[Aisgil]

Майя Истрова

зарисовка, которая вряд ли будет дописана
скрин aMour, обработка моя

Дрель валилась из рук Майи Истровой, как последняя сволочь, и вероломно пыталась сбежать. Ну не желала жужжалка спокойно держаться в хрупких ладонях и все тут, беспрестанно норовила упасть, разбить плитку на полу и испортить уже сделанное. Борьба девушки и техники продолжалась уже явно больше получаса, а в заклеенном скотчем кафеле ванной комнаты красовалось только два с половиной отверстия из намеченных шести.
Майя услышала дверной звонок далеко не сразу — мешала противная дрель. В глазке девушка увидела соседа, имени которого совсем не помнила — худощавого высокого шатена с вечно небритым, но симпатичным лицом.
— Чего надо? — без тени кокетства вопросила Истрова, отряхивая с себя строительную пыль. Оказалось, что вся успела уделаться, а ведь толком еще не сделала ничего.
Парень молчал, забылся, небось, от ее «сногсшибательного» вида. Действительно, не каждый же день замусоленные чучела начинают разговаривать. Впрочем, он тоже не блистал, как кинозвезда: потрепанные треники и безобразный шухер на голове. И без рубашки. С голым торсом, Аполлон сраный.
— Ну? Мы смотреть будем? Или скажем что-нибудь? — девушка уже начала терять терпение, несмотря на то, что сосед тупил не так уж долго. Только моргал часто, чем-то напоминая рыбу.
— Эм… А потише можно? Я спал как бы…
— Какой молодец! Ты думаешь, мне в кайф три дырки сорок минут сверлить, а?
Шатен опять захлопал длиннющими, как у коровы, ресницами и, похоже, окончательно выпал из реальности. Стоял столбом и даже не мычал, бедняга. Майя даже немного пожалела его, ведь он спросони, ничего не понимает небось, вон, не оделся толком даже. А она тут взялась хамить вовсю с человеком, с которым, как-никак, через стенку живет.
— А что сделать-то надо? — внезапно выдал гость, взгляд его прояснился и даже наполнился смыслом.
— Ну, шкафчик повесить,— более мягко пояснила девушка и даже хотела улыбнуться, но вовремя передумала. Вот еще, она ж не лошадь всем подряд свои зубы демонстрировать без должного повода.
— Давай я, а то ты будешь еще полдня сверлить.
Истрова охренела, но согласилась. А чего не согласиться-то? Дают — бери, как говорится. И только после того, как уже проснувшийся сосед повесил многострадальные полки, девушка все-таки решила спросить его имя. Свела мучительно бровки и задала волновавший ее последние пятнадцать минут вопрос. Парень тез тени возмущения представился Игорем. Тогда Майя предложила ему чаю. Ну как-то сильно неловко получилось: разбудила, заставила работать, а напитком не угостила и вообще коза.
Ароматная зеленая жидкость разлилась по чашкам, листочек мяты в заварочном чайнике придал особого шарма кипятку и листьям улуса. Ребята разговорились, она сказала, что учится на филолога и ведет еженедельную колонку в газете. Только умолчала о теме очерков — отношения между полами — какая-то драная ваниль, занятие не для порядочной барышни. Сосед же, как выяснилось, вкалывал аж на двух работах — водителем и что-то там еще, а Майка разбудила его в единственный выходной. Волна вины захлестнула ее с головой в тот самый момент, когда раздался еще один звонок в дверь.
На пороге стоял задумчивый Степа Кожевников, нервно позвякивая ключами от машины левой рукой, а правой шурша пакетом со разной всячиной. Он всегда привозил что-нибудь, особенно то, что девушка не слишком любила, но чего ей иногда хотелось. Он невероятным образом все это запоминал и регулярно покупал. Черт его знает, скрупулезно записывал что ли? И бесполезно объяснять, что редкое желание съесть специфический тортик (булочки, шоколадки, пирожные) и жрать сладкое постоянно — не одно и то же. Обижался, «ну я же хочу, как лучше, забочусь».
Бойфренд оглядел взлохмаченную девушку с ног до головы, улыбнулся и решительно шагнул внутрь. Наклонился было поцеловать ее, но приметил на другом конце коридора Игоря, в кухне, всего в паре метров от входа. Тот все еще не успел одеться, да. Хорошо хоть бицухой не поигрывал для полноты картины.
— Это че? Какого хрена я приезжаю, а ты тут с мужиком?! — вдруг неожиданно громко закричал Степан.
— Это сосед…— начала было Майя.
— Да-а-а, сосед, полуголый! Это так называется твое «личное пространство», в которое мне нельзя? — он швырнул пакет вперед и больно попал его содержимым девушке в коленку. По полу рассыпались конфеты, которые, как думал Кожевников, Истрова любила.
