[Emija]

ответка

Influence, ждала мучений бедног ребенка? За что такая немилость? ))

Сейчас ему сложно делать домашние задания, а дальше что будет делать? Продавать овощи, как отец?

Ну а что ему еще делать? Учитывая, что читать и писать он толком никогда не сможет, а в сферу обслуживания его никто не возьмет, как и вообще на любую работу, требующую хоть сколько-нибудь обширных знаний. Чернорабочим? Но там коллектив, которые еще не очень ясно, как его примет, да и зарплата меньше чем доход от фермы. В общем, я для Корая и правда вариантов не вижу. Разве что заменить огородные работы производством поделок (шахматы и звездное небо у него не на таком уровне, чтобы деньги могли приносить).

И да, в кого Корай такой чернокожий? У обоих родителей кожа намного бледнее. Я могла бы предположить, что Кара согрешила, но черты лица...

Да, такое не подделаешь. ))
А чернокожий... Видимо, в дедушку по материнской линии (правда, тогда остается вопрос, в кого Феликс... Побочный эффект превращения?).
Технически - ни в кого. Это одна из случайно выдаваемых шкурок. Была установлена ради разнообразия среди горожан (для Алверада я таких много накачала), но выдается и новорожденным.

Инопланетяшки утащили?

Ага. ))

Что там такого случилось, что бедному мальчику пришлось стирать память?

А можно я пока промолчу? Эта история только-только начинается - и не хотелось бы сразу все выкладывать. ))
Но нет, никаких зелий не было. И вообще воздействие со стороны Феликса пока ограничилось только отнятым куском памяти. К тому же, там ведь главная проблема именно в официальном требовании закончить младшую школу, на сколько бы зрелым ребенок ни выглядел (самого Феликса спасло только то что он очень долго официально не существовал, потому как даже свидетельства о рождении не получил, так как появился не в роддоме, а на грядке - и совершенно противоестественным способом).

И еще один отчет. Маленький, но важный.

Я ведь уже писала, что Кара мечтала повидать мир. Несколько раз она даже оставляла Корая (в то время уже ходившего в школу) на Феликса – и хоть на несколько дней, но уезжала в путешествие. Когда же младший вырос, она, похоже, начала устраивать такие импровизированные каникулы регулярно. Наверное, она и вовсе перестала бы появляться дома, но Феликс не считал путешествия такой же уважительной причиной для «безделья», какой была забота о маленьком Корае – и порой начинал всерьез ворчать. Каре, конечно, это не очень нравилось, но она признавала, что окончательно оставить хозяйство на мальчиков (один из которых выглядел ее ровесником, но это мало что меняло) и посвятить себя путешествиям – не вариант. Нет, сама-то она была не против (вдвоем сыновья Йозефа должны были справиться), но заработать на разъезды самостоятельно Кара не могла, а непрерывно развлекаться за счет вкалывающих на ферме считала совершенно недопустимым. Приходилось работать, выкраивая время на поездки только изредка.

Впрочем, за год все равно получалось куда больше месяца, положенного каждому работнику в городе, да и особо тяжелой работой ее старались не нагружать, предоставляя выбор полезной деятельности. Кара делала ту работу, которую выбирала сама, а остальную поровну делили Феликс с Кораем


И все было почти идеально, пока во время очередной поездки не случился курортный роман.
Ничто не предвещало беды. Нет, правда ничто. Собственно даже место было не слишком располагающее к романтике. Это скучая на пляже люди часто начинают лениво осматриваться в поисках хоть каких-то приключений, а в горах, как правило, не до этого. Ну если конечно не прятаться от пронизывающего холода (возможно, не такого и страшного, но очень уж непривычного для уроженки жарких остров, первую треть жизни проведшей в природной печке Твикки, а две другие – в нашем круглогодичном лете). Но Кара ведь приехала не сидеть в четырех стенах – и никакой холод не мог ее запереть в доме. В первые дни, конечно, было тяжело – и бедная южанка куталась, как могла, передвигаясь между достопримечательностями исключительно на машине.

Но в горах не везде можно проехать, а Кара хотела лично облазить все мало-мальски интересные достопримечательности, все пощупать и попробовать, благо видов согревающего не хуже куртки активного отдыха в выбранной ею местности хватало.

Энергии Каре тоже было не занимать, так что к концу третьей недели она на столько привыкла к местному лету и непривычно неровной местности, что обходилась практически без машины. Если верить ее записям, это оказался единственный способ не растолстеть от местной кухни – вкуснейшей, но безумно калорийной.

А к концу месяца бывшая островитянка осмелела на столько, что рискнула поучаствовать в состязании на бревне. Проиграла, конечно, но завела интересное знакомство.

Ну это она называет его интересным. Как по мне, скорее подозрительное. Он представился как Кеннеди Смит, но даже не думал скрывать, что это не настоящее его имя. Настоящее имя Кары его тоже мало интересовало, но она была не против пару недель отзываться на Райли. Ей вообще было не до таких «мелочей».

Роман был бурным и страстным, но не слишком долгим. Неделю они почти не расставались, искренне наслаждаясь обществом друг друга, а потом Каре пришло время уезжать – и Смит навсегда попрощался со своей Райли.

Действительно навсегда: больше Кара его никогда не видела.
А почти через десять месяцев родился Мурат.