительно прогреть воздух и изгнать страшноватые ночные тени, поэтому заснуть удалось почти сразу…
Даже удивительно, что я умудрилась проснуться ровно за час до начала моей рабочей смены. О своей жизни под парковым кустом работодателю я скромно умолчала, оставив удивленному водителю служебной машины удивленно озирать мой пустой (надеюсь, что уже не абсолютно) участок.
В первый же рабочий день мне торжественно выделили целый ряд собственных моек, новенькую половую тряпку и весьма потрепанную швабру, на которую я весь день очень опасливо наматывала ветошь. Еще вдруг отвалится совсем щетка, руководство скажет – я сломала. Девушка, принимавшая меня на работу, оказалась управляющей милого заведенья, явно больше напоминающего кабак, нежели ресторан. К своему несчастью, в настоящем ресторане я действительно бывала не раз вместе со своими родителями… поэтому безошибочно определила сорт заведения в котором придется работать. Три повара, шесть официантов, бармен и еще одна посудомойщица – это весь нехитрый штат сотрудников кафе «Три веселых пирата». Не сказать, чтобы работа, порученная мне в первый день, оказалась тяжелой и уж тем более трудной, ибо умственных усилий требовала минимум. Зато постоянная суета, крики, порой конфликты, почти драки в зале для гостей не прибавляли хорошего настроения, а от громкой музыки голова начала трещать почти сразу. Поэтому, когда двери кафе с глухим щелчком закрылись на ночь за моей спиной, я почувствовала настоящее счастье! К этому времени город снова опустился в темноту ночи.
Голова болела непереносимо, слипались глаза. Хотелось рухнуть прямо тут, на этом самом месте, но спальный мешок как назло я оставила за камнем в палаточном лагере…
Древовидный вид