— Пусть и так, ты достал уже! — выпалила она и со злостью пнула кокосовые шарики обратно.— Ты не понимаешь, о чем я говорю, до тебя невозможно достучаться, ты постоянно покупаешь то, что мне не нравится. Или для тебя мое мнение ничерта не значит, или ты все делаешь назло!
Игорь перестал сидеть, стоял у стены в стороне, молчал и слушал. Выжидал подходящее время для идеального исчезновения, надо полагать, ведь ситуация не из приятных. Ровно до тех пор, пока няшка-Степашка не завращал бешено глазами и не замахнулся на девушку в порыве праведного гнева. Вот и «бьют — беги» настигло. Игорь подсуетился и оттолкнул злодея, сбив его с ног, как в американском футболе. Майя благоразумно отошла дальше к кухне, ошарашенная происходящим — спасение своей задницы превыше всего. Нет, это любопытство превыше всего, а пятая точка так, инстинкт самосохранения.
Парни что-то гавкали друг на друга про разрывание на куски. Игорь-то хрен с ним, девушка его совсем не знала, но Степан претерпел совершенно неожиданные метаморфозы — всегда такой милый и даже чересчур внимательный. Настолько, что частенько аж тошнило от его заботы.
Тем временем, сосед месил бойфренда, словно мельница, тот отвечал, как мог. Истровой происходящее, конечно, не нравилось — еще чуть-чуть и паркет будет бесповоротно залит кровью, что хрен отмоешь, а про мебель вообще лучше не вспомниать. И единственное решение, которое Майя могла принять в подобном положении — это окатить ребят водой, пусть мальчики остынут. Развлекаться можно где-нибудь в более подходящей обстановке, чем ее тесный коридор, если им так шибко нужно.
Но вода не понадобилась — сосед с бравыми нотками в голосе проорал «нельзя бить женщин и детей» и вышвырнул забияку вон на лестничную клетку. Ну, вот кто теперь тут няшный?
— Э-э-э,— девушка так и застыла со злосчастным кувшином в руках.
Тупила, наверное, пару минут, прежде, чем извлечь хоть какие-то звуки из непослушной глотки:
— Спасибо что ли. У тебя кровь.
— Фигня, царапина,— отмахнулся он.
— Ты прямо герой боевика,— восхитилась Майя,— у чувака кишки вокруг шеи намотаны, он давится собственной печенью, а говорит «царапина». Надо промыть хотя бы.
Странная парочка вновь прошла на кухню, где соседская бровь подверглась испытанию перекисью и зеленкой.
— А я снимался,— вдруг сказал Игорь,— раньше.
— Фига, я пальцем в небо,— улыбнулась Истрова,— ну значит, ты крут не только на экране.
О том, что она его совсем не помнит на экранах, конечно же, умолчала. Впрочем, гость не сказал где играл, может роль десятого плана в третьесортной короткометражке. Выпытывать щепетильные подробности прошлой жизни соседа Майка не спешила.
Запищала до боли знакомая сигнализация, девушка рванула к окну и узрела мужскую мстительность воочию: незабвенный Степан с удовлетворенным видом отходил от капота маленького фольцвагена, им же подаренного Истровой на день рождения. На капоте красовался огромный булыжник, вминая под себя крашеный в белый цвет металл.
Девушка молниеносно открыла окно, впустив холодный майский ветер внутрь. Если бы в кухне имелись занавески, они непременно бы затрепетали от злых порывов воздуха. Но в условиях ремонта всякие шторы непростительная роскошь, и единственное, что могло затрепетать — лишь нервы хозяйки.
— Злопамятная скотина,— проорала она вслед удаляющемуся черному «майбаху» Кожевникова. Радовал хотя бы тот факт, что благодаря соседушке у высокомерного козла теперь рожа красная и перекошенная. К сожалению или к счастью, примерно так же, как капот несчастного «жука».
Игорь высунулся в окошко следом и сразу понял в чем дело. А хрен ли тут непонятного — не так уж часто кто-то устраивает неумелые миниатюры стоунхенджа на машинах.
— Что делать? Полицаев вызывать или просто убрать это все? — Майя не обращалась ни к кому, шепча риторические вопросы.— Черт, а ремонт? Новый капот или этот выпрямят?..
Схватилась за голову и села на табуретку. Сосед закрыл окно и хмурился, но ретироваться вроде бы не спешил.
— У тебя какая страховка?
— «Каска»,— разом ответила на все вопросы девушка. Действительно, хрен ли она печалится. Но ремонт все равно делать надо, как ни крути.
— Выпить бы,— Истрова заглянула в холодильник и тут же закрыла его,— да нечего.
— У меня есть. Сейчас вернусь,— сообщил шатен и свалил из поля зрения озадаченной девушки.