[Зайца]

До переезда жил в столице, работал офисным клерком в небольшой компании. У него был дом, полученный в наследство от родителей, несколько подружек, скрашивавших досуг. Тем не менее, молодой человек чувствовал себя очень и очень несчастным. Работу он ненавидел и выполнял не особенно хорошо. Для него это было место, «где с утра хочется есть, после обеда – спать, и все время такое чувство, что пора домой». Чтобы как-то развлечься, закрутил интрижку с супругой шефа…

Как уже было сказано, наш герой работал в небольшой компании, поэтому его участившиеся визиты в дом босса очень скоро стали достоянием общественности. Последовал жуткий скандал, продажа родительского дома, и самое натуральное бегство.

Некоторое время «Казанова» отсиживался у университетских друзей, но спустя пару месяцев, они почти тактично намекнули постояльцу, что пора бы искать другое жилье и даже участливо подсунули визитку агентства недвижимости. Поняв, что дружбе конец, он набрал номер риелтора.

«Дороговато вышло, но выглядит грандиозно», - мысленно подытожил новоиспеченный домовладелец, заканчивая осмотр своего имения.


И хотя здание было совершенно непригодно для жизни: на газоне еще остались следы строительной техники, покинувшей участок накануне вечером; отделочные работы даже не начинались, на полах – черновое покрытие, - это его не беспокоило. Покупка «полуфабриката» позволила изрядно сэкономить, а сделать ремонт он и сам сумеет.



Изюминкой дома по праву считалась вот эта часть: «стена-окно», - шутили строители, - она открывала просто божественный вид на реку и центральную часть города.

Ой, я же вас не представила! Знакомьтесь, Бо Бросс.


Да-да, это именно он лукаво косится куда-то за обедом у МакДональдов. Хотите знать, что его так привлекло?


Не думаю, что он пытается освоить технику мытья посуды, ох, не думаю.
У Бо Бросса в жизни две страсти. И первая – это женщины.

...Еще старик Маслоу сообщил миру, что потребность в еде гораздо важнее физиологических нужд. И Бо вынужден был уступить этой непреложной истине и ноющему желудку. МакДональды уверили его, местные недра хранят немало ценных вещиц. А что еще нужно новоселу? Одолжив у Хьюго лопату, Бо отправился на раскопки.


Удивительно, но фермеры оказались правы! Еще как правы! Бо достался целый сундук сокровищ!!!


Наконец-то в его доме появились такие нужные вещи, как холодильник, унитаз и кровать.

Поиски кладов оказались выматывающим занятием – до кровати добраться не удалось. Зато трехчасовое воздействие маски из бутерброда с мясом (любимейшего блюда жителей Саннидея) очень благотворно отразилось на его физиономии.


На самом деле Бо не большой любитель всяких там косметических процедур, поэтому следующим утром была приобретена и испытана в деле кофеварка.


Закончив удовлетворять базовые нужды, мы перешли к следующей ступени пирамиды все того же Маслоу – потребности в самореализации.

Напомню, у Бо Бросса 2 страсти: женщины и… живопись. Он мечтает о художественной славе, о состоянии, заработанном на продаже своих полотен, о собственной картинной галерее.

Не откладывая в долгий ящик, Саннидейский Боттичелли создал свой первый шедевр.


Кхм… Это, по-твоему, шедевр? Стоимостью 2 симолеона? При таком раскладе ты обречен жить в недостроенном доме, друг мой.


Ладно-ладно, не расстраивайся. Тут ведь все дело в навыке. Иди-ка лучше поешь.


Эммм… И здесь дело в навыке, я полагаю... Кажется, на сегодня хватит. Дуй спать, утро вечера мудренее.

На следующий день с восходом солнца и азартом художника-новичка, Бо снова взялся за кисть.


Творческий процесс был прерван неожиданным визитом весьма желанной гостьи. Эмма МакДональд отправилась «осмотреть окрестности» и «совершенно случайно» оказалась у дома мистера Бросса.
Они поговорили о том, о сем. Пошутили, поиграли. Даже пожонглировали немного. (столько лет играю, а только узнала, что симы могут жонглировать вдвоем! Век живи, век учись…)


Решив, что дело в шляпе, Бо пустил в ход все свое очарование, рассчитывая на взаимность. Каково же было его удивление, когда Эмма сообщила, что ничего не выйдет раз он безработный, а значит, и бесперспективный.


Продолжать беседу явно не имело смысла, и гостья, быстро попрощавшись, отправилась домой. (оно и правильно, Эмма, у тебя там муж-ростоман и 2 десятка помидорных грядок, а ты шатаешься непонятно где!)

Бо так и остался стоять посреди кухни, ощущая себя абсолютным бревном, напевая нехитрую песенку:

Забавляется он с людьми,
И страдаем мы от любви,
И смеется он, и хохочет он,
Злой шутник, озорник Купидон.



Решив, что отчаиваться рано, бревновидный герой-любовник принялся оттачивать обольстительные навыки. (попросту говоря, выделываться у зеркала)




Объектом для испытаний была выбрана проходившая мимо соседка. Дабы не повторить ошибок прошлого вечера, Бо начал издалека.



Аккуратно поцеловал барышню в щечку, представился, поинтересовался, давно ли она в Саннидее, рассказал о последних новостях…



лирическое отступление

(его очень беспокоит Хьюгово ростоманство. По этому поводу у нас даже непроходящее желание имеется: )

А барышня - раз! - и распрощалась. Спешила куда-то что ли…
После второго фиаско, пришлось признать, что с романическими похождениями стоит повременить.
«Но это и неплохо, - рассудил он. - Я смогу полностью отдаться живописи».

…Последний летний день выдался очень насыщенным для Бо Бросса. Сначала он куда-то звонил, потом перерыл полдвора, а потом и вовсе покинул участок.
Прибыв на место, что-то оценивающе разглядывал, зачем-то (из последних сил) мыл полы…




Домой вернулся глубоко за полночь и совершенно обессилевший.


Пока Бо отдыхает и восстанавливает силы перед очень важным событием, нам пора двигаться дальше. Вот к этой чуднОй дамочке: