[Matildacat]

- Ян – наш король! Да здравствует новый король! – многоголосо скандировала толпа, собравшаяся на главной площади Адиссы перед королевским дворцом.
- Чего они от меня хотят? – растерянно спрашивал юноша, нервно расхаживая по залу и время от времени бросая взгляды в окно на волнующееся людское море, - Я совершенно не умею управлять государством и совсем не готов к этой роли.
- Да, уж, парень, ты попался, теперь это бремя на всю жизнь, - лениво протянул Дан, вальяжно развалившись на мягком диване.
- Ты повел их в бой, Ян, - пожал плечами Филипп, уже пришедший в себя за несколько минувших после восстания дней, - Значит, ты за них в ответе.



Ян, его выздоравливающие друзья и Саул находились в старом дворце, обсуждая насущные дела. Бывший король, уже подписавший свое отречение от престола, наотрез отказался возвращаться в резиденцию на холме, где он до сих пор чувствовал себя пленником, и поселился в здании на главной площади, заняв довольно скромные гостевые апартаменты. Все дни после победы Ян был очень занят, принимая новые законы и подписывая указы в качестве временного правителя, стремясь свести на нет вред, причиненный стране режимом Византа. Оказалось, что государственные дела отнимают массу времени, и у него голова шла кругом от множества бумаг, требующих немедленного изучения, счетов и обязательств, которые нужно было оплатить еще вчера, приемов иностранных послов и многочисленных просителей. Он не думал о власти и не стремился к ней, он хотел лишь оправдать надежды и чаяния людей, избравших его своим предводителем и позволившим его друзьям избежать казни.
- Но я простой пастух, - продолжал противиться Ян, - Какой из меня король?
- Ты справишься, юноша, - подал голос Саул, - Вспомни, что ты сказал в нашу первую встречу: самая святая обязанность монарха – забота о благополучии его подданных. У тебя это получается, люди доверяют тебе и хотят видеть именно тебя во главе государства. Не обмани их доверие.



Ян глубоко задумался, и его друзья молчали, давая ему возможность принять решение. Наконец, он поднял глаза на бывшего короля и решительно сказал:
- Хорошо, я приму корону и сделаю все, что в моих силах, чтобы народ Изама вновь стал свободен, богат и счастлив. Но у меня есть важная миссия, от которой я не могу отказаться. Мне придется уехать, и я не знаю, сколько времени это отнимет, но я клянусь вернуться, как только она будет исполнена. Если останусь жив. На время моего отсутствия ты, Саул, назначаешься моим регентом, и будешь править от моего имени. Я дам указания секретарю сегодня же подготовить приказ о твоем назначении. И можешь готовить коронацию.
На следующий день к Яну прибыл низкорослый полный человек, представившийся графом де Шанталем. Этот напыщенный вельможа отвесил высокомерный поклон и заявил, что он будет знакомить Яна с церемонией коронации. Юноша слушал его вполуха, зарывшись в отчеты, сметы, проекты и счета. Он ломал голову, как залатать дыры в бюджете, поступления в который значительно уменьшились после снижения налогов и податей. «Будем экономить, - решил он, ставя свой высочайший отказ на проекте расширения королевского дворца, но при этом подписал распоряжение об основании университета, передав для этих целей резиденцию на холме. В результате, он пропустил мимо ушей все, что ему говорил Шанталь, но решил, что церемония – это простая формальность.



Ян просмотрел список допущенных к присутствию на коронации и удивленно поднял глаза на графа.
- Я нашел здесь лишь имена послов и аристократов, - обратился он к толстяку, - Но я не обнаружил ни одного представителя крестьян, ремесленников и торговцев.
- Конечно, их здесь нет, - надменно поджал губы Шанталь, - Что делать этим простолюдинам на таком важном действе?
- Мой народ состоит не из одних дворян, - гневно воскликнул Ян, - Немедленно свяжитесь с кузнецом Хайдаром и согласуйте списки участников. Немедленно!
Юноша назначил церемонию через три дня, не слушая возмущенное брюзжание графа Шанталя о том, что такое важное действие нельзя проводить впопыхах.
Ранним утром в этот торжественный для всей страны день Яна разбудил вошедший мажордом, а вслед за ним в спальню прошествовал граф и несколько лакеев, несущих парадное одеяние. Парня разрядили, как майское деревце, натянув на него камзол из золотой парчи, расшитый жемчугом и драгоценными каменьями, а на плечи накинули винно-бордовый бархатный плащ с золотым шитьем, такой длинный, что его складки тянулись за юношей, как шлейф, и Ян опасался в нем запутаться. Многочисленные тонкие кружева украшали его грудь и запястья, ноги, как перчатки, обтягивали мягкие сапоги из ценной кожи аспида, водящегося только в труднодоступных пустынях Лирия. Его надушили и напомадили, и к концу процедуры Ян так утомился, что мысль о том, что церемония коронации еще и не начиналась, сводила его скулы оскоминой.



Яна провели в огромный пышный зал, использующийся для самых важных приемов, и фалды багрового плаща волочились за ним по узорчатому мраморному полу, вздуваясь, как парус, от его энергичной походки.
Зал своей пышностью и великолепием превосходил все, доселе виденное Яном. Высокие шатровые своды покрывало золотое ажурное кружево и изумительной красоты фрески, все колонны были изготовлены из драгоценного порфира и увиты гирляндами из золотых побегов, листья которых сверкали изумрудами, а цветки были изготовлены из рубинов, желтых топазов, сапфиров и алмазов. Высокие стрельчатые окна, застекленные искусными витражами, отбрасывали разноцветные блики, превращая это великолепное помещение в драгоценную шкатулку. Высокие золотые канделябры, сделанные в виде женских и мужских фигур, и огромные, свисающие каскадами, люстры, сияли зажженными свечами, заливая зал теплым, янтарным светом. Возле дальней стены, украшенной изумительной работы великолепным панно, возвышался помост с несколькими ступенями, и он был покрыт узорчатым шелковым ковром, переходящим в дорожку, убегающую ко входу в зал. На помосте стоял трон с пурпурной обивкой, его спинку обвивал золой дракон с раскрытой пастью, а его когтистые лапы образовывали подлокотники.
Зал был полон нарядно одетыми людьми, среди которых Ян разглядел Саула и Хайдара, Дан и Филипп стояли отдельно, в группе иностранных послов.
Шанталь подошел к помосту и торжественно заговорил, указывая рукой на кресло:
- Сие есть Драконий трон – символ высшей власти Изама, и он пуст. Сегодня Изам должен обрести короля.
Два аристократа подхватили Яна с обеих сторон под руки и подвели к возвышению. Один из них положил ладонь на плечо юноши, понуждая его опуститься на колено.
- Этот коленопреклоненный мужчина пришел заявить свои права на трон, - продолжил Шанталь, - Подтверждаешь ли ты свои притязания, Ян Младич?
- Да, - твердо ответил юноша.



- Готов ли ты нести бремя ответственности за свой народ? Отдашь ли ты все силы для его процветания и благоденствия? Будешь ли ты заботиться о своих подданных, ибо отныне они – твои дети? Разделишь ли ты с ними все тяготы, каковые ниспошлют им Боги? Разломишь ли ты хлеб свой с голодными, отдашь ли рубашку замерзающим, разделишь ли кров свой с бездомными?
Торжественный суровый голос графа требовал принесения обетов, и Ян после каждого вопроса без колебаний отвечал: «Да!»
- Все слышали твои клятвы, Ян Младич, произнесенные тобой добровольно в присутствии множества свидетелей. Народ Изама принимает их. Поднимись с колен.
Юноша выпрямился, а граф поднес ему маленькую атласную подушечку, на которой сверкал платиновый с алмазами перстень в виде дракона.
- Прими это кольцо, Ян Младич, ибо отныне ты повенчан с государством, и твоя судьба теперь неразрывна с его судьбой.
Ян протянул левую руку, и перстень, как влитой, обвился вокруг его среднего пальца.
- Готов ли ты, Ян Младич, с оружием в руках защищать твою страну от врагов? Будешь ли сражаться за ее независимость до последней капли крови? Отдашь ли ты свою жизнь, если потребуется, обороняя Изам от захватчиков?
- Да! – вновь и вновь убежденно восклицал юноша.
Подошедший военный подал графу меч в золотых, украшенных россыпью самоцветов, ножнах, и Шанталь протянул его Яну со словами:
- Прими этот меч, Ян Младич, как символ верховной военной власти Изама, и как напоминание о твоих клятвах.
Парень с благоговением принял прекрасное оружие и прицепил его к своему поясу.
Еще один помощник подошел к помосту, неся на бархатной подушке изящную, сверкающую в отблесках свечей, корону.
- Прими эту корону, Ян Младич, как символ высшей королевской власти, - с явной неохотой сказал граф, ожидая, когда юноша склонит перед ним голову.
Ян гордо взглянул на этого спесивого аристократа и неожиданно для всех взял венец в руки.
- Не ты дал мне эту власть, Шанталь, - твердо заявил он, - Не по милости дворян воцаряюсь я в Изаме. Я взял ее в бою, и простые люди, сражающиеся со мной бок о бок, доверили мне ее.
Секунду помолчав, Ян решительно водрузил корону себе на голову, а затем, сбросив с себя надоевший плащ, поднялся по ступеням и уселся на трон. В зале послышался удивленный шепот. С трудом пришедший в себя Шанталь дрогнувшим голосом произнес:
- Изам обрел короля! Принесите же клятвы верности своему сюзерену.
Первым на помост поднялся важный дворянин и, опустившись на колено, сказал:
- Аристократы Изама присягают тебе на верность, мой король.



Повисла пауза, и дворянин поднял на Яна глаза, не понимая, почему он молчит. Юноша твердо встретил его взгляд, продолжая безмолвствовать и ожидая чего-то. В глазах коленопреклоненного человека мелькнуло понимание, но он продолжал колебаться. Наконец, он опустился еще ниже и поцеловал носок сапога воцарившегося монарха.
- Я принимаю твои клятвы, - строго сказал Ян, - Помните же о них.
По залу прошел неясный ропот, и красный, как рак, аристократ спустился по ступеням. Следом за ним к трону подошел глава Торговой Гильдии и на коленях принес клятвы верности. Он уже хотел наклониться для поцелуя, но Ян жестом удержал его.
- Дай мне свои руки, - ласково сказал юноша.
Торговец удивленно протянул ему сложенные лодочкой руки, и король, взяв их в свои ладони, произнес:
- Я принимаю твои клятвы, и со своей стороны обещаю покровительство торговле.
Затем к Яну подходили главы других гильдий и уполномоченный от крестьян, и всех их король принимал так же, клянясь оказывать поддержку.
- Чтоб я сдох! – восхищенно воскликнул Дан, - Этот пастух одним махом сломал все многовековые традиции!
- Мы присутствуем при историческом событии, мой друг, - негромко откликнулся Филипп, - Из него получится великий король.