13. Последнее письмо
Когда умолкнут все песни,
Которых я не знаю,
В терпком воздухе крикнет
Последний мой бумажный пароход.
(с)
Когда ты молод, поступаешь в университет и вся жизнь еще впереди, то все тридцатилетние кажутся тебе стариками, а уж до сорока дожить и вовсе не чаешь. Ан нет, не успели оглянуться, как уже празднуем шестнадцатилетие своих сыновей, да и не за горами полувековая отметка на линии жизни.
Дор и Ал уже почти сравнялись со мной в росте и даже определились, чего хотят от жизни. Удивительно целеустремленная молодежь!
Вот старший решил, что хочет делать карьеру в спорте, а также признался, что любит разносторонне развитых ухоженных девушек. Эх, мой мальчик уже интересуется девушками, кто бы мог подумать?
Алан не отстает от брата. Противоположный пол сын рассматривает с какой-то своей особенной стороны, зато вот карьерные амбиции у тихого Ала куда серьезнее, чем у его старшего брата. Алан хочет спасать жизни и, в конце концов, стать главным врачом Городской больницы Стренджтауна.
Кажется, последнее связано с тем, что, когда Дор сломал ногу пару лет назад, мы были там, и мальчик, увидев вопиющий бардак, творящийся приемном отделении, немедленно возжелал навести там свои порядки.
Конечно, подросли и дочки моих друзей. Обе превратились в редких красавиц. Вот Лесса точно взяла все лучшее от обоих родителей. Немного напоминает мне ее мать в прошлые годы, но в то же время явно в ней проглядывают и черты Ника.
Аликсандрию Джонсон вовсе знает каждый подросток, не говоря уже о тех, кто учится в той же частной школе. Малышка Аликс умудрилась сохранить всю свою стеснительность, спокойствие и любовь к знаниям, прибавив сюда и совершенно ошеломительную красоту. Майк и Стелла хотя частенько делают незаинтересованный вид, но сами очень гордятся дочерью, за которой табунами бегают подростки. Обоих полов, причем.
С тех пор, как мальчики доросли до сознательного возраста, мы с Анитой предлагали им шумно отпраздновать День Рождения, но они ни разу не согласились. Так и в этот раз вместо грандиозной вечеринки мальчишки вызвонили лучших подружек и отправились в Большой Бассейн - самое популярное среди молодежи города место.
Хорошенько отдохнув, мальчики продолжили на полную катушку использовать возможности своего нового возраста. Алан, например, устроился подрабатывать в больницу, мотивировав это тем, что после университета у него будет так еще больше шансов занять хорошую должность.
А вот комната мальчишек почти не изменилась. Если бы не Дориан, то Ал, наверное, вообще не пошевелился бы. Но старший с упоением отодрал обои и приклеил новые, а также заменил свое цветастое покрывало на более "взрослое". На этом энтузиазм кончился, и Дор убежал гулять. Ал спокойно убрал весь мусор за неугомонным братцем и терпеливо развесил по местам семейные фото.
Анита упорно идет вверх по карьерной лестнице и теперь уже приносит в семейный бюджет ощутимый вклад. А еще в названии ее должности появилось слово "шеф", и в подчинении есть несколько человек. Недавно я проверил наш семейный счет и с удивлением обнаружил там кругленькую сумму накоплений (36000$ с лишним), а ведь когда я работал один, нам почти не удавалось что-то накопить.
Да и мне теперь не надо брать сверхурочные, а значит, я могу предаваться любимым делам – например, продолжить писать романы. Издательство по старой памяти с удовольствием напечатало мой очередной опус, а после поздравило с еще одним бестселлером и выдало гонорар. Кстати, еще предложили договор долгосрочного сотрудничества, и я обещал подумать.
Однако думать мне было особенно некогда. Дориан снова учудил. Сначала устроился на какую-то весьма подозрительную работу, пришлось выяснять, что и как, чтобы сын не вляпался в какую-нибудь подпольную организацию. Оказалось, все в полном порядке...
Но тут пришлось проводить лекцию о пестиках и тычинках. Сразу оптом, чтобы не краснеть дважды. Мотивацией послужила увиденная мною из окна сцена первого поцелуя моего старшего сына Дориана и его давней подружки Вики (та, которую мы давным-давно встретили в парке в Сити).
Понять, что это первый поцелуй - много ума не надо, хватит и собственного опыта. Ох уж эти губы трубочкой, Дориан! Ну кто так делает?!
Ал же пока увлечен работой в больнице. Хотя вот тут прокололся. А шеф его тоже хорош, не мог пожалеть ребенка? Не хирург же он, а всего-то санитар. Хотя нет, теперь сына перевели на должность смотрителя в доме престарелых. Алан очень расстроился.
Но в первый же рабочий день он встретил там Дженерис Дайнгхофф - симпатичную девочку своего возраста, тоже увлеченную медициной. Пригласил ее к нам в гости и весь вечер старательно развлекал. Но и девочка отказалась не промах, целоваться на прощание отказалась напрочь. Для Ала это стало очередным потрясением. Алан! Ну я ведь только вчера говорил про губы трубочкой!
Но это все были мелочи, в сравнении с парой пренеприятнейших происшествий. Для начала Анита начала светиться. Мне это сразу не понравилось, хотя мальчики, напротив, не выказали никакого удивления или неодобрения. Вот они, дети Стренджтауна!
В общем, я напомнил жене про обещание, данное много лет назад, относительно этого самого свечения, на что она ответила, что это ненадолго и скоро пройдет. Я вздохнул и покачал головой, но так как исправить что-то было не в моих силах, оставил все как есть.
Зря. Через некоторое время Анита предупредила меня, что ее несколько дней не будет дома и, взяв свою метлу, исчезла в неизвестном направлении. Я не знал, что и думать, но вот мальчики были непробиваемо-спокойны и утверждали, что чувствуют - все в порядке.
А потом Анита вернулась и действительно уже не светилась. Зато притащила каким-то образом на метле два огромных странных кресла с явно мутной историей. О Боги, я не выдержал и высказал все, что об этом думаю. Благо, мальчики были рядом и осадили меня, не дав нам с женой рассорится. Кресла они водворили к себе в комнату и демонстративно утверждали, что сидя на них им легче учить уроки, тем самым полностью поддержав мать.
Я, конечно, для приличия пару дней подулся и поспал на диване в гостиной, но вскоре с покаянием и своей подушкой вернулся назад в супружескую спальню. Ох, надо серьезно подумать о звукоизоляции, а то домик у нас маленький, все комнаты рядом...
Да еще и мальчики порадовали нас - Дориан достиг самой высокой должности, возможной в семнадцать лет, Алана вернули на пост санитара, чему сын был несказанно рад.
Хех, в личных отношениях Дор уже далеко обскакал братца. Пока Алан обихаживает свою Дайнгхофф, старший уже успел расстаться с Вики и еще парой-тройкой девушек, и вернулся... к подруге детства Лессе Вайтенберг. Ник громко смеялся, когда рассказывал нам о сценах долгого прощания на пороге дома Вайтенбергов, но выбор дочери одобрил, поскольку считает моих сыновей "крайне достойными молодыми людьми, хотя Ал как-то серьезнее, уж не обижайся Арти". Да я сам согласен, какие там обиды.
Когда я невинно поинтересовался относительно того, насколько Дориану по вкусу розовый цвет, то был немало удивлен:
- Какой розовый, папочка? - парировал сын - Это у ее мамаши шарики с роликами не дружат, а Лесса вообще любит голубой, у нее и вся комната такая. А прямо напротив кровати - наша фотка из кабинки!
Ага, помню. У сына тоже такая была, обычно он регулярно достает рамку, когда Лесса обещает зайти в гости.
Сам я, когда как-то зашел в гости к Нику, с удовольствием отметил профессиональный рост Лайлы. Хотя мы по-прежнему прохладно относимся друг к другу, но это не мешает мне похвалить ее работы. И новые, с молодой девушкой вместо девочки и, конечно, лучшую - семейный портрет, стилизованный под старину. Ник сказал, что недавно у них похожий заказали Джонсоны, только Лайла выбрала им современность в амплуа. Надо тоже подумать над чем-то таким.
Вот так, наверное, из квартетов и получаются трио. Аликс Джонсон, конечно, по-прежнему общается с мальчиками и Лессой, но явно реже и меньше чем раньше. Серьезная девочка уже вовсю готовится к поступлению в университет, ведь времени уже - чуть, всего один выпускной год остался! Свободные же часы дочка Стеллы предпочитает проводить или в кругу семьи, например, за видеоигрой с отцом.
Или вовсе в одиночестве. Странно для молодой леди, но мальчики только поживают плечами и говорят, что она всегда была такая... другая. А Стелла и Майк считают, что все вообще совершенно нормально. Кто знает, может и так.
Тем временем Анита уверенно пробирается к высотам кулинарного мастерства. Недавно хозяин ресторана, в котором она работает, назначил ее шеф-поваром, уволив с треском провалившегося предшественника. Ох, дорогая, будь осторожнее.
Ко всей этой огромной ответственности прибавилось еще и горе, постигшее нашу семью. Недавно умер Лапшонок, любимец Аниты. Моя бедная ведьмочка была безутешна, тем более что в этот момент именно она оказалась дома и видела все своими глазами. Лэппи был не молод, когда мы его подобрали, но все же так тяжело переживать уход любимцев...
Благо у нас была Марджи. Лапшонка похоронили чуть поодаль от дома, под большим кактусом, росшим на нашем участке. Частенько можно было видеть там Аниту, рассеяно обнимающую Марджори.
Однако, оказалось что покойный кот везде поспел - через несколько недель после его смерти Марджи родила совершенно чудесную маленькую копию Лапшонка, такую же желтоглазую темную девочку. В честь отца новорожденную назвали Лапшой.
А вот Ал, наконец-то, уломал свою Дженерис и сиял потом как начищенный медный котелок. Эх, брал бы ты пример с Дориана! А то куда это годится - через пару месяцев вам уже исполнится восемнадцать, а ты у меня только первый раз поцеловался! Впрочем, зато никаких губок-трубочек, да и Джен, судя по всему, осталась очень даже довольна. Интересно, где Алан взял такой хороший теоретический материал?
Видно, поцелуи мисс Дайнгхофф обладают особой магией - буквально через неделю Ала повысили, и он гордо принес заметно потяжелевший от новой зарплаты кошелек. Теперь можно сказать, что рабочее место после университета ему обеспечено - мальчик смог действительно хорошо себя зарекомендовать.
Одно только по-прежнему радует меня без всякой меры. Это то, что, несмотря на все свои различия, мальчики по-прежнему остаются братьями и многое делают вместе. Например, последнее в их жизни школьное домашнее задание.
Как ни грустно это осознавать, но время детства для них уже закончилось. А у меня появилось порядком седых волос на голове.
Так что в скором времени мальчики отослали заявления в Тех, собрали несколько престижных стипендий и отгуляли свои выпускные вечера (благо, с выбором пар проблем не было Дор ходил, конечно, с Лессой, Ал вел под руку Аликс, ведь его Дженни учится в другой школе). И вот таксист уже сердито жмет на клаксон у нашего почтового ящика, Анита вытирает слезы, целует мальчиков, они подхватывают чемоданы, я дневник и мы отправляемся в Техуниверситет.
У нас впереди еще четыре с четвертью часа дороги, во время которых я пока еще хозяин этого дневника. Было бы обидно просто положить старую потрепанную книжку на полку и закончить на этом историю, поэтому я решил передать ее одному из своих сыновей. Выбор трудный, ведь они оба этого достойны, так что я пока еще подумаю, и пусть он сам об этом расскажет.
А я... Я прощаюсь, моя история на этих страницах закончена. Разве что осталось еще раз сказать, что свое совершенство я люблю по-прежнему. Пусть моя Анита ведьма, пусть ее рыжие волосы потускнели и начали покрываться серебром, пусть в моих волосах тоже появились белые нитки и я ношу стариковский пиджак, но я люблю ее и, конечно, двух наших самых лучших в мире сыновей.
И, конечно, стоит поблагодарить мою мать, Серафину де Лоран. Спасибо мама, Стренджтаун действительно стал тем городом, который принес мне счастье!
С пожеланиями удачи,
Артемис де Лоран.
Комбинированный вид
